Проклятый город
Шрифт:
Не двигались и люди, черным кольцом окружившие что-то, лежащее на тротуаре. Возле этой темной массы росло темное пятно. Оно стекало к краю тротуара и уже совсем тонким ручейком — в дождевой люк.
Человек. Массивное мужское тело.
— Боже мой! — раздался рядом с ухом Кена голос Хелен. — Это он… Он был у нас…
Кен отпрыгнул от окна, пробежал через офис, выскочил на лестницу и понесся вниз, перескакивая через три ступеньки. Подбежав к толпе как раз в тот момент, когда санитары грузили тело на носилки, он принялся распихивать зевак,
— Черт, тяжеленный… Помогите, кто-нибудь! — пропыхтел передний носильщик.
Корнинг и еще двое из толпы рванулись к носилкам. Схватился за них и полицейский.
— Кто видел, как это произошло? — спросил Корнинг.
Люди с любопытством уставились на него. Какой-то тип без шляпы задает вопросы — обычная часть уличного происшествия, взломавшего рутинное течение дня. Они смотрели на него так, как глядят на людей аквариумные рыбы, прижавшиеся к стеклу своей прозрачной тюрьмы.
Раз пять пришлось Корнингу повторить вопрос, прежде чем кто-то отозвался.
— Я видел. Он подъехал, припарковался, вышел. Тот, который стрелял, был в открытом спортивном купе. Подрулил к поребрику, выстрелил, убедился, что убил, и тогда только уехал. Первой пулей свалил, убил, наверное. Вторая пуля — уже в лежащего. Я видел, как он дернулся от второй пули.
Корнинг отвел парня в сторону.
— Приехал в автомобиле? В котором? — Он кивнул на стоящие вдоль тротуара машины.
— Да черт его знает… Вроде в этой развалюхе. Помню, бампер погнут был… Знаете, особого внимания не обратил. Тут такое…
— Да. Понимаю. Дам вам совет.
Человек с любопытством уставился на Корнинга.
— Уходите отсюда и никому не рассказывайте о том, что видели. Шагайте прямо в управление, в отдел тяжких преступлений. Спросите сержанта Хоума. Он нормальный мужик. Расскажите ему и попросите, чтобы имя ваше не фиксировали. Иначе можете оказаться в городском морге. Убийцы не питают симпатии к свидетелям.
Человек побледнел.
— Ух ты… — выдавил он. — Поди ж ты!..
Он резко повернулся и зашагал прочь, все время оборачиваясь.
Полученная информация позволила Кену Корнингу первым осмотреть легкий автомобиль с погнутым бампером. Прикрепленный к рулевой колонке сертификат регистрации выписан на имя Эстер Паркс. Адрес совпадает с местом ареста его подзащитной.
Сиденье водителя еще теплое. На пассажирском сиденье — дневная газета. Он подхватил ее, осмотрелся. Больше ничего. Карман правой двери слегка отдувается. Он сунул туда пальцы, нащупал женский носовой платок, пассатижи, колпачок от какого-то патрубка, какую-то картонку. Он вытащил картонку.
Красная картонная карточка полицейского управления. Разобрав каракули в графах для заполнения,
Кен сунул квитанцию в карман и осмотрел автомобиль спереди. От первоначальной окраски мало что сохранилось, особенно там, где бампер столкнулся с другим автомобилем. На самом кончике алел крохотный кусочек эмали, содранной с помехи. На радиаторе Кен обнаружил еще несколько крупинок красной краски. Очевидно, эта коллизия случилась недавно.
Больше ничего достойного внимания Кен при осмотре машины не обнаружил. И, конечно же, не узнал ничего о целях поездок.
Кен отошел от автомобиля Парксов. Толпа неохотно рассеивалась, следуя вежливым, но настоятельным требованиям полицейских. Проезжая часть ожила, автомобили расползались, отчаянно дудя. Один из полицейских шагал вдоль выстроившихся у тротуара машин в сопровождении какой-то женщины. Очевидно, эта женщина видела Паркса выходящим из автомобиля, но не могла вспомнить, из какого. Очевидец с дырявой памятью.
Кен смешался с расходящимися зеваками, обогнул квартал и вернулся в офис. Вошел, улыбнулся все еще не пришедшей в себя Хелен.
— Это он?
Он кивнул, прошел в кабинет. Она остановилась в дверях, наблюдая, как он расправлял на столе найденную в автомобиле Паркса газету. Из первой страницы выхвачен изрядный кусок.
— Не из-за этого ли он к нам собирался? — набравшись смелости, спросила Хелен.
Кен потянулся за газетой, с которой возился до выхода из конторы, наложил одну на другую первые страницы обоих экземпляров. Сквозь отверстие верхнего листа просматривалась фотография и несколько строк текста.
Кен всмотрелся в фотографию.
Мужчина с волевым подбородком, в роговых очках; губы крепко сжаты; высокие скулы, высокий лоб. Подпись гласит: «Гарри Б. Дайк утвержден мэром в качестве нового руководителя водопроводного хозяйства». Далее излагались достижения Гарри Б. Дайка как частного предпринимателя и общественного деятеля. Отмечалось также, что Дайк категорически против вмешательства политики в хозяйственную деятельность и что в будущем контракты будут получать лишь фирмы, предложившие наиболее выгодные экономические решения, что городской водопровод будет оставлять за собой последнее слово.
В деловой и столь оптимистической статье указывались и координаты офиса Дайка: Монаднок-билдинг на Седьмой стрит, между Мэдисон и Харкли. Под внимательным взглядом Хелен Вейл Корнинг решительным жестом натянул шляпу на лоб.
— Кен, — забеспокоилась она, — опасное это дело, лучше не ввязываться.
Хелен бледна, как привидение. Глаза расширены. Губы подрагивают, она сейчас, чего доброго, всхлипнет и заплачет. Кен улыбнулся, похлопал ее по плечу.
— Слушай, Хелен, я здесь новичок. Но осяду здесь и останусь. Кое-кто из здешних еще этого не усвоил. Пора им дать понять, что я здесь надолго.