Прорицатель 2. Дочь рода
Шрифт:
Это было самое логичное объяснение, но тогда откуда трещина? Это физическое проявление проклятья или нечто совершенное иное?
Меня вдруг резко отбросило от алтаря. Похоже, отец почувствовал моё взаимодействие с родовым камнем и недоволен тем, что я задержалась на этом уровне.
Когда я наконец преодолела ступени двух этажей и добралась до двери в поместье, в животе заурчало так громко, что я невольно согнулась. Первым делом придётся посетить не ванную комнату, а кухню. Вот повар удивится, когда увидит, как хозяйская дочка запихивает в себя еду
Но моим мечтам о сытной трапезе было не суждено сбыться. Стоило мне выйти из подземелья, как я тут же наткнулась на Матвея. Он оглядел меня с головы до ног, убедился, что я жива-здорова, а потом сообщил, что отец ждёт меня в кабинете прямо сейчас. Пришлось идти так – в порванной и окровавленной школьной форме. Времени переодеться мне не дали.
Глава 6
Я шагнула в кабинет и поморщилась – от засохшей крови школьный пиджак встал колом. Отец встретил меня хмурым взглядом и лёгким кивком.
– Как ты себя чувствуешь? – спросил он глухо.
– Нормально.
– У нас серьёзные проблемы, Ярина, – отец вышел из-за стола и шагнул ко мне. – Через два дня Николай отбывает в Китайскую Империю. Нас всех вызывают в столицу. Официально – для вручения награды, но нужно быть готовыми ко всему.
Отец принялся рассказывать, что произошло за те несколько часов, которые я провела под алтарным залом.
Всем выжившим на полигоне школьникам присвоены награды. Ордена мужества второй и третей степени. Для меня и Тараса Чебукова – первая степень, ведь мы сунулись в разлом и даже умудрились его закрыть. Белкин и Наумов уже на пути в столицу – их вызвали сразу же после распечатывания купола.
Награждать нас будет не император, конечно, – его величеству не до школьников и разломов, государственных дел хватает. Но сам глава Ведомства по защите от иномирного влияния окажет честь и вручит ордена за «мужество и отвагу при спасении людей в условиях, сопряжённых с риском для жизни».
Погибшие дети получат награды посмертно. Им, конечно, уже всё равно, но для их родов это дополнительный бонус. Ну и вряд ли кто-то откажется от ордена и подаст протест императору.
Кстати, школа закрыта до окончания расследования, а безопасники наверняка вытаскивают из разлома всё, что плохо лежит. Я не сомневалась, что эти падальщики ничего не пропустят и не оставят в разломе что-то ценное.
Н-да… а ведь и вправду обставляют всё так, будто закрытие разлома – нечто настолько сложное и уникальное, что без награды никак. Шумиха будет знатная, к нам будет приковано столько внимания, что уже сейчас я почувствовала, как по спине ползут мурашки. И это только начало.
– Через два дня после награждения будет слушание по поводу трагической гибели членов комиссии по надзору за иномирными животными, – добавил отец, заканчивая рассказ.
– Они же были подосланы Свиридовой, – удивилась я.
– Предлагаешь мне обвинить управление надзора за иномирными животными в сговоре и личном интересе? – отец выгнул бровь и невесело усмехнулся. –
– Но свидетелей много и…
– Это политика, – жёстко припечатал он. – Мы не имеем права на ошибку. Ты понимаешь это?
– Да, но…
– И ещё… мы не провели полноценный ритуал твоего принятия в род. Как только Николай вернётся из Китайской Империи, сделаем всё по правилам, – устало сказал отец. Я присмотрелась и поняла – он действительно измотан, если не измождён. – Михаил приедет через две недели. Обязательное обучение он закончил, а практику можно отложить на месяц. Всё согласовано, печати уже стоят.
Он взглянул на монитор, покачал головой и снова посмотрел на меня.
– Чуть не забыл, – теперь в глазах отца появились смешинки. – После объявления о присуждении тебе ордена мужества предложений о помолвке прибавилось.
– Сколько и кто? – тоскливо поинтересовалась я.
– Уже шесть претендентов в общей сложности вместе с предыдущими, – улыбнулся отец. – Из последних – Наумов, Аристов, Чебуков и некий Кирилл Ахшаров.
– И что теперь? – спросила я. – Будешь просить за княжича?
– Это был бы крайне выгодный союз, но пока об этом рано говорить.
– А когда будет не рано? – я покосилась на кресло, но садиться не стала – не хотелось портить любимое папино кресло грязной одеждой.
– На входе в Ведомство по защите от иномирного влияния стоит арка, как в магической академии.
Теперь отец уже не улыбался. На его лице появилась такая скорбная маска, что я всерьёз обеспокоилась тем, что же он обещал своему покровителю. Не нарушила ли я условия клятвы, высунувшись из тени? Тем более, отцу пришлось показать на полигоне часть своей силы.
Я-то знала, что отец – маг вне категорий, но он не демонстрировал свой уровень прилюдно, не лез на рожон и будто бы вообще отошёл от дел. По крайней мере, так казалось со стороны. Ну а те, кто точно знают ранг аристократов из золотой сотни, тоже молчали.
– Ты боишься, что она считает Хаос? – прямо спросила я. Теперь уже не было смысла в притворстве – после того, как я несколько раз при отце проявила Хаос.
– И это в том числе… тебе придётся снять амулет, – отец кивнул на мою грудь, где рядом с иномирным артефактом была закреплена брошь, подаренная Максимилианом, – снимать её я так и не решилась, носила круглосуточно.
– Это проблема? Для тебя? – я нахмурилась. – Будет откат от клятвы?
– Нет, с этим всё в порядке, не волнуйся, – отец задумчиво покрутил кольцо на пальце и вдруг резко выдохнул, будто принял какое-то решение. – После возвращения, когда пройдёшь арку и возможное сканирование воспоминаний, мы поговорим. Обо всём поговорим, Ярина. Я расскажу всё.
– Почему не сейчас?
– Рано. Пройди арку, а там видно будет, – отец открыл дверь взмахом руки и указал мне на выход. – Выезжаем завтра утром. Если есть незавершённые дела, разберись с ними до отъезда.