Прощай!
Шрифт:
– Крутой переплет, – сказала Наташка, чтобы хоть что-то сказать. Ее терзали сомнения. С одной стороны, ей не улыбалось влезать в сомнительную историю с вполне ощутимо опасными перспективами. Этому парню хотелось жить, но ведь и ей тоже. С другой стороны, любопытство и врожденное чувство сострадания ближнему подкреплялись очевидной симпатией к этому новоявленному Бонду. Чтобы дать себе время подумать и опомниться, она задала очевидно тупой вопрос: – А почему именно я?
– Счастливая
– Ага, – понимающе хмыкнула Наташка. Упускать возможность разнообразить наскучивший быт не хотелось. Опять же почему бы и не помочь симпатичному ей человеку? Решение пришло сразу же. – Как тебя хотя бы зовут?
– Павел.
– Ладно, договорились, – Наташка не могла отделаться от мысли, что она ему верит. Хотя не привыкла доверять людям с первых минут знакомства. И если бы ей сказали день назад, что она вот так запросто может пустить к себе в дом незнакомого человека, она не поверила бы. По какой-то даже ей самой непонятной причине она была уверена, что этот парень не сделает ей ничего плохого: не ограбит, не изнасилует, не убьет, а если так, то человеку надо помочь. Не торчать же ему на улице, пока его не найдут эти слоны с пистолетами, которые совсем недавно гнались за ним и уже чуть не поймали. И Наташка сказала:
– Идем!
Запыхавшись, Чума остановился и огляделся. Их противник опять скрылся. Везучий черт! Чума даже невольно стал проникаться уважением к нему. Куда он делся, было не очень понятно, но, по крайней мере, он в городе. Вчера вечером Чума толкнул кое-кому из пацанов слух, что этот парень должен бабки крутым и надо его найти, а за информацию о нем заплатят десять баксов. Уже сегодня утром Косой позвонил ему и сказал, что объект в парке. По крайней мере, был там десять минут назад. И Чума, бросив Юльку досыпать у себя на диване, помчался к Юрцу, по дороге звякнув Семе и Теме. Уже через полчаса они неслись к городскому парку. Парень, которого они искали, все еще был там, сидел нагло возле входа в парк и спокойно ел и пил, будто не знал, что за ним охота. Но пока Чума с близнецами выскакивали из машины, этот чудик смотался преспокойненько куда-то вглубь парка. Ищи его теперь, среди этих лабиринтов. Захочешь – не найдешь.
Бросив бесполезные уже поиски, Чума зашагал обратно к машине. Через пару дорожек он встретил Сему и Тему: те тоже никого не нашли и, похоже, тоже не очень-то расстраивались по этому поводу. Зато Юрец просто рассвирипел, когда понял, что чужак опять вырвался. Он пять минут костерил Чуму и близнецов на чем свет стоит, но из всего этого потока 6рани приятели поняли только одно: Юрец боится. Правда, неизвестно, этого товарища из Энска или кого-то еще. И почему-то Чуме от этой новости стало намного спокойнее.
Войдя в Наташкину квартиру, Павел осмотрелся. Квартира была однокомнатная, уютная, чистенькая. Мебель, правда, еще советских времен, но в хорошем состоянии. Балкон, кладовка. Здесь вполне можно было жить. И жить неплохо. Особенно, если вспомнить скамейку в парке и вонючие подворотни, по которым Павлу довелось лазить в последние сутки. Эта квартирка была просто раем по сравнению с ними.
– Проходи-проходи, – пригласила Наташка и полезла в холодильник за пивом, оставшимся приветом от вчерашней вечеринки на опохмелку (хоть чего-нибудь холодненького выпить).
– Одна живешь? – поинтересовался Павел, неторопливо изучая обстановку.
– Одна, – подтвердила Наташка, прихлебывая пивко из высокого пивного стакана. – Бабушкина квартира. По наследству досталась. А тебе-то что?
– Да так, чтобы без неожиданностей.
– Ну-ну, – кивнула девушка и оглядела своего гостя еще раз с головы до ног. Он напоминал ей тигра, загнанного в клетку. И теперь этот тигр вынужден был бродить вдоль решетки, ожидая следующего хода судьбы. Но в соответствии с прозой жизни драная и грязная одежда и явные следы драки заставляли видеть в нем не тигра, а начинающего бомжа. Наташка такой диссонанс перенести не могла и не удержалась от замечания: – Ну и видок у тебя!
Конец ознакомительного фрагмента.