Шрифт:
Тени сгустились. Заклубились, превращаясь в густую тьму, гудящую от голосов. Шепоты мертвых звучали отовсюду. Он закрыл уши руками, пытаясь закрыться от этих призраков, но от них было не скрыться. Шелестящий туман голосов полз по ногам, поднимаясь все выше и выше. Туда, где билось еще живое сердце. Туда, где горела жизнь.
– Остановитесь, – прохрипел он. – Хватит!
Он затравленно оглянулся в поисках выхода. Любой намек на свет в кромешной темноте. Но тени переулка
Сердце испуганно колотилось в груди, притягивая к себе еще больше туманных шепотов. Призраки прошлого, запертые во мраке и давно забытые, они жадно ловили каждый удар сердца – ритм жизни, который не слышали целую вечность. Он прижал ладонь к груди, словно пытаясь защититься от надвигающегося тумана. Но разве можно спастись от тени…
?? ? ??
«В тени старинных улиц всегда можно найти призраки прошлого.»
Рыжий закат догорал за Останкинской башней. Последние обманчиво теплые лучи солнца ускользали, растворяясь в серых тенях. Они скользили по асфальту, огибая осенние листья, и поглощая последнее тепло дня. Опавшие листья шуршали под ботинками, будто хрупкие вафли. Я прищурилась, выискивая в толпе подругу и гадая, насколько сильно она захочет меня прибить за опоздание.
Перед входом стояла группа молодежи, громко обсуждая что-то, и женщина в светлом пальто, которая нервно поглядывала на экран телефона. Полины среди них не было. Видимо, она замерзла и зашла подождать меня внутрь.
Вдруг кто-то толкнул меня в бок локтем, и я удивленно повернула голову. Мне казалось, что дорожка была пуста, но может я просто задумалась. Мимо меня медленно шла сгорбленная старуха в поношенном тряпье, что-то невнятно бормоча себе под нос. От такой извинений не дождешься. Я мысленно махнула рукой и поспешила к подруге.
Внутри было тепло, люди толкались около касс, а охранник лениво наблюдал за всеми из угла. Полина сидела на одном из бежевых кожаных диванчиков: пальто небрежно накинуто поверх желтого пушистого свитера, кончик светлой растрепавшейся косы зажат в зубах, а она сосредоточенно печатает в телефоне. Ее обычное состояние, когда она всеми мыслями была в написании статьи.
– Прости!
– Слегка запыхавшись от быстрой ходьбы, я подскочила к подруге.
– Сорок минут, – безэмоционально сказала она, даже не поднимая головы.
– Мы вырезали тыквы к Хэллоуину, и я увлеклась.
– Я прождала тебя тут сорок минут.
Поля встала, смотря на меня взглядом усталого и голодного человека.
– Знаю, прости-и-и, – виноватый вздох. – Бронь столика все?
– Позвонила им, перенесла бронь на полчаса. Как знала, что буду долго тебя ждать, – усмехнулась она.
– Смертью от вас пахнет.
Скрипучий старческий голос прозвучал совершенно неожиданно. Мы обе вздрогнули и уставилась на сгорбленную старуху в черном тряпье.
– Что вы несете? – возмутилась я.
Старуха даже не взглянула на нас
– Ты понимаешь, кого мы только что видели?!
Ее глаза лихорадочно заблестели в предвкушении. Я удивленно оглянулась через плечо, но старухи там уже не было. Сквозь большие окна виднелась вся площадка перед входом, но она была пуста. Странно, старуха ведь шла медленно, как она могла так быстро уйти? Неприятный холодок прошелся по спине, но я повела плечами сбрасывая его.
– Смерть с косой? – пошутила я.
Полина, на удивление, совершенно не отреагировала на шутку, и, быстро накинув плащ, потащила меня на улицу. Прижала губы к моему уху и быстрым шепотом заговорила:
– Это ж колдунья Агафья! Предсказательница!
– Обычно за предсказания деньги берут, – возразила я, все еще не понимая помешательства подруги.
– Зачем привидению деньги? – удивилась она. Остановилась и стала оглядываться.
– Привидению? Ох, Поля, когда ты уже перестанешь увлекаться всякой сверхъестественной чепухой?
– Сама ты чепуха, – огрызнулась она. Мы уже обошли всю площадку и остановились у ворот. – Ее столько людей видели! И вообще, она предсказала пожар в Останкинской башне в 2000 году.
– Ну конечно, – фыркнула я, скрестив руки на груди.
– Вон она!
Поля сорвалась на бег, и я поневоле побежала за ней. Сгорбленная старуха, как ни в чем не бывало, стояла неподалеку от входа в башню и, казалось, кроме нас, на нее никто не смотрел. Все проходили мимо, даже не глядя. Лица старухи не было видно, так как стояла сильно согнувшись. Только морщинистые сухие руки, похожие на старый пергамент, лежали на навершии клюки.
До старухи оставалась лишь пара шагов, Поля уже чуть ли не в прыжке бросилась к ней, когда та исчезла. Растворилась, как туман. В воздухе остался запах плесени, сырости и морозный холод. И повис отголосок ее слов, сказанных перед исчезновением: “Смертью от вас пахнет”.
– Сбежала. Ведьма, – расстроенно фыркнула Поля, топнув ногой. – Ничего, обязательно поймаю и сниму на видео. Такой классный материал будет!
– Да просто старуха какая-то, – попыталась я воззвать к разуму.
– И часто ты видишь старух, исчезающих в стене?!
Мне осталось только вздохнуть. Поле везде мерещились чудеса и призраки. Не зря же она вела колонку про городские легенды в газете “Как бы новости”. Подруга вошла внутрь, я поднялась за ней следом и замерла с занесенной над ступенькой ногой.
Солнце еще не село, отбрасывая тени повсюду. Моя тень прилежно лежала на асфальте сбоку от меня. Перед глазами встала старуха, стоявшая почти на этом же месте, и у нее не было никакой тени.
Я вздрогнула, оборачиваясь, словно она стояла за спиной. Тьфу, Поля, все твое тлетворное влияние. Агафья, колдунья, чепуха все это! И я поспешила за подругой в теплое нутро башни, подальше от холодного осеннего ветра.