Программа власти

Раков Николай Михайлович

– Не надо, – Зяблик согнулся, при этом прижав двумя руками руку с ножом к своему животу.

Когда он выпрямился, то нож каким-то непостижимым образом оказался уже у него в руке, а мгновением позже главарь взвыл от удара в промежность и упал на бок, громко скуля от боли. Второй нападающий бросился вперед, широким замахом пытаясь нанести удар в голову. Беглец присел, пропуская кулак над головой, одновременно снизу нанося удар в солнечное сплетение противника. Хватая ртом воздух, тот начал сгибаться, опускаясь на колени, но, получив ногой в лицо от Костыля, рухнул, обливаясь кровью, под невысокую насыпь. Двое грабителей, не успевших поучаствовать в драке,

сделали по шагу вперед. Навстречу уверенно выдвинулся Зяба, вытянув в их направлении руку с отнятым ножом. Тот, как живой, скользил между пальцами, ложась рукояткой в ладонь то прямым, то обратным хватом и перелетая из одной руки в другую. Похоже, это мелькание клинка убедило оставшихся на ногах, что с таким человеком не стоит связываться. Они сначала начали отступать, а потом развернулись и бегом скрылись в темноте.

– Бежим быстрей, – крикнул Краб, сбегая с насыпи.

Костыль с Зябликом последовали за ним.

Они долго бежали в темноте, пока запыхавшийся проводник не пошел шагом, а потом и совсем не остановился, присев на траву.

Новости, случившиеся одна за другой, повергли всех троих в легкий шок, и минут пять они просидели молча.

– Пошли домой, – нарушил молчание Костыль, которого била мелкая дрожь.

– Зяба, ты кто такой? – спросил Краб, поднимая голову и глядя на товарища.

– Да никто, – прислушиваясь к своим ощущениям, ответил тот.

– А как ты делаешь вот это? – бомж, подняв руку, пошевелил в воздухе кистью и пальцами, имитируя движения ножа.

– Черт его знает. Получилось как-то. В зоне чего только не увидишь.

– Как-то выиграл, как-то получилось, – с сомнением покачал головой Краб. – С тобой одни неприятности.

– Почему неприятности? – спросил недалекий и умеющий радоваться малому Костыль. – От этих отбились. Деньги завтра Буге отдадим. Все путем.

– Заткнись, – неожиданно разозлился Краб. – Если эти четверо знают, кто мы, то уже завтра, а точнее, сегодня, нас так отметелят, что забудешь, кто ты такой. А если их отправил Ушастый, чтобы вернуть проигрыш, то совсем хана.

– Ладно, пошли, – предложил Зяблик, вставая. – Ночью нас искать не будут, а утро вечера мудренее.

В полном молчании они добрались до своей лежки. Счастливый Костыль уснул сразу, а Краб еще долго ворочался с боку на бок.

Зяблик лежал тихо, перебирая в памяти все случившееся и пытаясь трезво оценить происходящее, чтобы принять решение, способное изменить его судьбу.

Проснулись они поздно. Солнце стояло уже высоко. Краб определил, что сейчас около одиннадцати часов. Все страшно проголодались, и, напившись воды, Костыль предложил сбегать за шамовкой. Зяблик выдал ему пятьсот рублей, и обрадованный бомж быстро скрылся за бруствером.

– Что будешь делать? – спросил Краб.

Ночные события каким-то непостижимым образом отстранили его от вчерашнего товарища.

– Уйдешь?

– Не знаю, – задумчиво ответил тот. – Надо бы себя в порядок привести, – и, выставив перед собой ногу, он повертел рваной кроссовкой.

Вернувшийся Костыль принес кучу горячих пирожков, котлет, две больших бутылки кока-колы и бутылку водки. Все с жадностью накинулись на еду, но, когда Костыль взял в руки водку, Краб отрицательно покачал головой, и младший товарищ, тяжело вздохнув, спрятал ее в глубине куста.

– Пойду я, – сообщил, вставая, с нотками извинения Зяблик. – Может, и вы со мной?

