Пророчество
Шрифт:
– Дай мне свой телефон на всякий случай.
Фрэнни продиктовала ему домашний и рабочий телефоны и замялась.
– Себ, слушай, это может показаться глупым, но… будь особенно осторожен до того, как встретишься со мной.
– Осторожен? В каком смысле?
Она взмолилась про себя, чтобы Споуд занялся, наконец, своим делом и перестал прислушиваться. В его присутствии Фрэнни чувствовала себя еще более глупо.
– Я… Я объясню завтра.
– Хорошо. О'кей. – Он обеспокоился за нее, а не из-за того, что она предупредила его.
Фрэнни лихорадочно искала способ спасти положение,
– Слушай, мне надо бежать. Я не хотел показаться невежливым и только поэтому взял трубку. Встретимся завтра здесь, о'кей?
Она повернулась к экрану компьютера и в течение следующего часа пыталась занять себя работой. О'Хейр попросил ее составить выписку из центрального банка данных о всех экспонатах музея, имеющих отношение к египтологии. Она мрачно подумала, что несколько дней назад радовалась представившейся возможности оторваться от монотонного составления каталогов. Эта работа обещала быть еще хуже. Если она проживет достаточно долго, чтобы завершить ее.
Фрэнни посмотрела на экран: курсор мигал, ожидая, когда нажмут на клавишу следующей команды, следующей частицы хранимой информации, которую следовало искать.
Информация. Она вспомнила нумерологические исследования Оливера. Сегодня утром, подвозя ее на работу, он изо всех сил старался выглядеть сильным и уверенным, чтобы успокоить ее. Но по глазам его было видно, что он напуган не меньше ее самой.
Мозг утомился, она соображала плохо; сказывалось влияние таблеток, которые она принимала, чтобы заснуть и хоть как-то смягчить шок. Однако ни того ни другого они не обеспечили. Должно быть что-то еще, в чем ей нужно разобраться. Она встретила Оливера на Кингс-Кросс. До этого их пути пересеклись в кафе. Может быть, она где-то встречала его еще раньше? Связь. Была какая-то связь между ней и Халкинами. Или ее семьей и Халкинами. Весь этот ужас распространялся не только на тех, кто присутствовал на спиритическом сеансе. Тристрама там не было. И Дома тоже. И матери Эдварда. Оливер обвинял ее. Но, может, в его прошлом было что-то, что он скрывал от нее.
Или о чем и сам не знал.
В час дня Фрэнни выскочила на улицу, лавируя между туристами и голубями. Она пересекла Грейт-Рассел-стрит, вошла в магазин периодики и обнаружила там подборку поздравительных открыток, которые все были либо скучными, либо непристойными, с какими-то намеками. Фрэнни выбрала одну с изображением парада конных королевских гвардейцев, купила еще коробку маленьких свечек и отправилась в кафе, расположенное по соседству, где заказала сандвич с пастрами, лимонный кекс и банку лимонада. Она взобралась на высокий табурет, проглотила сандвич, запивая его лимонадом, подписала открытку и положила кекс в сумочку. Потом возвратилась в музей, поглядывая на часы. Они показывали двадцать минут второго.
Фрэнни показала пропуск и погрузилась в священную тишину под высокими сводами библиотеки Британского музея. Библиотека и музей разительно отличались друг от друга, хотя и находились в одном здании. В отличие от музея, который выглядел современно и прогрессивно, читальный зал библиотеки, казалось, не менялся веками. Древние тома выстроились на круглых старинных полках. Пахло старыми переплетами, истлевшей
Фрэнни заметила Арчи Уэйра, специалиста по генеалогии, с которым встречалась пару раз. Это был приятный, вечно чем-то озабоченный человек. Он сидел, погрузившись в какое-то исследование, среди стопок толстых книг, выстроившихся вокруг него, как баррикада. На нем был старый твидовый пиджак с кожаными заплатками на локтях и не уступавшие ему в древности рубашка и галстук. Клочки седых волос вокруг куполообразной лысины казались приклеенными, очки в металлической полукруглой оправе съехали на кончик носа. Он беззвучно шевелил губами, просматривая старинный документ, и напомнил Фрэнни кролика из «Алисы в Стране чудес».
Фрэнни тихо стояла перед ним. Через некоторое время он резко поднял голову и, морща лоб, начал соображать, кто же перед ним находится. Было такое впечатление, что данные о лице и имени неслись по каналам его банка памяти, но еще не столкнулись.
– Фрэнни – Франческа Монсанто, – подсказала она. – Восточные древности.
– Ах, да, да, да! – Он отложил документ. – У мистера О'Хейра.
– Правильно.
– Ах, да, да, да. – Он вдруг непонятно почему покраснел. Затем сквозь брешь в баррикаде книг она заметила пустой бумажный пакет и недоеденный сандвич. Есть здесь было строго запрещено.
– Простите, – произнесла Фрэнни. – Я не хотела беспокоить вас.
– Нет, что вы, нет, нет, совсем нет. – В подтверждение этого он положил руки на стол и выпрямился на стуле.
– Не могли бы вы посоветовать мне, что лучше прочесть об английской аристократии?
– Английская аристократия, да, – сказал он. – Да. Общая история или отдельный род?
– Отдельный род. Халкины – маркизы Шерфилды. – Когда она прошептала это имя, ей показалось, что на лице его мелькнуло неприязненное выражение.
– Ах, Шерфилды, Халкины, да. – Он немного умерил свой энтузиазм. – Ах да, дайте подумать. У нас должны быть их семейные архивы, если они когда-либо печатались. Большинство из них, к счастью, когда-либо печаталось. Наверняка что-нибудь можно найти на их фамилию или на название их родового поместья. Что-то есть, конечно, в «Дебретте» и «Книге пэров» Бэрка. Дайте подумать. – Его пальцы, мягкие и сморщенные, похожие на сушеные морковки, барабанили по столу. – «История британской аристократии Аркрайта», там тоже что-нибудь должно быть. Насколько подробное описание вам нужно?
– Насколько это возможно.
– Вы можете еще найти несколько упоминаний о них в одной-двух книгах по черной магии.
Она еще не переварила его последнее замечание, как он уже схватил огрызок карандаша, листок бумаги и жирными косыми буквами записал несколько названий. Закончив, он протянул ей список из десятка книг.
Фрэнни поблагодарила его и пошла через огромный читальный зал, как всегда, испытывая благоговейный трепет перед невероятным количеством книг, выстроенных от пола до потолка. Ее часы показывали половину второго. В спешке она проскочила отдел генеалогии, нашла его, только обойдя весь зал, и принялась изучать корешки книг.