Пропаданцы

Джиллиан

— Тучи тёмные, сойдитесь! В небесах грозой столкнитесь! Пусть волнуется трава и согнутся дерева! Снизойди, огонь живой! Душу обогрей собой! Шалью мне огонь на плечи — веселей с тобой и легче! — И закашлялась, после раздражённо мотнула головой, подумала, искоса поглядела на так и не шевельнувшихся охранников и добавила: — Я встану у окна. В руках моих свеча. Гори, огонь, гори! Приди, мой друг, приди!

И взвизгнула так, снова чуть не ударившись о страшную стену, что один из охранников всё-таки сделал шаг к камере. Правда, вернулся потом. Видимо, им строго-настрого запретили подходить к пленнице.

А

в ладонях Риты полыхал огонь.

Он мягко кланялся и словно взлетал, вспархивая призрачными оранжевыми крыльями. Просто так… Прямо над кожей ладоней — и был притом настолько горячим, что Рита чуть не застонала от счастья, греясь от него. Даже змеи сунулись к теплу — правда, предусмотрительно не засовывая морды в сам огонь.

Девушка разделила огонь, разведя ладони в стороны, чтобы змеям было удобней греться, не прикасаясь к ней самой. А пока держала огонь на приподнятых ладонях, постепенно согрелась настолько, что сумела додуматься: а попробовать спуститься по этой лестнице? Сбежать, может, и не удастся, но почему бы не устроить переполох? Змеи, конечно, наверняка приползли снизу, где не может быть выхода… Но дурацкая идея уже была вбита в голову. Да, устроить переполох, а заодно добавить тепла, греясь в движении.

Она перевалилась на колени и, держа огонь только в одной руке, присмотрелась к ступеням и впрямь витой лестницы. Пожала плечами. Хуже того, что есть, уже не будет. Кажется. Медленно, стараясь не задеть змей, опустила ноги в дыру. Медленно перенесла тяжесть тела на ступни. Встала. Вроде крепкие ступени.

Обернулась к охранникам. Прощально помахала им огнём и принялась осторожно переставлять ноги, подсвечивая себе живым огнём на ладошке. Хм… Пока Челеста не явится, охранники не сумеют проникнуть в камеру. А тут — хоть какое-то развлечение.

Сначала магический огонь осветил земляные стены и торчащие из неё каменные глыбищи, чему Рита удивилась: она-то считала, что находится где-то на втором или третьем этаже какого-нибудь замка. Потом сообразила: может и третий этаж, но с той стороны, где, возможно, замок вписан в скалу, например. Сердце сразу ёкнуло: а если где-то выход на поверхность? И именно оттуда приползают змеи? Нет, хозяевами наверняка предусмотрено всё, чтобы пленницы не сбегали так просто, но… Но чем чёрт не шутит!

Девушка сжала плечи, в очередной раз ощутив стылый холод, и заспешила. А вдруг охранники всё-таки кинутся за Чёрной ведьмой, чтобы доложить ей о побеге? Держа огонь понизу, согнувшись сама, чтобы не дотрагиваться до корней, свисающих здесь, в подземелье, во множестве, Рита обнаружила, что змеи и здесь есть, но встречаются реже. На следующей ступени вниз она подпрыгнула от резкого шороха сзади и оглянулась. По спине морозом прошла волна дрожи… Змеи спустились за нею. На некоторое время замерли все — и человек, и пресмыкающиеся, вставшие чуть не на хвост….

Совладав с чувствами, Рита заикаясь от холода, высказала:

— Что-то меня здесь, в вашем городе, здорово на бородинского «Игоря» тянет. Ну-ка, подружки, споём, что ли? «Улетай на крыльях ветра ты в край родной, родная песня наша! Туда, где мы тебя свободно пели, где было так привольно нам с тобою!» — И, опьянев от холодрыги и общего состояния «а-а! Где наша не пропадала!», Рита лихо закончила: — Девочки, айда — погуляем немного?

Секунду

спустя, не успела она отвернуться от змей, как едва не получила инфаркт: те ринулись мимо неё такой волной, что, не застынь она на ступени, они бы сбили её с ног. Машинально посветив вперёд, туда, куда змеи порскнули, девушка ошеломлённо уставилась на них же, но замерших, обернувшись к ней. Снова посмотрела назад. Пусто.

Передёрнув плечами, Рита высказала, не веря себе:

— По-моему, вы хотите и в самом деле меня прогулять! Что ж… Идём! — И с решительным, хоть и хриплым воплем: «А ну-ка песню нам пропой, весёлый ветер, весёлый ветер! Моря и горы ты обшарил все на свете и все на свете песенки слыхал!» она, уже твёрдо ступая по свободным от змей ступеням, потопала вниз, за волной, которая словно вопросительно останавливалась всякий раз, как только Рита припаздывала за нею.

Время от времени девушка, уже привыкшая, что они и в самом деле ждут её, громко стуча зубами, объясняла:

— Понимаете, я не сразу вижу, что вы освободили мне ступеньки, и боюсь, как бы не наступить на вас! Мне бы, честно, не хотелось этого! Поэтому я немного запаздываю за вами! Но вы не бойтесь, я точно за вами иду!

Странно. Вроде она слышала, что змеи глухи. Но эти понимали с полуслова. И Рита напропалую то пела, то рассказывала, как попала сюда, в странный, пока непостижимо устроенный город, с которым так и не успела познакомиться, а хотелось бы. Рассказывала, что попала сюда не одна, а с очень хорошим человеком — и как он теперь без неё? Небось, всё ещё дерётся!.. Приходилось освещать путь, а хотелось прижать огонь прямо к коже. И даже не то чтобы прижать, а омывать огнём всё тело, словно водой.

И, когда она решила, что это такой своеобразный ад — вечный спуск до самого ада, змеи внезапно раздались на два потока и снова замерли.

Посветив с ладошки, Рита хмыкнула.

Здесь, чуть сбоку от ступеней, было довольно ровное место — земляной пол. Не в центре, но близко к нему, привольно раскинулся, словно дрыхнул, какой-то тип в плаще. Получается, змеи вели её к нему?.. Рита на цыпочках подошла к лежащему и оторопела при виде оскаленного черепа, оплешивевшего от времени. Постояв немного, она с вожделением осмотрела его плащ-накидку. Меховой. Правда, побогаче, чем у наёмника.

Без раздумий девушка огладила ладонями выступающий из стены камень, передавая огонь ему. Движение получилось таким естественным, словно она постоянно занималась прикладной магией. Огонь и правда остался на камне, трепетно освещая всю небольшую площадку. Теперь, когда обе руки освободились, Рита, нисколько не смущаясь мертвеца (а чего его смущаться? Мёртвый же!), вытряхнула его из накидки.

Потом оттащила ближе к стене и оставила там, распрямив и укрыв полой его же тонкого «сюртука». Пусть покоится хотя бы с миром, а не открытым, уродливым в смерти лицом кверху. Затем девушка занялась накидкой. Та оказалась сухой, но надевать её сразу не хотелось. Для начала Рита расправила её на земле и быстро провела ладонью туда и сюда несколько раз, после чего, не раздумывая, накинула плащ. Те места, которые она разогрела ладонью, и в самом деле сохранили тепло её рук. Но остальное… Она как будто влезла в жуткий холод… Огляделась. Змеи важно охраняли площадку.