Проклятые земли
Шрифт:
Услышав мой ответ, стражники хохотнули, Мишет тоже усмехнулся и протянул: «Да, Мина это может!», а у меня отлегло от сердца. Я ведь точно не знал, был ли приятель женат и кому именно принадлежал услышанный
– Выходит, ты приятель Ярута? – уточнил Мишет, сбавив темп и дождавшись, пока я поравняюсь с ним.
– Ага, – кивнул я.
– И давно вы с ним знакомы?
– Очень давно. С момента нашей первой встречи я успел заработать пяток шрамов, завалить пару сотен опасных тварей на Проклятых землях, накопить немного деньжат и раз десять едва не попасть на тот свет.
Ну не заявлять же, что мы приятельствуем всего дней десять? А так прозвучало достаточно солидно, и ни слова лжи. Вот только командир недоверчиво покачал головой и задумался. Я не мешал ему – просьба прозвучала, и теперь все зависело от Мишета. Захочет помочь – Ярут узнает о случившемся, захочет устроить подлянку – моя весточка, даже отправленная иными путями, до адресата не дойдет.
– Ладно, как только дежурство закончится, я загляну к Яруту и передам, что ты в остроге, – озвучил свое решение стражник. – Только напомни,
– Ник Везунчик.
– Ну и прозвище! – удивился Мишет. – А Хинэль не боишься прогневать?
– Не я его выбирал. Знакомые наградили, – пояснил я, равнодушно пожав плечами.
На этом наш разговор завял, как цветок на батарее, а вскоре впереди показались яркие светлячки на металлических держателях, вбитых в стены домов. Похоже, центральный квартал был намного богаче остальных, и на освещении тут не экономили. Мы вышли на небольшую площадь и направились к огромному зданию, которое казалось мрачнее прочих. Возможно, из-за того, что все его окна были перегорожены толстыми металлическими прутьями, а стены не украшали балконы, колонны или художественная лепнина.
Судя по всему, это и был тот самый острог, а иными словами – самая обычная тюрьма. Уже вторая в моей «попаданческой» жизни. Но если в первую я угодил волей случая, который выглядел как хмурые личности в балахонах, то в эту попал исключительно благодаря собственной глупости. А самым обидным было то, что я даже не представлял, хватит ли мне везения вновь обрести свободу.