– Раньше бы лет на пяток, – не поднимая головы, ответил Краб. – Удачи тебе.

– Я вернусь, – Зяблик положил перед Крабом две тысячные

купюры и решительным шагом поднялся из ложбинки.

Недолго побродив по городу, он нашел Секонд-Хенд и, зайдя в подвал магазина, стал придирчиво выбирать поношенную одежду. Переодевшись в кабинке, покрутился перед зеркалом. Потертые, но целые джинсы, футболка с мустангом на груди, легкая ветровка и светлые туфли преобразили его стройную фигуру. Диссонансом было небритое, грязное лицо и черные руки с обкусанными ногтями. Порывшись, он нашел бейсболку и, натянув ее на глаза, отправился к кассе. Следующими покупками уже на улице были небольшой флакон шампуня, вехотка и плавки. Уложив все в пакет, Зяблик отправился в баню. Горячая вода и бутылка пива в раздевалке окончательно придали ему человеческий облик. Выйдя из бани, он зашел в парикмахерскую, где его побрили. От одеколона он отказался и, устроившись в сквере на лавочке, стал прикидывать будущий план действий. Теперь была нужна крыша над головой. В кармане осталось еще больше пяти тысяч, и это было неплохим стартом. Смущало то, что любой домовладелец потребует от него документы. Он пошел к киоску, купил газету с объявлениями, а увидев колоду карт, купил и ее. Потом долго выбирал у стенда темные очки и, выбрав, опять вернулся в сквер. Сев на лавочку, открыл, рассмотрел и перетасовал колоду. Верхней картой должна была лежать дама пик. Его уже не удивило, что так оно и оказалось. Самая нижняя карта должна была быть шестеркой бубен, что тоже подтвердилось, когда он перевернул колоду. Быть ли ему летчиком-испытателем, или карточным игроком – разницы никакой, лишь бы бабки водились.

«Вечером нужно сходить в казино», – подумал он. – «Если выиграю, то хватит и на гостиницу, и на все остальное».

Плотно пообедав, он вспомнил о Крабе с Костылем и, выйдя из кафе, купил в киоске парочку пицц, жареную курицу и большую бутылку пепси. Обойдя вокзал стороной, двинулся через пути к знакомой ложбине.

Краб с Костылем спали под тентом. Валяющаяся пустая бутылка из-под водки свидетельствовала о том, что они помянули ушедшего товарища, не дождавшись вечера, и, разморенные жарой и спиртным, блаженно уснули с сытыми желудками. Он не стал их будить, а, устроившись на перевернутом дырявом ведре, стал играть сам с собой в карты и показывать фокусы, о которых никогда не знал раньше.

– Ты кто такой будешь? – неожиданно раздался сверху властный голос. Подняв голову, Зябликов увидел стоящих на откосе Бугу и двух его пристяжных.

– Да вот, в гости зашел, корешей проведать, – ответил Зяблик, ни мало не смущаясь.

– Буди эту рвань, пока я вниз не спустился.

Зяблик встал и несколько раз пнул туфлей по босым ногам, торчащим из-под навеса. Ноги зашевелились, и вскоре в лучах солнца появились две заспанные, опухшие физиономии.

– Буга? – мотая головой, отгоняя от себя остатки сна, удивился Краб.

– Протри моргала, придурок, – посоветовал вокзальный бригадир. – Где вчерашний задохлик, который у вас тут валялся?

Будто прислушавшись к совету, Краб потер глаза и, осмотревшись, молча показал на Зябликова пальцем.

– Это ты вчера, што-ли, с Ушастым в стирки гонял?

– Ну, я.

– Не нукай, а то самого запрягу. Пошли с нами, Крепкий с тобой хочет познакомиться.

Зяблик сидел и прикидывал варианты. Он был абсолютно уверен, что может в легкую справиться с этими тремя и спокойно исчезнуть, до того как они придут в себя. С другой стороны, связь с местным авторитетом давала полную защищенность и возможность получить документы.