Прощенные
Шрифт:
– А я почему-то не понимаю, за что невиновного сажают в тюрьму? Может, я на голову кому упала, но это же не причина сразу бросать за решетку! Я же ничего никому не сделала!
Собеседник высунулся из клетки.
– Здесь в основном все невиновные, просто признанные этими фанатиками опасными. Вот этот псих, тоже фанатик, провинившийся перед их божеством, - он кивнул на притихшего мужика.
– Скорее всего, они решили, что человек не может выжить после приключение по быстрой реке, поэтому ты здесь.
– Глупость какая-то, - махнула
– Я тоже так думаю. Меня посадили, потому что я другой расы и у меня мама наполовину женщина-кошка. Я что виноват, что родился с такими когтями? Нет. Я тоже думаю, что нет. А они считают, что я в этом виноват, справедливо? Нет. Но кому ты пожалуешься? Охотники сюда не заходят. Год сижу и не могу понять за что.
– Вы так и не ответили, почему клетки разного цвета?
– Система простая, - пожал плечами.
– Есть три цвета: красный, синий и зеленый. Три основных обозначения: "А", "Б" и "В". И, наконец, десять уровней. Есть еще четвертое обозначение, но здесь их не держат. "Г" в основном ставят животным. Зеленные прутья, как у меня, обозначают, что содержащийся в клетке пленник не очень опасен и не бросается. К нему можно свободно заходить, не опасаясь за свою жизнь. Если конечно у него не стоит обозначение "А-10". Синие прутья, как у этого мудака сбоку, обозначают, что он опасен и не бросается, тоже, если не стоит обозначение "А-10", к нему обычно не заходят. Красные прутья обозначают, что очень опасен и может броситься, но здесь содержатся только обозначения "Б" и "В", а вот "А" содержат в открытом отделе, а "А-10" и вовсе я не знаю где.
– А что обозначения означают?
– прислушивалась Лима.
– "Г" - безмозглая тварь, "В" - тупица, "Б" - осмысленный психопат, "А" - хитроумный маньяк, - произнес парень из красной клетки.
– Он грубо выразился, но в принципе все именно так, как он сказал.
– Так что я... тупица?
– девушка покраснела и посмотрела на свое обозначение "В-1".
– Они временно тебе поставили "В-1", после поменяют, когда ты себя проявишь. У меня, например, тоже было "В-1", а после стало "Б-4".
– Цифрами они оценивают умственные способности и степень опасности в данном обозначении, "В-1" - самый тупой.
Парень отвернулся, у него самого написано "Б-5".
– А здесь помыться можно?
– в отчаянии спросила Лима.
– Вон видишь, возле решетки лейку и шторку?
– Ага.
– Шторку закрути и лей из лейки на себя.
– Прямо сервис люкс, - пробормотала недовольно и только сейчас заметила, что у нее абсолютно белые волосы. Девушка истошно закричала.
– Ты чего это?
– удивился парень.
– Я седая! У меня волосы были русыми! А теперь белые!
– Не боись, скоро морщины появятся от той баланды, что нам тут дают!
– "успокоили" ее.
Со слезами на глазах Лима задернула круговую шторку, разделась. И только приготовилась вылить на себя ледяную воду, как ее схватили и стали сжимать в объятиях,
– Какая куколка!
– произнес пьяный голос.
– Стража! Охранник в опасности! Он зашел в красную клетку! К новенькой!
– заорали пискляво.
– Олух, фанатики хреновы!
– выкрикнул парень "Б-5".
Лима сопротивлялась. В душе все сжалось, перед глазами заплясали красные пятна. Чужие прикосновения вызывали отвращение, чувство брезгливости и дикую ярость, неукротимую, бесстрашную и... опасную. Никогда еще она не чувствовала ничего подобного, такого же всепоглощающего и лишающего рассудка. Олимпиада ужаснулась. Ей хотелось убивать...
В мгновении ока девушка менялась. Отрасли острые и твердые когти и зубы. Когти с легкостью вспороли ткань шторы и что-то мягкое. Схвативший ее человек заорал.
Выпутавшись, девчонка поняла, что наделала. Вся рука в крови. Она едва не выпустили пьяному мужику кишки, вспорола грудь. Он корчился на полу, зажимая кровавую рану, и обзывал ее отборной бранью. В нос ударил удушливый запах крови. Появились страшные мысли о том, что кровь может быть неплохим дополнением к баланде. В ужасе Лима закрыла нос шторой, подавляя нахлынувшие приступы жажды.
– Я не хотела, - пролепетала, не узнавая свой голос, и посмотрела на ошеломленного мужика в зеленной клетке. И тут ей попался осколок зеркала. Отражение вроде ее, но в тоже время нет. Белая кожа, абсолютно оранжевые глаза без белка с многогранной темно-алой звездочкой вместо зрачка. Голубые губы, из-под которых выглядывали длинные острые клыки. Вот какой он прощеный вампир, но в тоже время им не являющийся.
– Вот, девка, дала!
– восхитился парень.
– Эй, прикончи его! Все равно не сбежишь, но получишь моральное удовольствие!
Лима его не слушала и с мрачным удовлетворением смотрела на растущую лужу. Тело трясло от желания присосаться к шее поверженного ею мужчины. Темное "я" проснулось и собиралось отобрать у нее контроль, завладеть разумом. Рот наполнился слюной. Может, она не стала прощеной? А просто отсрочила превращение в монстра? Чтобы хоть как-то прийти в себя Олимпиада прокусила себе руку до крови.
Сбежались люди в балахонах. Сразу определив, что случилось, они быстро отдали приказ. Шипящей девушке пульнули нечто в лицо, отчего ее покачнуло, а в глазах помутнело.
– Оденьте ее и переведите в открытый отсек. А этого недоумка в лазарет.
Как ее переносили, Лима помнила смутно. Мелькали камеры разных цветов, испуганные лица, алые прутья открытой клетки, голубое небо. Сознание находилось, словно в дурмане. Отовсюду доносился вой, визг и чей-то голос.
– Эй, подруга, просыпайся, хватит спать! Жратву принесли!
Слипшиеся глаза едва разлепились. Зрение постепенно обретало четкость. Сначала она увидела контур фигуры. Потом то, что это женщина. Чуть погодя, что лысая женщина, остроухая. А после, что вовсе не женщина...