Пророки
Шрифт:
– Не вставай, – великодушно сказал он, заняв свое место за столом. Джейка Марлоу считали красавцем. Газеты взахлеб обсуждали его внешность: загадочное выражение лица, волевой подбородок, идеальную фигуру – едва ли не больше, чем его гениальные изобретения или научные достижения. – Как твои дела, Джерихо?
– Нормально, сэр.
– Хорошо. Это очень хорошо. Ты выглядишь вполне здоровым.
– Да, сэр.
Марлоу кивнул на замусоленную книгу «Так говорил Заратустра», лежавшую на столе:
– И
– Помогает убивать время.
– Понимаю, при работе в музее, наверное, это актуально. Как поживает наш общий приятель Уилл?
– Хорошо, сэр.
– Прекрасно. У нас есть некоторые разногласия, но я им всегда восхищался. И я слегка встревожен его… навязчивыми идеями.
За его спиной неслышно материализовался молчаливый официант и налил кофе в чашку из тончайшего китайского фарфора.
– Я, пожалуй, буду салат «Уолдорф». А ты?
– Мне то же самое, пожалуйста.
Официант, кивнув, испарился.
– Как продвигается бизнес, сэр? – спросил Джерихо без тени интереса.
– Хорошо. По правде говоря, прекрасно. Сейчас мы приступили к одному из замечательнейших проектов «Марлоу Индастриз». А как в Калифорнии красиво – тебе бы там очень понравилось!
Джерихо закусил губу, стараясь не выпалить Марлоу прямо в лицо, что он ни малейшего представления не имеет о том, что ему нравится, а что – нет.
– Мое предложение остается в силе – если тебе надоело расставлять по полочкам книги про привидений и колдовство, приходи работать в компанию.
Джерихо сделал вид, что внимательно разглядывает ложечку на своем блюдце. Настоящее серебро, с гербом ресторана на ручке.
– У меня уже есть работа, сэр.
– Да. Работа есть. А я говорю о настоящей профессии. О шансе внести свою лепту в будущее, а не чахнуть в каком-то запыленном музее.
– Вы сами знаете, что мистер Фицджеральд – гений.
– Был когда-то, – поправил его Марлоу и сделал эффектную паузу. – Но Уилл так и не смог оправиться после Ротке. – Он сокрушенно покачал головой. – Такой талант теперь растрачивается на какие-то байки из склепа! И чего ради?
– Это тоже часть нашей истории.
– Мы – не страна прошлого, Джерихо. Мы – страна будущего. И я буду строить это будущее своими руками. – Марлоу весь подался вперед. Его лицо было очень серьезно, взгляд синих глаз, казалось, вот-вот пронзит собеседника насквозь. – Джерихо, а как ты себя чувствуешь?
– Сэр, я же сказал, что нормально.
Марлоу понизил голос:
– Никаких симптомов не было?
– Нет, никаких.
Марлоу с довольной улыбкой откинулся на стуле.
– Что ж. Это звучит многообещающе. Очень.
– Да, сэр. – Джерихо уставился на свое перевернутое отражение в чайной ложке.
Марлоу встал из-за стола и подошел к одному из огромных, до
– Ты только посмотри. Какой город! И все время растет и развивается. Это лучшая страна в мире, Джерихо. Место, где каждый может быть тем, кем хочет, кем всегда мечтал стать. Представь себе только, каким станет наш мир, если в других странах появятся те же демократические идеалы и свободы?
– Идеализм – это бегство от реальности. Утопии не существует.
Марлоу ухмыльнулся:
– Да ну? Я уже устал спорить. Это Ницше придумал? Ох уж эти немцы. Кстати, у нас есть фабрика в Германии. Германия – хороший пример, давай пока остановимся на ней. Они проиграли мировую войну, были раздавлены огромным денежным долгом. Кусок хлеба стоил три биллиона марок. Рейхсмарка фактически обесценилась – ее можно использовать вместо обоев, и то было больше толку. А «Марлоу Индастриз» поможет беднягам снова встать на ноги. Мы изменим весь мир. – Марлоу лучезарно улыбнулся – эту всепобеждающую улыбку воспевали все газеты. – Ты можешь вместе с нами изменить мир, Джерихо.
– Никто не осилит такую ношу, – горько ответил юноша.
– Ну ладно тебе! Неужели все так плохо, как ты пытаешься изобразить? – Марлоу снова сел за стол. – Посмотри на себя, Джерихо. Ты же настоящее чудо. Воплощение великой надежды.
– Я не одна из ваших дурацких игрушек! – прорычал Джерихо и ударил кулаком по столу. Кофейное блюдце разлетелось вдребезги.
– Осторожно, – спокойно сказал Марлоу.
– Я… извините. – Джерихо начал собирать осколки, но по знаку Марлоу появился невозмутимый официант и моментально смел все осколки специальной метелочкой.
– Ты должен быть очень осторожен, – повторил Марлоу.
Джерихо кивнул. Под столом он несколько раз сжал и разжал кулаки. Когда почувствовал, что успокоился, он аккуратно сложил свою салфетку и поднялся из-за стола.
– Сэр, большое спасибо за чай. Мне пора возвращаться в музей.
– Прекрати. Мы можем сделать вид, что ничего не было.
– Мне… мне нужно работать, – тихо сказал Джерихо. Он стоял и молча ждал.
– Но ты не съел ни крошки.
– Мне пора возвращаться.
– Конечно, – великодушно сказал Марлоу после некоторой паузы. Он встал из-за стола и прошел в другую сторону кабинета, где стояли его дипломат и зонтик. Из дипломата он достал небольшой коричневый кожаный футлярчик. – Уверен, что все в порядке?
– Да, сэр.
Марлоу вручил ему футлярчик. Джерихо старался не смотреть ему в глаза и стоял, потупившись.
– Спасибо, – выдавил он. Джерихо люто ненавидел всю эту показуху. Что ему приходилось раз в году соблюдать этот унизительный ритуал. Изображать, что благодарен за то, что ему сделал Марлоу. За то, что он с ним сделал.