Пропащие Души
Шрифт:
– Вам, парни, в цирке бы выступать, – проворчал Белый после долгой паузы. – Метание гирь на точность. Или уже застолбили?
– Если нет, можем устроить, – тут же среагировал Рыжий. – А то ещё номер: перебрасывание тигров через трапецию.
– Интересно, кто будет реветь громче: звери или зрители? – подключился Пьеро. – Ещё бульдозерами сможете подрабатывать.
Всё ж недаром их так прозвали – те ещё клоуны!..
– Ребята, это ведь не шутки, – заметил Светлан. – А как вам понравится номер «живая молния»? Или «человек-ракета»?
– А что, ваши девахи такие же шустрые? – угрюмо спросил блондин.
– Вот наших дев лучше не задевать, – сказал Светлан. – Эмоции, знаете ли. Мы-то способны им не поддаваться, потому и взялись за переговоры. А если дамы сочтут себя обиженными – тут шерсть полетит клочьями. Они и так едва сдерживаются.
– Господа, поймите правильно, – с благодушной величавостью заговорил Артур. – Мы не хотим драки, но совершенно её не страшимся. В ваших интересах не доводить до такого. Ну, и в наших тоже. От войны выиграют лишь те, кто не станет в ней участвовать.
Прикрыв глаза, Светлан ощущал, как одна за другой гаснут опасные точки. Точнее, их гасят Стражи, обходясь, впрочем, без крайностей.
– Насчёт выгоды – that depends, знаете ли, – возразил Рыжий. – Если прикинуть, на скольких птичек накинута ваша сеть и какой кус отстёгивают вам за опеку… а затем примерить это на себя. Уж поверьте, мы управимся с ними не хуже – у нас в этих делах такой опыт!
Недоумённо хмурясь, король оглянулся на Светлана.
– Это у нас такая национальная игра: делёжка неубитого медведя, – пояснил тот.
Вскинув брови, Артур подумал секунду, затем спросил:
– Он сам-то понимает, что говорит?
– А зачем? – пожал плечами Светлан. – Тут главное – интонация. Многие верят.
– И вот такие преуспевают тут? Они ж несведущи!
– Зато активности через край – где-нибудь да прорвутся.
– Драгоценные мои! – вмешался Пьеро. – Гостюшки! Вы ещё не забыли про нас? Хотя, если мы мешаем…
– Ну да, поучи короля манерам! – хмыкнул Светлан.
– А может, вас удивляет наша, так сказать, тройственность? Но такое число оптимально для сотрудничества!
– Да неужто?
– Три богатыря, – принялся перечислять «голубь», – три мушкетёра, три толстяка, «Три товарища», «Сердца трёх», «Трое в лодке…»
– Змей Горыныч, – прибавил Светлан.
– Что? – удивился Пьеро.
– У него было три башки, если помнишь.
Действительно, чем-то кейджибисты напоминали трёхглавого дракона, нагнавшего такого страху на королевство Филиппа. А не скрывается ли и тут под полом общее тулово?
– Ещё трёх поросят вспомни! – пробурчал Белый.
– И напрасно вы так полагаетесь на свою силу, – язвительно произнёс Рыжий, видимо, в отместку за «несведущих». – Да стоит нам лишь моргнуть…
– Одновременно? –
Ещё раз прислушавшись к неслышному для хозяев, он удовлетворённо кивнул и объявил:
– Не хочу никого огорчать, но ваши «дятлы» отстучались на сегодня. А стоит мне сделать знак, и «гепардам» сделают укорот. Что до «слоников», то с ними мы разберёмся сами, если не возражаете.
– Ты сумасшедший? – заботливо справился Пьеро. – Знаете, мы тут курируем одну недурную клинику, и вот в ней…
Уже без опаски Светлан вскинул ладонь, и во все двери вступили Стражи, больше для эффекта выряженные в новейшие доспехи, с огнестрелами наперевес. «Гепарды» оцепенели, благоразумно разведя руки по сторонам, а «слоны» и вовсе обратились в статуи, избегая даже моргать.
– Ап! – заключил Светлан. – Или в цирке говорят «алле»?
А в шахматах такое называют матом. Хотя здесь-то не игра.
– Ладно, – сквозь зубы процедил Рыжий. – И что теперь?
Выдержки не утратил, молодец, – наверное, этим и ценен. Белый тоже держится спокойно. А вот Пьеро, похоже, сник.
– Теперь мы прекратим друг друга пугать и поговорим о деле, – ответил Светлан. – А начнём с главного: вы отзываете своих клевретов?
– Разумеется! – раздражённо ответил Рыжий. – Что нам ещё остаётся?
– И подкрепляете это своим словом?
– Ну конечно.
Согласился-то он легко – даже слишком. И впрямь держит за простаков.
– Это демонстрация, всего лишь, – сказал Светлан. – Сейчас вам ничего не грозит, а все ваши люди живы и относительно целы. Скоро мы уйдём, и каждая сторона останется, с чем была. Но если хотя бы с одной из наших дев стрясётся беда, отвечать придётся вам. Хотите вы этого?
– Нет, – ёжась, откликнулся Пьеро. – Вот этого мне точно не хочется.
– Подтверждаете вы договор? Без принуждения, на равных переговорах, в присутствии ваших наёмов и наших вассалов… Подумайте!
– Я подтверждаю, – сразу сказал Пьеро. – Да боже меня упаси!..
– Тоже, – помолчав, выдавил Рыжий.
– Да, – нехотя буркнул Белый.
– Вот и славно. Тогда давайте обговорим частности – уже без раздувания щёк.
Чтобы разрядить атмосферу, Светлан снова махнул рукой, отправляя Стражей обратно за двери. Дышать вправду стало легче. Охранники с облегчением зашевелились, и кейджибисты перевели дух, на удивление быстро восстанавливая равновесие.
– Живи сам и давай жить другим, – снова завёл Пьеро. – Зачем было так наезжать на нас? Мы не успели ещё слова сказать, а вы уж разворачивали атаку. Конечно, захватили нас врасплох!..
– Разве она не оправдала себя?
– Ведь это в нарушение правил, поймите. Чтобы не подставляться, вам следовало затребовать у нас гарантии.
– И сколько бы это заняло?
– Ну, сутки-двое…
– Откуда у нас столько? Срок – до часа быка. А после первых смертей говорить станет поздно. Слыхали про Рубикон?