Профессия – киллер
Шрифт:
Хотите пример?
На экране надпись: «Практическое занятие № 16». Затем — надпись «Исходные данные».
После этого следуют: цветное фото в нескольких ракурсах, фото предполагаемых мест наиболее частого посещения и продолжительного пребывания, затем: ФИО, дата рождения, вес, рост, биографические данные, состав семьи, описание членов семьи — краткое; склонности изучаемого объекта, пристрастия, основной вид деятельности, хобби, предрасположенность к заболеваниям, тип темперамента, психологическая характеристика,
Второй раздел — цифра 2 и надпись «Задача».
Внизу — другим шрифтом: естественная смерть.
Задача всегда одна. Увидев в первый раз на экране, какая поставлена задача, я впал в состояние прострации…
Нет, я не придуряюсь. Я пробыл в школе достаточно долго и усвоил большой объем материала, меня тщательно обрабатывали в ходе занятий, готовя к последующей деятельности… Я до этого убил определенное количество людей, но все они были плохие, они вредили мне и моим близким. Потом был Беркович и ряд товарищей, которые встали на пути у моего хозяина и сильно при этом ошиблись…
Но тогда, внимательно вглядевшись в надпись на экране, я почувствовал, что это новый отсчет, который уже нельзя остановить или воспроизвести в обратном порядке.
Тогда я вдруг понял, что отныне основным моим делом будет естественная смерть…
В ряде зарубежных стран, когда кто-то дает показания в суде, он произносит: «Клянусь говорить правду, только правду и ничего, кроме правды». И судьи ему верят, полагая, что, если человек не желает быть привлеченным за дачу ложных показаний, он опишет все так, как было.
Судьи действительно услышат правдивые показания свидетеля, но рассказ этот будет насквозь субъективен, поскольку мнение человека всегда очень субъективно. У каждого человека есть свое мировоззрение, своя жизненная позиция, свои пристрастия и симпатии.
В конце концов судьи выберут те показания, которые наиболее полно соответствуют их собственному мировосприятию и жизненной позиции, и возьмут их за основу, что, сами понимаете, будет тоже очень субъективно.
Поэтому я утверждаю, что у каждого своя правда.
Приведу три варианта словесного портрета одного и того же человека.
Молодой блондин, высокий, стройный; тонкие черты лица, голубые глаза, открытый лоб, тонкие брови, короткая «бойцовская» стрижка. Раскован, прост в общении, не терпит ханжества и заносчивости, стремится к независимости во всем.
Ну как — ничего парень?
Блондин, выше среднего роста, худое лицо, цвет глаз — между серым и голубым, тонкие брови, маленький нос; коротко стрижется; в общении достаточно прост; не любит, когда на него давят.
Вам симпатичен этот человек?
Долговязый, светлый, белобрысый, узкое лицо, сероватые глаза,
Что, и это нравится?..
В первом случае я хотел вызвать у вас симпатию к моему знакомому, во втором постарался, чтобы вы не испытывали антипатии, ну а третий вариант, сами понимаете…
Я более чем уверен, что в Организации существует хорошо подобранное подразделение, состоящее из специалистов экстра-класса, которое занимается постоянной психологической обработкой исполнителей.
Начнем с того, что для подавляющего большинства цивилизованных людей убийство себе подобных противоестественно.
Убивают в состоянии аффекта, когда эмоции выходят из-под контроля; при крайней необходимости, когда стоит вопрос: кто кого? — как правило, это бывает в бою или при явной угрозе жизни твоей или твоих близких. Убивают случайно, когда никто сначала не предполагает, что следствием тех или иных действий будет смерть.
Еще убивают при наличии очень сильного личностно-значимого мотива или нескольких мотивов, то есть когда побудительной причиной для лишения жизни себе подобного является глубокая, если вам будет угодно, кровная заинтересованность убийцы в чьей-то смерти.
Никто не станет непосредственно перед акцией приводить киллера в состояние аффекта. Как можно желать качественной работы, зная, что у исполнителя отсутствует волевая регуляция? Тогда как же заставить киллера убивать, если у него нет побудительных причин для убийства? Он ведь незнаком с жертвой. Туманная перспектива какого-то далекого материального благополучия и личной безопасности в данном случае не может быть средством мотивации, а защищать себя и своих близких исполнителю нет необходимости.
Конечно, сильнейшей побудительной причиной может стать страх. Человека можно загнать в тиски обстоятельств, грозить гибелью того, что ему дорого, и вообще всячески задавить. Тогда он будет убивать…
Но как рабовладельческий строй был плох по сравнению с феодальным, так и подневольный труд киллера, загнанного в угол обстоятельствами, не идет ни в какое сравнение с деятельностью киллера, который лично заинтересован в качестве своей работы, а потому творчески подходит к подготовке и проведению акции.
Если принять во внимание, что Организация вовсю функционирует уже несколько лет (а может, больше — кто знает?) и еще не было ни одного провала, можно смело предположить, что существует просто фантастически отлаженный механизм, основанный отнюдь не на принудительном труде обреченных, отчаявшихся людей…
Я полагаю, что основной задачей подразделения, которое занимается обработкой исполнителей (давайте назовем его отделом обработки), является доведение до крайности противостояния киллера и жертвы.