Проклятый Лекарь IV
Шрифт:
Старуха проникла в мое жилище. Вроде, она мне помогла тогда, но до чего же она жуткая… Подошла ко мне и уставилась.
— А что я такого сделал? — Решил уточнить, хотя примерно догадывался.
— Главы, как послушные дети готовы идти за тобой. Поставил их раком. Одно загляденье. Раньше здесь получше было, жила тут и помогала им. Но потом у них вообще крышу снесло по магам, поругались мы знатно с Хреном. Вот и пришлось уйти, да много кто тогда покинул поселение вместе со мной.
— Хреном? — Переспросил.
— Со стариком, безмозглым — Хельмутом. — Ответила она и стала
— А как ты тут оказалась? Как же та деревня? — Паранойя меня не отпускала.
— Что с ней станет? Герцог туда солдат отправил, и потянулся народ в деревеньку. Там и лекарки появились помоложе меня. До этого не уходила, чтобы не бросать их. Уже собралась ехать в другой город, как новость, что молодой маг из Великой Русской империи, Ганса победил и станет новым главой. Ну я сразу про тебя подумала и поехала своими глазами посмотреть. Ну и хрена старого тыкнуть носом, что маг стал главой, чтобы скотина, такая, уелся. Ладно, это мои проблемы, тебе Август привет передает и благодарит за все. И сестрички, тоже просили передать, чтобы заезжал повторить, для тебя время всегда найдут.
Стало немного неловко, я не очень-то и помню ту ночь. Если у нее свои сложности с главой это понятно, тем более что выставили отсюда. Старая снова принялась меня обнюхивать.
— Что такое? — спросил я, когда она уже свой нос около моей груди остановила.
— Проклятые сердца, чувствую запах. — ответила она.
Вот же. Не знал, что их можно так найти. Чтобы отвлечь, перешел к сути. Не стал вдаваться в подробности, просто сказал, что появились странные измененные, которых не берет антимагия. И что попробовал победить магией, но не хватило силенок. И сейчас, маюсь вопросом, как мне увеличить вместимость моих врат души и каналы расширить.
— Пожрать ничего нет? — спросила она, усевшись за стол.
— С языка сняла, сам изнываю, но тут, видимо, принято морить голодом. — ответил с улыбкой.
Штерма достала металлическую штуковину и протянула ее мне. Это оказался нож, или то, что от него осталось, старый и весь в ржавчине. От него несло, чем-то знакомым… Так воняют трупы, когда горят. Держал его в руке, брошенный обрывок железа, который излучал ощущение забытости и пустоты. Рукоять была потеряна где-то в прошлом, и осталась только лезвие.
Изучал этот странный кусок мусора, Штерма достала миску с кухни и протянула мне.
— Да положи ты уже нож и руки вытяни над посудиной. — раздраженно сказала и забрала свой кусок железа.
Не сильно понимал, что это сейчас было и зачем, но послушал уважаемую бабушку. Стоило мне только протянуть руки, как из них хлынула кровь. Смотрел и не понимал, вроде ни одной царапины или раны не было. Вот только напор, с которым вытекала жидкость, говорили об обратном.
Посмотрел на Штерму, так убрала свой нож, вот только не заметил куда, как и откуда она его доставала. Начал волноваться, что сейчас кровища перельется через край, вот только в один момент она остановилась. И на руках ничего не осталось.
Вот это номер. Убрал руки и стал их
— Что крови своей не видел? Даже не спрашивай! Не скажу, секрет это мой, унесу его с собой в могилу. Ты лучше сердца все свои кинь в миску. Попробую посмотреть, что можно придумать. — крутя челюстью и глотая половину слов, произнесла она. Закинула ногу на ногу и уставилась на меня.
Все внутри сжалось. Очень ценный ресурс и сейчас все отдать ради эксперимента Штермы не хотелось. Проклятые сердца, помогают мне развиваться, как дикому, пусть и с риском раствориться в хаосе. И просто так их потерять, не хочу. Бабулечка заметила мои душевные терзания и сказала.
— Ты время не тяни, сам сказал, что помощь нужна. Давай уже.
Запустил руку в карман и нащупал… Пять штук. Вынул два и аккуратно, прощаясь с ними, бросил в чашу. Ничего не произошло. Сдерживал себя, чтобы не вынуть их обратно.
— Ивар, трагена тебе в жены, я сказала ВСЕ. Чем больше, тем лучше.
Снова полез и достал еще два. Смотрел на них, как на последнее сокровище в моей жизни. Выдавил ухмылку и опустил в миску. Пододвинул к Штерме. Та хитро улыбнулась и подошла. А потом спросила.
— Ты знаешь, что такое слива? — не успел ответить, как мне с мужицкой силой выкрутили нос, так что даже слезы проступили. Схватил ее руками, вот только старая прохвостка, взяла и запустила свою рученку в куртку. Вытащила последнюю драгоценность.
— Ты как открытая книга. Может, девчонок своих и обманешь, а меня нет. — Отпустила мой нос и кинула последнее проклятое сердце в миску.
Вот же! Мумия, как тебя земля еще носит? Уже давно должна червей кормить. Мне было обидно, не оттого, что у меня все мои камешки забрали, а то что проверили как ребенка. Ладно, вариантов немного, пусть делает. Других желающих не нашел.
Я сидел за столом и наблюдал, как старая грозная старуха варила своё зелье на кухне. Именно это она сказала, когда зажгла огонь в печи. В металлической миске кипели проклятые сердца в моей крови. Выглядело странно, жуткий запах распространялся по всей гостиной, словно смесь гнили и тлена.
Штерма повернулась и улыбнулась, отчего меня немного передернуло. Стара как смерть, её лицо отражало годы иссушения. Кожа была сморщенной и покрытой пятнами, словно слой грязи и пыли. Я бы не назвал это улыбкой, ее, как будто, схватили за кожу на черепе и повернули, чтобы натянуть. Глаза, взирающие вниз на зелье, казались пустыми и лишенными жизни.
Её странное поведение меня напрягало. Она вроде радуется, или… Штерма медленно перемешивала содержимое миски и что-то шептала. Ее волосы небрежно обрамляли лицо, дышала так, что складывалось впечатление, что каждый вздох будет последним. Очень бы не хотелось, чтобы она умерла прямо сейчас, недоделав, зелье. А потом?..
Она убрала с огня миску и взяв ложку, просто отхлебнула, словно это суп какой-то. Резкое движение, которое я даже не различил и с моей головы сорвали волосы. Они пошли к остальным ингредиентам в посудине. Возмутился, но пока не решил чему, то что она варит бурду или ее скорости?