Промышленникъ
Шрифт:
– Занятно.
Валентин Иванович сморгнул и понял, что позабыл сделать вдох. Очередная грань личности работодателя открылась перед ним совершенно неожиданно. Так неожиданно, что он прямо и не знал, радоваться или же грустить по этому поводу. Такая сноровка в обращении с коротким клинком подразумевала немалый опыт. Опыт, приобретаемый только частой и долгой практикой – а ведь к охоте молодой князь был подчеркнуто равнодушен. Как-то совсем некстати вспомнились предположения старого приятеля, о причинах, заставивших сломаться добротный клинок золингенской стали… Вернувшись за стол, аристократ положил перед собой давнего друга и еще раз провел кончиками пальцев по его рукоятке:
– Нож весьма похож на прежний. Изумительно
– Никак нет, тульский мастер.
Греве ответил машинально, пораженный тем, как легко работодатель определил, что у него в руках именно новодел. И тут же явил ему исходник, с явственными следами кузнечной сварки – опять в сосновой коробочке, вытесанной чуть ли не топором. Пользуясь тем, что молодой аристократ явно находился в хорошем настроении, его собеседник решил попробовать утолить уже собственное любопытство. Нет, ну в самом-то деле, его клятвенно заверили в том, что разница между двумя клинками исчезающе мала – так мала, что можно сказать, ее и нету. Совсем. А тут, буквально с ходу!..
– Александр Яковлевич, да как же вы узнали?..
Ответ ясности не добавил. Какая уж тут ясность, когда:
– Я ощущаю его немного по-другому.
И все, понимай это как хочешь. Впрочем, теряться в догадках времени не было – имелись у Валентина Ивановича дела и поважнее. С глубоко личным, так сказать, интересом. Уловив момент, когда начальство отодвинуло от себя восстановленный клинок (не то, совсем не то) и опять потянулось за новоделом, Греве набрал в грудь воздуха и начал:
– Ваше сиятельство!
Удивленный столь плавным переходом с доверительного тона на сословный официоз, Александр тут же оставил в покое сталь. Откинулся на спинку стула, проявил на лице легкий интерес, смешанный с усилившейся благожелательностью, и приготовился слушать.
– Мастер, изготовивший новый нож, – Сазонов, мой давний знакомый. Довольно известен, охотничьими ножами его работы пользуются даже великие князья – и этому имеются весомые доказательства. Мы с ним одно время довольно тесно приятельствовали в юные годы, да-с. И в этот раз сошлись… гм, вполне. – Порученец коротко глянул на работодателя и решился: – Ваше сиятельство, я и господин Сазонов хотели бы открыть небольшую компанию по производству охотничьего снаряжения. В основном конечно же ножи. Еще рогатины, капканы и тому подобное… Да-с, тому подобное.
– Продолжайте, я вас внимательно слушаю.
Воспрянувший Греве (молчание князя его изрядно нервировало) перестал осторожничать и поведал, как он все это себе представляет. Его вклад в будущую компанию будет в основном связями и деньгами. То есть организует небольшой заводик в Туле, оснастит его необходимыми станками и приспособами производства Сестрорецкой фабрики, ну и будет содержать все это великолепие первое время. Пока прибыль не закапает. На долю Сазонова выходило само производство ножей и всего прочего, а также подбор трех-четырех мастеров, коим он обязался передать свои профессиональные секреты. И все бы хорошо, но, будучи реалистами и вообще людьми опытными и пожившими, компаньоны прекрасно понимали – мало произвести, надо еще и удачно продать. И секреты сазоновские могут достаточно быстро уплыть на сторону. Конкуренты, сволочи, никогда не дремлют! Опять же, интерес налогового департамента никто не отменял, да и вообще!.. Вот если бы его сиятельство заинтересовалось участием в новой компании? Выраженном в трети всех паев. Тогда многие вопросы решились бы ну словно сами собой.
