Прорыв

Круз Андрей

— Ушел с частоты, повторяю, — подтвердил своё прежнее желание голос.

— Да хоть обповторяйся, тоже мне, власть нашлась, — вполне намеренно позлил я собеседника. — Если у вас остались люди из Био-Центра, сообщите, что к ним прорывается группа из Москвы. Связи с вами нет, вся дальняя связь забита помехами, идём наудачу. Прячемся в городе, прорваться не можем.

Тот помолчал некоторое время, затем сказал:

— Представься.

— Значит, так! — оживился я, почувствовав, что какой-то контакт наладился. —

Нужен Гордеев. Кирилл Гордеев. Мы с ним знакомы. Передайте: мы с ним встречались в гостях у Дегтярёва, повторяю: у Дегтярёва. Ещё передайте: у нас с ним был долгий разговор на балконе. Если он это помнит, то легко может проверить мою личность. Как поняли?

— Вы виделись у Дегтярёва, так? — уточнил голос. — У вас был разговор. Я правильно понял?

— Так точно! — обрадовался я. — Жду на этой частоте, конец связи.

Теперь надо сидеть сторожко, нас могут начать искать. Не думаю, что бандиты сумеют определить нас триангуляцией, но бдительность повысят, а это нам тоже как нож вострый, напороться на них и так проще простого.

Прошло около часа. Никто не нападал, никто не искал нас, по крайней мере поблизости. На частоту тоже никто не лез, даже перекличка перескочила на другой канал, по графику. Затем рация снова заговорила:

— Гордеев на связи, с кем говорю?

— Помощник Дегтярёва. Мы с вами встречались у Владимира Сергеевича Дегтярёва, на юбилее. Стояли с вами на балконе, долго разговаривали.

— Помню. Какой анекдот я тебе рассказал?

— Про рояль и слоновую кость, — сразу вспомнил я.

— Точно, — подтвердил тот. — Что я подарил Дегтярёву на юбилей?

— Африканскую статуэтку, чёрную, женщина с корзиной на голове.

— Верно. Узнал. Ты зачем сюда лезешь? Не видишь, что творится?

— У меня материал от Дегтярёва. Исходник вируса. Он успел с вами связаться?

— Успел. — Голос помрачнел. — Он как умер?

— Застрелился.

— Хорошо. Только я ума не приложу, как тебе к нам прорваться. Ты где?

— В городе. Но не знаю точно, где, а если бы и знал, то не сказал.

— Сколько вас? И как нам тебя сюда затащить?

— Откуда я знаю? — вздохнул я. — Двое нас.

Продолжение разговора удивило. На частоте появился третий голос. С сильным кавказским акцентом, явно очень немолодого человека, хриплый, низкий.

— Эй, люди, слышите? — спросил голос. — Если вы мою догадку подтвердите, то я сам пропущу вашего человека. С гарантиями безопасности, на вход и на выход, без препятствий.

— В смысле? — послышался опешивший голос Гордеева.

— Меня Мегрелом зовут, я здесь вроде как старший, — сказал голос. — Я подслушать себе позволил, ребята ваш разговор засекли. Этот самый «исходник», за который вы говорили, он для чего нужен?

После недолгой паузы Гордеев ответил:

— Вакцину сможем сделать.

— Что за вакцина? Мертвецы обратно в живых

перекинутся?

В голосе Мегрела слышалась легкая ирония.

— Нет, — спокойно ответил Гордеев. — Укус мертвеца не будет приводить к смерти. Будет просто укусом, как у собаки, например.

Собеседник помолчал, затем снова заговорил:

— Это хорошо было бы. У меня хороший пацан так от малой царапины отошёл, своими руками добивал. У вас точно получится?

— Должно получиться.

— Эй, молодой, помощник, как там тебя зовут, ты как слышишь меня? — обратился Мегрел уже ко мне.

— Слышу хорошо.

— Я за тобой сам приеду. Я и буду гарантом, понял? Я тебя отвезу куда скажут, а если ты соберёшься уходить оттуда, я тебя привезу обратно, куда скажешь. Ты сам подумай, какие меры примешь, чтобы доверять, мне всё равно, я старый уже. Скажи только, куда ехать.

Вот так. Можно, конечно, переспросить: «А это правда? А не врёте? А честное слово?», — но не думаю, что это что-то изменит. Это или правда, или враньё, и никакие дополнительные вопросы ситуацию не прояснят.

— Слушай, пацан, — снова заговорил голос с акцентом. — Эта вакцина всем нужна, и нам тоже, но мы её сделать не сумеем. Поэтому давай быстрее думай. Гранату там в руки возьми или, как шахид, толом обвяжись — мне всё равно. Будет одна машина, джип, в ней два человека, шофёр и я. Оба на переднем сиденье.

— Серый, покупают, — прошептал Васька. — Высунемся под снайпера — и хана.

— А нам тут и так хана. Ни в Центр не прорвёмся, ни обратно, — изложил я своё видение ситуации. — А так, глядишь, чего и получится. Фокус с «монками» помнишь? Вот его и повторим. А насчёт снайперов — пусть прямо в подъезд подкатывают, сумеем проскочить.

Васька вздохнул, похоже соглашаясь в душе, затем махнул рукой и сказал:

— Ладно, сам решай, мне всё равно.

— Мегрел? Как принимаете?

— Нормально, говори.

— Где я — сам толком не знаю. Я из окна вижу место, где вы троих пленных на столбы повесили, и это неподалёку от ЗАГСа. Точнее не скажу.

— Момент.

Пауза затянулась примерно на пару минут, затем собеседник снова заговорил:

— Знаем, где это. Оттуда куда?

— Оттуда по короткой связи надо пообщаться, я по-другому не сумею объяснить, я не местный, — чуть увильнул я от конкретного. — Близко совсем, руками в окно махать буду.

— Хорошо, — согласился тот. — Скоро буду, жди. Частоту дай для связи.

Мегрел отключился, зато снова заговорил Гордеев:

— Слышишь меня?

— Слышу хорошо.

— Про Мегрела я слышал, от пленных, кстати. Он тут большой авторитет. А вот советовать не буду, сам решай. У нас с ними пока перемирий не было, так что гарантий не дам.

— А у нас по-любому выбора нет, — ответил я честно. — Пусть уж так, постараемся подстраховаться.