Проснитесь, сэр!
Шрифт:
– Ну, почти… Несколько месяцев усердного труда, и все будет готово.
– Поэтому я думаю, сэр, что нам следует не бежать по вашему предложению, а остаться, глядя в лицо сложившейся ситуации и. делая все, что в наших силах. По-моему, после преждевременного отъезда, сэр, вы со временем поймете, что упустили нечто очень ценное.
– Я уже упустил нечто ценное… Мне показалось, что я люблю Аву, пусть даже слишком скоро показалось, а теперь она не хочет иметь со мной ничего общего.
– Ее отношение к вам может смягчиться, сэр. Мне она показалась разумной, а значит, способной в скором времени передумать.
– Вы
– Определенно есть такая возможность, сэр. Дело просто во вшах, которые слишком часто встречаются во всем мире. Между двумя людьми, испытывающими взаимную привязанность, случаются вещи гораздо хуже.
– Знаю, Дживс, но и это плохо… Впрочем, сделаю, как скажете. Фактически плохо соображаю. Может быть, краб заполз в ухо, прогрызает путь к мозгу. Просто скажите, что я должен делать.
– Очень хорошо, сэр.
Дживс очертил общий план действий, и следующие несколько часов напоминали сочетание вооруженной атаки и сокрытия убийства.
Сначала надо было вынести из особняка мою одежду и постельное белье, не возбудив подозрений. Дживс повел наш отряд к служебному входу под моей лестницей, которого я раньше не замечал. Это спасало от необходимости пересечь черную комнату, где нас могли бы заметить. Пользуясь двумя моими огромными чемоданами и кофром, мы загрузили в багажник «каприса» инкриминирующие улики, как части расчлененного трупа. Укладывая вещи, я не позволил Дживсу прикасаться к одежде.
– Краб может спрятаться в волосках у вас на руках и оттуда добраться туда, куда хочет, – объяснил я ему.
– В таком случае, сэр, я уже заразился бы.
– Но теперь, зная о происходящем, Дживс, я больше не могу подвергать вас опасности.
После долгих препирательств он сдался. Я разрешил ему нести чемоданы, предположив, что крабу не прогрызться сквозь ткань и пластик.
Я предложил просто сжечь всю одежду, но Дживс не посоветовал.
Мы нашли открытую прачечную самообслуживания рядом с библиотекой; она пустовала – шумела всего пара машин. Стиравшие, кем бы они ни были, куда-то ушли.
Спортивные пиджаки и галстуки нельзя было выстирать, так как по воскресеньям автоматические машины сухой чистки не работают. Поэтому мы их оставили на карантине в кофре. Несколько дней придется ходить без пиджака и галстука, но я был готов на подобную жертву. Был готов даже выстирать весенний, осенний и зимний пиджак – Дживс считал, и я с ним согласился, что лучше подвергнуть полной сталинской чистке все мои наряды. А синий хлопчатобумажный пиджак еще предстояло отстирать от крови после избиения в Шарон-Спрингс.
Я загрузил четыре стиральные машины одеждой, постельным бельем, полотенцами из Колонии Роз и задал режим кипячения. По-прежнему не разрешал Дживсу к чему-либо прикасаться, что его огорчало, хотя он по-прежнему мне подчинялся.
Пока он следил за гипнотическими машинами, стоя на страже и строго следя, чтоб ни один краб не вылез и не атаковал невинных обитателей Саратоги, я сел в «каприс» и поехал к гигантскому торговому центру корпорации «Райт эйд». [88] Безобразное место. Все дурное, что есть в американской культуре, находит свое выражение в современной фармацевтике.
88
«Райт
Я безнадежно бродил и блуждал меж рядами шампуней, шоколадных батончиков, электрических инструментов, коробок с карандашами, мазей от геморроя, но, естественно, никак не мог найти средство от лобковых вшей, в результате чего возникла необходимость неприятного разговора с наводившим ужас аптекарем, мужчиной сорока с лишним лет, с необычайно близко поставленными глазами и мертвыми, безжизненными разноцветными волосами, которые в черно-белом кино можно было бы назвать темными. Широкий внизу нос, ноздри вывернуты наружу, так что, глядя на него, словно смотришь в дуло пистолета. Возможно, он глотает каждую таблетку из имевшихся у него препаратов по примеру шеф-повара, пробующего свои блюда, чем и объясняется устрашающий вид.
– Простите, сэр, – сказал я.
– Вам что-нибудь для носа? – спросил он кратко и сразу по делу, как почти все аптекари, с которыми я сталкивался.
– Нет, спасибо, с носом все в порядке… заживает и прочее… Знаю, он разбит, но становится лучше. Я к вам зашел потому, что племянник подхватил в летнем лагере вшей, нам надо его вылечить. Где можно найти препарата от вшей?
– От головных вшей?
– Конечно, у мальчика головные вши.
– Знаете, надо все простирать в очень горячей воде. Одежду, постельное белье. Произвести дезинфекцию в доме.
– Мы вообще подумываем спалить дом, истребить вшей и получить страховку.
– Издеваетесь? – Дула ноздрей расширились.
– Нет, извините… глупая шутка… Просто бедный парень ужасно страдает, поэтому я так расстроен, что плохо соображаю.
– Пятая секция. Нетоксичные средства. Если пожелаете. Эффективно действуют.
– Спасибо.
Я вполне разумно рассудил – в конце концов, учился в Принстоне, – что средства против лобковых вшей должны быть сродни средствам против их кузенов головных вшей, и оказался прав. На выбор предлагалось множество фирменных продуктов, и я чувствовал искушение скупить все, залить в ванну и нырнуть туда или просто отыскать ближайший ядерный реактор и броситься в пустой бассейн системы охлаждения. Остановился на продукции под названием «Райд-Х», куда входил целый набор – шампуни, спрей для обработки помещений, особый гребешок, паяльная лампа и бесплатный пакетик жевательной резинки. Средства были токсичными, в отличие от нетоксичных. Однако сейчас не время вступать в партию «зеленых».
Я купил утешительный набор «Райд-Х» у девушки-подростка, страдавшей ожирением, которая, кажется, не обратила явного внимания на мое приобретение. Видно, газеты не преувеличивают невежество выпускников средней школы. Она сняла штрихкод лазером-фазером, и я на мгновение вспомнил научного руководителя Тинкла, воображая, как сканер передает в ФБР, что у Алана Блэра лобковые вши.
Девушка вручила мне набор против вшей в огромном пластиковом пакете, я мысленно вернулся к славному старику Ежи Косинскому с пакетом на голове, но решил сохранять силу духа, просто бороться с крабами, не позволяя им окончательно лишить меня жизни, хотя видеть вокруг пластиковые мешки – все равно что держать рядом веревку с искусно завязанным скользящим узлом наготове.