Пропащие девицы
Шрифт:
– Я и тебе сделаю кофе, – пробормотал Крис, подходя ближе. – Хочешь?..
– Угу, – Робин улыбнулась и поднялась со стула. – Я пью со сливками…
Отставив свою чашку на стол, Крис осторожно притянул Робби к себе и обхватил ее лицо руками. Она замерла от неожиданности и внезапно нахлынувшего волнения. Его губы были на вкус, как кофе. И девушка чувствовала, как он дрожит, целуя ее. Нежность его прикосновений могла бы стать для нее всем в этом мире. Она пробовала его на вкус. И этот кофейный поцелуй был слишком хорош, чтобы останавливаться. Пристав на носочки, Робби обвила шею Криса руками, теснее прижимаясь
– Ох, черт возьми, прости меня… – первым отрываясь от ее губ, прошептал музыкант. Он громко дышал, продолжая держать Робин в объятиях. – Я не должен был делать этого…
Выскользнув из его крепких рук, Робби смущенно улыбнулась.
– Все в порядке, – она опустила ресницы. – Зато теперь я знаю, что ты варишь приличный кофе.
В этот момент раздался звонок в дверь.
– Кажется, твои вещи, – улыбнулся Крис. – Я сейчас вернусь.
Когда он вышел из кухни, Уильямс едва слышно прошептала:
– Не гей…
Ее сердце колотилось, как бешеное.
Если на твоем рабочем столе в редакции в понедельник утром лежит конверт, перевязанный розовой ленточкой, вызывай саперов – ничего хорошего из того, что ты его откроешь, не выгорит. Если же недели напролет тебя поносили и обвиняли в расставании самой крепкой и семейной пары Голливуда, то «ничего хорошего» резко приобретает еще более негативную окраску, превращаясь в лаконичное «пиздец».
За последние несколько суток по возвращении из Англии Патриции Бэйтман надоело воевать со всевозможными пиздецами, поэтому она вызвала Минни Манро, чтобы поинтересоваться, какого хера это анонимное послание прямиком из Аль-Каиды делает у нее на столе.
– Это мисс Мин просила оставить, чтобы вы первым делом рассмотрели…
Патти ожидала увидеть на столе все, что угодно, от приглашения в Белый Дом до чека на кругленькую сумму от очередного издания за разглашение подробностей их с Аффлеком личной жизни и скандальные фотографии, коими, по мнению ее коллег, забит весь ее облачный сервис. Представляя эти самые фотографии, девушка и сама думала, что не прочь заиметь парочку, которые скрасили бы ее тяжкие и полные рутины будни. Пожалуй, пялясь на голую бэт-грудь, можно и позабыть о ненависти общественности хоть ненадолго.
– …новый контракт, который The Hollywood Reporter готовы предложить по истечении предыдущего. Мисс Мин…
Тщательно скрыв удивление от такого поворота событий: Дженси ведь еще пару месяцев назад четко дала ей понять, что не желает видеть ее ни дня дольше, прописанного в трудовом договоре – Патти позволила себе и дальше провалиться в отвлеченные мысли, пока ассистентка не закончит противно зудеть над ухом и не оставит ее с этим поистине взрывоопасным конвертом наедине.
Бен и сам предложил воспользоваться одним из таких предложений, о котором он узнал от своих публицистов раньше, чем Патриция успела проверить свою почту. Да и не в состоянии она была тем чертовым солнечным лондонским (!) утром совершать такие сложные действия. Ее организм был настроен только на собственное сохранение в исключительно биологическом смысле. Если бы она способна была соображать чуть лучше примитивного одноклеточного, то Джаред Лето изображал бы сейчас не смертельно оскорбленного, а очень даже счастливо оттраханного своей загадочной девушкой, с которой он целовался в
Сколько же дерьма свалилось на нее за эти несколько дней. Складывалось такое впечатление, что мисс Бэйтман выиграла джекпот в крупной лотерее, вроде национальной, выигрыш в которой, правда, измеряется не сотнями миллионов долларов. И винить в этом всем можно было только одного человека – Криса Мартина. Криса Мартина и его гребаные Coldplay сопли, от которых отчаянно хотелось напиться, с чем она прекрасно справилась. Да пребудет с нами шотландский виски и пророк его МакЭвой! Патриция прыснула со смеху, но тут же оправила себя.
Минни лишь на миг прервалась, недоверчиво глянув на свою начальницу, и вновь продолжила вещать о бедах насущных:
– …пригласительный на Met Gala в НьюЙорк….
Только вот поутру было совсем не так весело, как накануне. Патриция еле поднялась с кровати и доползла до кухни, где устроилась поглотить весь запас воды из мини-бара. Ее совершенно не интересовало, куда подевался сосед, как ему спалось в обнимку с голой и ни на что не годной девушкой (разгоряченная от виски Бэйтман быстро поняла, что снимать с себя все, ложась в постель, было очень глупо), и насколько по шкале от одного до Халка он зол.
Устроившись в кресле в обнимку с бутылкой Perrier, Патти являла собой картину до нелепого умильную и постановочно нереальную. В накинутой поверх нижнего белья кожаной куртке она скорее походила на картинку из какой-то панковой фотосессии для глянца, а если в кадр добавить столько ретуши, сколько бывает на моделях, то и потекший мейкап выглядел бы исключительно гранджево и гламурно. Джей, зашедший в номер, готов был простить поморщившейся от его цветущего вида девушке все. И они провели бы прекрасный день в Лондоне, наплевав на ужин и город вокруг, если бы не телефонный звонок.
– Опять Бен? – поинтересовался Лето, и стальные острые нотки в его голосе должны были насторожить и предостеречь девушку, но, увы и ах, соображала она все еще туго, а потому не услышала неприкрытой угрозы и сарказма в следующих словах мужчины: – Все утро тебе названивал, переживает, наверное, как там его благоверная.
– Еще бы, после Coldplay многие не выживают, знаешь ли, – улыбнувшись, прошептала Патти неизвестно то ли Джареду, то ли мужчине по ту сторону Атлантики.
И с того самого момента, как Бен начал рассказывать ей о компрометирующих фотографиях и возможности подлатать их продажей дыры в бюджете, шансы Патриции на лондонскую романтику начали таять с такой скоростью, как снег в Калифорнии.
– Но ведь у нас нет никаких фотографий, – Бэйтман упрямо тормозила, – к тому же я не могу поступить так с тобой. Разве я давала повод о себе так думать? И мне не нужен бэт-костюм… но если для тебя он так важен, мы, наверное, можем сделать несколько постановочных кадров… – неуверенно согласилась девушка.
Бен, поняв, что Патриция сейчас не в состоянии воспринимать шутки, решил отложить разговор до лучших времен и пожелал ей скорейшего восстановления от выпитого, а Джаред окончательно потерял самоконтроль и едва обменялся с девушкой парой слов до самого отлета. На борту самолета он пытался разыграть перед Уильямс хорошее настроение, но, увидев, что та слишком сосредоточена на чем-то своем, бросил эту затею.