Прощай — прости
Шрифт:
— Ох, Марк, — от ужаса у Джо перехватило дыхание. — Пожалуйста, пусть девочка окажется здоровенькой.
Малышка испустила пронзительный крик, при звуках которого на щеках у матери выступил румянец.
— С нею все в порядке? — от страха Джо едва могла говорить.
— У вас родилась чудесная маленькая девочка, Джо, — провозгласила Паула. — Она весит семь фунтов и одну унцию, очень крепкая и здоровенькая. По шкале Апгар она набирает восемь баллов [80] .
80
Максимальная
Паула вложила малышку, закутанную в мягкое полотенце, в руки Джо. Та сверху вниз взглянула на огромные голубые глазенки, каштановые волосики, прилипшие к голове, и маленький розовый ротик, округлившийся в крике. Джо подумала, что еще никогда не испытывала ничего подобного, — такой сильной и болезненно-острой любви, которую чувствовала сейчас к своей крошечной, хрупкой малышке. Она бережно накрыла пальчики дочки своей ладонью, восторженно удивляясь тому, какие они маленькие.
— Она такая красивая, — прошептала Джо, прижимая хрупкое тельце к груди. Марк присел на край постели и погладил малышку по голове. Красненькое личико крохи в сравнении с его огромной ладонью выглядело совсем крошечным.
И вдруг, словно реагируя на прикосновение Марка, малышка перестала плакать и инстинктивно плотнее прижалась к груди Джо. Она сладко зачмокала губками, и Джо уже собралась распахнуть халат, чтобы покормить ее, когда рядом с нею появилась Паула.
— Поскольку она родилась раньше срока, мы должны убедиться, что она здорова, — заявила акушерка, осторожно забирая дочку у Джо, — Педиатр хочет взглянуть на нее. Я вернусь вместе с малышкой так скоро, как только смогу.
Джо показалось, что она лишилась чего-то очень важного. Она положила руку на живот, который по-прежнему вздымался горой, несколько месяцев относив в себе ее маленькую пассажирку. Джо не знала, найдет ли силы жить дальше, если что-либо вдруг пойдет не так и девочка окажется больной. Она умрет, если с ее крохой случится какое-либо несчастье, она просто знала это, и все тут.
Через пятнадцать минут, которые показались ей самыми долгими в ее жизни, Клэр, рыжеволосая медсестра, вернулась с малышкой и педиатром, который шел за ними.
— С ней все в порядке, — объявил доктор. — Девочка совершенно здорова и для недоношенной малышки довольно велика — все-таки семь фунтов и одна унция. Она у вас красотулечка.
— Правда? — просияла Джо. — Можешь подержать ее, Марк, — добавила она.
Марк взял малышку на руки, та замяукала, как котенок, а потом уютно устроилась у него на груди.
— Необыкновенный ребенок, — с трепетом в голосе проговорил Марк, глядя на малышку так, словно никогда раньше не видел детей.
Получасом позже, когда девочка мирно спала в своей колыбельке, в больничную палату со стенами, выкрашенными в яркие, жизнерадостные тона, куда на каталке привезли Джо, вошла Клэр.
— Вам нужно отдохнуть, — обратилась она к Джо.
— Я очень устала, — призналась та, — но не могли бы вы сначала принести мне чашечку чая?
— Конечно. А вам? — повернулась
— Да, я готов отдать полжизни за пару глотков чая, — с благодарностью откликнулся он.
— Она настоящая красавица, правда? — Джо с обожанием заглянула в стоявшую рядом с ее кроватью колыбельку, в которой спала малышка.
— Разве могло быть иначе, когда ее мать — самая потрясающая женщина на свете? — Марк пересел на стул рядом с кроватью Джо и наклонился к ней. — Я все продумал, — сказал он. — Мы должны были удрать из «Шелбурна» пораньше, и лимузин отвез бы нас в коттедж, где я приготовил свечи, шампанское, цветы и музыку — твой любимый компакт-диск Мэрайи Кэри. А потом, — он помолчал, пристально глядя на нее, и его серые глаза потеплели от любви, — я собирался попросить тебя стать моей женой. И я спрашиваю сейчас — ты выйдешь за меня замуж? — негромко, чтобы не разбудить ребенка, произнес он. — Думаю, сейчас, когда рядом спит наша дочь, самый подходящий момент сделать тебе предложение.
Он сунул руку во внутренний карман смокинга, который висел на стуле рядом с ним. Мгновением позже на его ладони появилась коробочка темно-синего бархата. Он открыл ее и протянул Джо.
— Ой, какая прелесть! — восторженно ахнула она, ошеломленная видом крупного прямоугольного изумруда, окруженного крошечными бриллиантами. Джо осторожно взяла коробочку, и камни заискрились острыми брызгами света.
Она подняла на Марка глаза.
— О, Марк, большое тебе спасибо. Я согласна. Конечно, я выйду за тебя замуж. Все, что захочешь!
Еще никогда она не любила его так сильно, как в тот момент, с темной щетиной на подбородке, покрасневшими от недосыпания глазами и лицом, бледным и осунувшимся от усталости. Он присутствовал при рождении ребенка, ихребенка. Девочка была дочерью Марка,Джо ни на секунду не усомнилась в этом. Он наклонился к ней и нежно поцеловал ее в губы.
— Я счастлив. Я давно мечтал о том, чтобы сделать тебе предложение, просто ждал подходящего момента.
Джо устало улыбнулась, откидываясь на подушки.
— Думаю, мы можем с полной уверенностью сказать, что никогда не забудем этого мгновения, — сказала она.
Дверь отворилась, и в палату вошла Клэр, держа на подносе маленький заварочный чайник и две чашки.
— Ваша подруга все еще ждет снаружи. Я могу впустить ее ненадолго, если хотите.
— Марк, пожалуйста, приведи Эшлин, — попросила Джо. — Скажи ей, что у нас есть для нее новости.
Глава двадцать первая
— Я нормально выгляжу? — Джо покрутилась перед зеркалом в своей спальне. Не слишком ли большим кажется ее зад в кремовом парчовом костюме? Приталенный жакет выгодно подчеркивал выпуклости и изгибы ее фигурки, а сочетание длинной прямой юбки и кремовых сапожек на высоком каблуке делали ее похожей на леди эдвардианской эпохи. Или, по крайней мере, так ей казалось, когда она примеряла костюм в магазине Аманды Уэйкели в Лондоне. Но теперь Джо уже не была в этом уверена.