Пропащие Души
Шрифт:
– Ага, вот и тропа! – Артур указал на широкую полосу, тянувшуюся вдоль опушки, точно свежая пашня. – Всё же решил их догнать?
Для сравнения Светлан оглянулся на следы, оставляемые их шестиногами. Пожалуй, в этой стае и впрямь не больше пары десятков. Заманчиво было б ударить Душам в тыл… но не до того сейчас, нет.
– Нет, – повторил он вслух. – Мы и тут не соскучимся. Видишь замок?
Из тьмы в самом деле уже проступила гроздь чёрных башен, венчающих притопленный тяжёлым туманом островок, к которому уводил каменный мост.
– Ха! – воскликнул король. – Берлога Оттона. Ну конечно!..
– Сегодня
– Недоглядел, извини, – ухмыльнулся Артур.
Выскочив на дорогу, мощённую старым булыжником, звери круто повернули к обрыву – кажется, ещё раньше, чем им подали команду. Может, они вдобавок телепаты?
Ещё прибавив скорость (хотя куда уж больше), шестиноги дробно затопали по камням и через секунды влетели на мост. Последний пролёт в нём замещала подъёмная платформа, заодно прикрывавшая проём в крепостной стене. Но теперь от платформы не осталось и следа, а проём зиял, точно пасть чудовища.
С разгона одолев короткий подъём, оба зверя без колебаний взмыли в воздух, точно с трамплина, и по плавной дуге пронеслись над бездной. В следующую секунду они вонзились в проём и возобновили бег в тёмном тоннеле, пронизывая одни ворота за другими, – пока не очутились в крохотном замковом дворе, со всех сторон стиснутом каменными громадами. Где наконец затормозили, со скрежетом проехавшись когтями по брусчатке. И никаких признаков утомления – после таких скачек. Действительно, больше смахивают на машины.
За прошедшие месяцы в замке мало что изменилось, разве стало ещё унылей. Соскочив с седла-кресла, Светлан махнул рукой Артуру и вступил в ближнюю дверь. Знакомыми переходами, украшенными жутковатыми барельефами, провёл короля к главному залу – огромному, мрачному и почти столь же тёмному, как здешние коридоры. Прежде-то его освещали факелы, развешанные по стенам, а теперь пылал единственный, помещённый над троном, в самой глубине зала. Как и раньше, по центру раскорячился тяжёлый стол, но тогдашнее угощение успело истлеть, не тронутое даже воронами. А вместо тощего исполина, закованного в чернёные латы, на троне восседала мраморная статуя, во всех деталях и с замечательным мастерством изображавшая прекрасную голышку. Сложением она мало походила на утончённую Анджеллу или изящную Жанну, скорее – на роскошнотелую Артезию. Вдобавок статую украшала такая же грива смоляных волос, змеящихся по плечам и груди, и так же затеняли глаза пушистые ресницы да пламенел алый рот. Вот только веяло от неё холодом – чего не скажешь про пылкую маркизу. Словно бы ваяли скульптуру с юной покойницы, гримированной перед погребением, но ещё не обряженной в подобающие одежды… Или их сперва одевают, а приукрашивают уже после?
– С одной стороны это, разумеется, красиво, – пробормотал Артур, изумлённо разглядывая статую.
– С которой? – поинтересовался Светлан. – Думаешь, со спины она смотрится хуже?
Поднявшись по широким ступеням, он
– Возрадуйся, старина, – сказал Светлан. – Эта красотка скорее жива.
И сразу огромные глаза распахнулись во всю ширь, озарив бледное лицо мертвенным светом, а чувственный рот искривился в странной усмешке – будто одну мраморную маску заменили другой. После недавнего боя напугать Светлана было трудно, однако ему сделалось зябко.
– Похожа на вампиршу, да? – спросил он, на всякий случай стиснув пальцами узкое запястье. – Ну что, поделимся лишней кровью? Вот только заразу бы не занесла.
– Боюсь, дело хуже, – откликнулся Артур, становясь рядом. – Вампиры хотя бы произошли из людей…
– Как те – из обезьян? – хмыкнул Светлан. – Венец эволюции!
– А здесь от человека лишь форма.
– Зато какая – шедевр!.. Но кто ж это, по-твоему?
– По-моему, демон.
– Или демонесса?
– Насколько знаю, демоны не разделяются на полы. Вот внешность могут принять любую. То есть сами они бестелесны, зато способны создать любую плоть, чтобы затем вселиться в неё.
Повернув голову на высокой шее, красотка вслушивалась в слова Артура – вроде бы даже с интересом. Наверно, и демонам любопытно, что про них думают другие.
– Если и так, наш приятель не просчитался.
Взглядом знатока Светлан ещё раз осмотрел бывшую статую от точёных ступней до изящных ушек и покачал головой: придраться не к чему – воплощённая женственность.
– Это лишь красивая кукла, – возразил король. – Конечно, не хочется её калечить…
– Если бы демон собирался вредить, он принял бы форму великана или дракона. А раз вырядился в такую кралю, значит, хочет настроить на мирный лад.
– Или совратить.
– Двоих сразу? Тогда он слепил бы парочку девиц, если не дурак. Не станем же мы из-за неё драться!.. Или на парочку его не хватит?
– Да хоть дюжину, – вдруг откликнулся демон, словно бы уязвлённый таким подозрением. – Никаких проблем!
И расселся на троне свободней, закинув ногу на ногу. Голос его тоже напомнил Артезию: грудной, бархатный, чарующий. И кожа под ладонью Светлана вроде бы согрелась, а плоть – сделалась мягче. Чёрт знает, как это достигалось и каким был исходный материал, но чем дальше, тем сильней от статуи веяло жизнью. Галатеи нам не хватало!..
– Только зачем? – прибавила красотка. – Вы, ребята, не из тех, кто ищет похождений на стороне, а я не терплю лишних затрат. Перейдём сразу к делу, если не против.
Улыбнувшись, она провела свободной рукой по кисти Светлана, ещё сжимающей её запястье, и нехотя тот отпустил странное существо. Нехотя – потому что осязать такое тело было приятно… что бы там ни говорилось о наполняющем его сознании. (Наверное, поминать душу не стоит?)
– Вообще, мы не отказались бы закусить, – сообщил он, озираясь в поисках стульев. – Если не трудно, конечно. Понимаешь, свою-то снедь мы оставили…
– …на развалинах Дома, я знаю, – заключила девица, откидываясь в кресле. – Меня это не затруднит, си-ир, нисколько.