Профессия – киллер
Шрифт:
— …А ведь есть седьмой район, периферия…
я с трудом разлепил веки. Дон сидел на подоконнике и говорил, глядя во двор, в непроглядную темень:
— Так получилось, что у меня с человеком, который командует периферией, не сложились отношения. Сам знаешь, у нас на периферии фермы и хозяйства. Они ему не подконтрольны — из-за моего высокого положения здесь, в городе. Так вот, в отличие от остальных боевиков он от Берковича не зависел. У него свои способы отмывания денег. Мой следующий ход — отнять у него вотчину. Он мешает мне развернуться. Раньше мне это было не по силам. А теперь, когда я прочно встану на следующую ступеньку, можно будет
дон замолчал. Последние минуты я слушал его. Даже, можно сказать, внимательно слушал, несмотря на свое хмельное состояние. Сидел, прислонившись к спинке кровати, подложив за спину подушку.
Дон сказал о Тимуре? Это киллер с Северного Кавказа. По разным оперативным данным, которые невесть каким образом получал Славик, этот тип три раза появлялся в нашем городе на протяжении последних пяти лет. Он почти что мифическая фигура.
Каким-то образом узнавали, что Тимур был, или, как говорится, «работал» у нас, хотя вполне возможно, что его никто ни разу не видел. Как бы там ни было, появление этого призрака связывали со смертью нескольких человек.
В первом случае погибли двое сотрудников из отдела по борьбе с организованной преступностью, во втором и третьем — бригадиры «братвы».
Во всех трех случаях имели место разборки между районами. И во всех трех случаях убийства были организованы просто мастерски: без единого следа и малейшей улики. Только слухи — Тимур, дескать…
Это мне рассказал Славик, а он не склонен сочинять, поверьте. Еще Славик говорил, что Тимур — высококвалифицированный ликвидатор дореформенной закалки и убийц такого уровня в России и в бывших республиках можно по пальцам пересчитать. Вот насчет этого не уверен, нет. По-моему, это субъективное мнение. Может, Славик знает что-то про этого киллера, о чем не желает распространяться?..
Так или иначе, появление киллера в городе в период разборок наводило на грустные мысли.
— Он здесь уже целый день, — прервал мои размышления Дон. — Я обмозговал ситуацию и пришел к выводу, что его пригласили по мою душу…
дон все проанализировал. Ему это свойственно. А у меня включилась интуиция. Или… не знаю даже, как назвать… Что-то такое, благодаря чему я до сих пор остаюсь живым и невредимым, удачно выбираясь из передряг.
Если вдруг это что-то начинало шевелиться во мне (а это бывало, к сожалению, не во всех критических ситуациях: например, оно не появилось, когда меня снимали во время ликвидации Берковича), я старался к нему прислушиваться и поточнее определить, в связи с чем оно пробудилось.
Это есть у каждого — что-то вроде внутреннего голоса. Сейчас этот голос подсказывал мне, что Дон правильно оценил ситуацию. Опасения, которыми он приходил делиться, передались и мне.
Тимур уже сутки находился в нашем городе. Мой ли это знакомый, который объявил меня своим кровником, или не он, в данном случае не столь важно. В город прибыл киллер. Он находится где-то рядом. И, возможно, будет охотиться именно за Доном.
Вот и выходит, что, каким бы крутым ни был мой шеф, ему придется все-таки положиться на меня. Пусть выгляжу я балбесом во всем, что касается бизнеса, но когда
Не знаю, сколько прошло времени. Я как-то незаметно уснул. Но лучше бы я не спал. Мне приснился кошмарный сон…
Тимур… Когда Славик впервые рассказал мне о киллере по имени Тимур, я не придал этому особого значения — Тимуров на свете много. Даже сегодня ничью, когда Дон пришел ко мне и поделился своими соображениями по поводу появления в городе известного киллера, на душе не стало очень уж тревожно. Ну да, я ведь был пьян.
И вот я проснулся в холодном поту от того, что он опять явился во сне — гоблин по имени Тимур, брата которого я убил два года назад.
Сначала я не сообразил, где нахожусь: показалось, что сижу в какой-то яме, сухой и душной, и еще показалось, что кто-то рядом есть в темноте и он, который рядом, на меня смотрит.
Я помял голову, пошарил вокруг руками, нащупал под подушкой пистолет и все сообразил. Встал с кровати, подошел к окну и отдернул штору. В комнате стало светлее: уже забрезжила заря.
Очень хотелось пить. Я облизал пересохшие губы. Осторожно открыл дверь и спустился вниз. Прошел через холл, где на ковре вповалку спали наши телохранители. на кухне обнаружил в холодильнике три бутылки пива, открыл одну о крышку стола и тут же, жадно глотая, опустошил, махнув рукой на возможную ангину. Полегчало. Мысли поуспокоились и приняли более стабильную форму, перестали мельтешить.
Взяв с собой оставшиеся две бутылки, я вышел в холл, проверил засов на входной двери и легонько пнул развалившихся на ковре наших «ангелов-хранителей», но они никак не прореагировали. Вот спасибо-хорошо! Охраняйте нас, охраняйте…
Поднявшись к себе, я растворил окно, подышал немного свежим утренним воздухом, выпил еще пивка и залез в кровать.
У вас не бывает иногда при пробуждении такого странного ощущения, что вы находитесь не там, где положено? Причем стойкого, стопроцентного ощущения — до мурашек по коже и судорожного сокращения ануса. Если нет, вы счастливый человек. Значит, вы ведете правильный образ жизни и обладаете абсолютно здоровой ЦНС.
Я проснулся и вдруг обнаружил, что нахожусь в коллекторе теплотрассы. Темно, душно, где-то журчит вода — внизу, по всей видимости; кроме того, еще до пробуждения, сквозь сон мне отчетливо слышалось жужжание небольшого мотора — возможно, где-то неподалеку перекачивали воду.
Сейчас моторчик молчал, но вода по-прежнему журчала, и я точно знал, что если сделаю одно неверное движение, то рухну вместе со своим ложем вниз, в вонючую жижу.
Несколько секунд, пока мое сознание подключалось к действительности, я пребывал в панике, пытаясь задержать дыхание и не двигаться.
Очухавшись окончательно, я облегченно вздохнул и тут же, шибанутый тревожной мыслью, полез под подушку. Ствол присутствовал. Я достал его, выщелкнул магазин и убедился, что патроны на месте.
На тумбочке рядом с кроватью была обнаружена целая бутылка пива, правда, теплого, но и такое через десять секунд оказалось у меня внутри.
Отдышавшись немного, я подошел к окну и раздвинул шторы. В комнату хлынул ослепительный поток солнечного света. Я распахнул окно и выругался. Не следовало закрывать его рано утром. Не было бы такого страшненького сна на грани с бредом.