«Вернее, конкретно мной. Однако! Еще недавно Валентин Иванович и полтысячи гонорара принимал, только предварительно покраснев и обязательно помявшись. Всего каких-то пять лет под моим чутким руководством – и уже заботится о правильном вложении собственных капиталов, напористо убеждает и договаривается. Ишь как раскраснелся да оживился! Все-таки я на него
– Ну что же, не вижу никаких препятствий.
Легкий стук молотка, явно вбивающего в стенку гвоздь, отвлек от разговора только одного из собеседников, второй же, мечтательно прикрыв глаза, наслаждался моментом. Князь Агренев и успешное ведение дел – в сознании бывшего мастера-оружейника эти два понятия уже давно слились в одно целое, так что Валентин Иванович Греве только что стал еще более состоятельным человеком. Своя компания – это звучит! Весомо и солидно, добавляя жизненного тонуса и уверенности в будущем. Впору уже и о женитьбе задуматься – сколько ж можно холостяковать, в его-то годы. Впрочем?.. Нет, пожалуй, с этим делом все же торопиться не надо. Вопрос это важный, ответственный, прежде надобно все хорошенько обдумать, взвесить…
– Что? Простите, Александр Яковлевич, я немного задумался.
– Что ж, мне нетрудно и повторить. Помощь в составлении необходимых документов вам окажет Вениамин Ильич, со станками – к Иммануилу Викторовичу, насчет правильной охраны производства подумает Григорий Дмитриевич. Отстроит ваш заводик контора господина Бари – вы сколько уже с ним знакомы, года три? Ну вот, сделает вам все в самом лучшем виде.
«Хм. Появилась работа, и я тут же ее спихнул на других. И остался при этом в явной прибыли. Неужели я наконец-то становлюсь нормальным буржуином?»
Окрыленный столь быстрым разрешением его дела, Греве не удержался и подскочил, готовый сию же секунду бежать в гостиную и терроризировать поименованных ему лиц. Вспомнил, что его еще не отпускали, и столь же стремительно сел обратно.
– Прошу прощения, Александр Яковлевич.
– Ничего страшного, я все понимаю. – Князь мельком глянул на часы и досадливо шевельнул бровью. – Ну что же, на этом мы с вами и закончим.
Однако в тишине и одиночестве Александр оставался недолго. Опять вздохнула кожаная обивка стула под тяжестью очередного, и (хотелось бы надеяться) последнего на сегодня посетителя хозяйского кабинета. Примерно с минуту титулованный аристократ, промышленник, отставной офицер, известный в узких кругах меценат и прочая и прочая рассматривал своего нового сотрудника. Нет, Виктор Вениаминович Лунев и до этого трудился в его интересах, но, если можно так выразиться, делал это несколько опосредствованно. То бишь получал задания и отчитывался в их выполнении конкретно своему отцу. И делал бы то же самое и дальше, если бы не зримый успех двоюродного брата. Пример такого рода оказался на диво заразителен, безумно горяча кровь честолюбивыми желаниями и мечтами.
– Как я понимаю, с основными требованиями к моим ДОВЕРЕННЫМ лицам вы знакомы. Они вас устраивают?
– Да, ваше сиятельство.
– Вы понимаете, что будет в случае их нарушения?
– В полной мере, ваше сиятельство.
В кабинете повисло тяжелое молчание. Князь несколько секунд смотрел прямо в глаза своего ровесника, затем едва заметно кивнул:
– Ваше первое задание. Не так давно мне стало известно, что в Рязанской губернии произрастают клен и ясень. Конкретнее – в Рязанском, Касимовском и Спасском уездах, а также по берегам Оки. Необходимо как можно быстрее наладить добычу и переработку этой древесины, причем прямо на месте. Справитесь – возглавите деревообрабатывающее направление в компании. В противном случае – сможете спокойно вернуться к отцу. Вопросы?