Пророк
Шрифт:
– Кстати, – встрепенулся Хо, – я и в ушу кое-что новое открыл.
– Обязательно покажи, – улыбнулся я.
В ресторане отеля тихо играла музыка. Я неторопливо расправлялся со свиной отбивной. Хо ерзал на стуле и мало обращал внимание на свою тарелку.
– Старший брат, что же вы все молчите, – наконец не вытерпел он. – Вам не понравилось то, что вы увидели?
– Нет, тренировка была великолепной, – ответил я. – Ты очень многого добился за это время. Ты стал лучше двигаться. Молодец.
– Но мне кажется, вы чем-то расстроены? Или вас огорчили рабочие материалы фильма? Вам не понравились изменения, которые я внес в сценарий?
– Нет,
– Тогда почему же?
– Скажи, зачем ты вообще затеял его снимать?
– Как зачем? Я же вам говорил. Я хочу рассказать правду о боевых искусствах.
– А она нужна? В кино?
– Конечно! Как же люди узнают правду?
– А как ее узнал ты?
– От учителя. И еще потому что практиковался.
– Они тоже могут найти учителя и практиковаться.
– Но так поступают только единицы.
– Значит, остальным это не надо: ни боевые искусства, ни правда о них.
– Как... не надо?
– А вот так. Зачем им это, если они все равно не занимаются ушу?
– Но может быть, они начнут заниматься, когда посмотрят фильм?
– Когда они посмотрят фильм, у них появится еще одна иллюзия. Кто-то решит, что ушу – это религия, кто-то, наоборот, отринет и учителей, и традиции. Мало ты видел недоучек, которые заявляли о создании собственных стилей? Адекватное восприятие ложится только на подготовленную почву. Ты ничего не объяснишь людям, только запутаешь их. Хочешь, чтобы шли заниматься ушу, – сними обычный боевик, и дело с концом. Люди на драки клюют. Зачем ты туда еще философию приплел? Или хочешь новую секту создать?
Хо потупился. Я с трудом стряхнул внезапно навалившуюся на меня сонливость и посмотрел на парня уже теплее.
– Ладно, не принимай близко к сердцу. Кажется, я слишком устал после перелета. Что-то не в своей тарелке.
– Конечно, старший брат. Вы так долго летели, потом сразу поехали на студию, потом тренировка...
– Не в том дело, – я с трудом поднял внезапно потяжелевшие веки. – Просто я боюсь за тебя.
– Боитесь? – Хо остолбенел.
– Не туда ты идешь, определенно не туда. Нельзя одновременно идти и внутрь и вовне. Ты снимешь хороший фильм, он сделает тебя звездой, ты будешь богат. Но ты еще привязан к деньгам, к дорогим машинам, к статусу. Ты хочешь быть богатым и знаменитым. Тебе нельзя туда, потому что ты еще в пути. Нам этого не прощают. Когда тебе будет плевать на все, тогда можешь быть кем угодно, а сейчас иди... Если свернешь, тебе этого не простят, уберут...
Я вдруг встрепенулся, словно очнулся ото сна. Что я здесь нес? Хо смотрел на меня ошарашенно, даже немного испуганно.
– Кто уберет, старший брат?
– Извини, я, похоже, и вправду очень устал. Сам не понимаю, что болтаю, – я с трудом боролся с накатывающей слабостью. – Пойду в номер, мне надо отдохнуть.
– Я помогу вам, – с готовностью поднялся Хо.
Глава 17
НЕОЖИДАННЫЙ ПОВОРОТ
Я открыл глаза и оторопел. Я лежал в совершенно незнакомом помещении. Что со мной стряслось? Хо проводил меня в апартаменты, и... Я, кажется, уснул, даже не дойдя до кровати. Из-под полуприкрытых век я осмотрел помещение: комната метров пять на пять, драпированная шелком и обставленная мебелью из красного дерева с инкрустацией в китайском стиле. Куда же меня перенесли?
Я прислушался, но расслышать что-нибудь особенное так и не смог. Полежав несколько минут без движения, я осторожно поднялся и подошел к окну, скрытому за тяжелой занавеской. Окно было зарешечено. За ним я увидел сад, разбитый в китайском стиле. Я подошел к двери и потянул за ручку. Дверь оказалась заперта.
Никаких
Впрочем, и нападение на князя Юсупова у ресторана «Максим» показалось бы мне невероятным еще несколько месяцев назад. Да, кое-что менялось в этом мире, и я знал, кто является причиной этих перемен.
Время текло чертовски медленно. По моим прикидкам, прошло уже не меньше часа с того момента, как я очнулся. В конце концов, ожидание мне опостылело. Отдавать инициативу Гоюну было глупо, и я решил посмотреть, что он предпримет, если начну действовать я сам. Подойдя к двери, я с силой ударил ногой по замку. К моему удивлению, дверь распахнулась. Я пересек небольшую комнатку с диваном и двумя креслами и прошел в следующую дверь. Передо мной открылся Длинный коридор, а по коридору от меня со всех ног улепетывал какой-то человек. Я рванул следом.
Мы слетели в сад, и здесь я подсек беглеца. Он оказался китайцем, весьма крупным для азиатского племени.
– Кто ты? – рявкнул я на него по-русски и тут же повторил свой вопрос по-китайски.
Он испуганно таращился на меня и молчал.
– Где мы? – снова спросил я по-китайски. Он еще больше вжался в землю, продолжая ошалело пялиться на меня.
– А с вами значительно интереснее, чем я ожидал, – Гоюн вышел из-за поворота дорожки. На этот раз он был одет в синюю куртку и штаны, которые носит большинство китайцев, а на ногах у него я увидел мягкие тапки для занятий ушу.
– С вами тоже, – усмехнулся я. – Вы явно сторонник нестандартных решений. Похищение подданного Российской империи – это, знаете ли...
– Какое похищение?! – деланно удивился Гоюн. – Вы мой гость.
– Что-то я не припомню, какими авиалиниями летел в Калифорнию.
– Мне разонравилось в Калифорнии. Теперь я живу под Пекином, добро пожаловать.
– Как это мило – поселиться рядом с учителем!
– Не так чтобы рядом: его поместье на юге, а мое на севере.
– Жаль. Но все же две сотни верст не крюк. Если уж судьба занесла меня в Поднебесную, я с удовольствием навещу учителя.
– К сожалению, он нездоров и никого не принимает.
– В таком случае мне тем более надо немедленно повидать его.
– Я же сказал вам, что он никого не принимает.
– Что ж, тогда я дождусь его выздоровления у него дома. Мне было очень приятно посетить ваше поместье, но, увы, неотложные дела требуют, чтобы я покинул вас.
– К сожалению, я не могу вам этого позволить из опасения за ваши жизнь и здоровье.
– Польщен заботой, но что же угрожает моей жизни и здоровью?