Просо судьбы
Шрифт:
Одевание и путешествие в купальню прошли без эксцессов, не столь быстро и ловко, как хотелось бы, но Ройчи, во всяком случае, почувствовал себя гораздо уверенней, и уже к подставленному справа плечу девушки отнёсся стоически (слева шёл эльф). В кадку с водой влез без стеснения голышом и с блаженным выражением на лице. А потом эльф исчез, и они вновь остались наедине. Слава Единому, девушка не бросилась исполнять какие-то только ей ведомые купальные манипуляции, верно истолковав красноречивый взгляд мужчины, и тихонько присев у входа. Словно продолжая охранять. Но Ройчи всё уже было побоку — он почувствовал, как благотворная влага вытягивает из тела грязь и усталость. Немного разморило,
— Как звать-то тебя, отравительница?
— Шани, — голос у неё был глухой, словно она подзабыла, как им пользоваться.
— Красивое имя. Родственники-то у тебя есть?
— Нет.
— Скверно, — досадливо вздохнул, с сожалением констатируя, что самый простой способ разойтись, не подходит. — А лет сколько тебе?
— Семнадцать вёсен.
— Так ты уже достаточно взрослая… — запнулся, не зная, как продолжить — для замужества.
— У меня было двое сыновей, — всё также глухо и как-то безразлично донеслось до наёмника.
Слово «было» неприятно резануло слух, и Ройчи ругнулся про себя. И испытал неожиданный — и коварный — приступ жалости к этой тоненькой девчушке, такой молодой, но уже испытавшей все прелести взрослой жизни.
— Ладно, не грусти, — произнёс — ведь надо было что-то сказать? — Вернём тебя к… твоим.
— Как скажете, господин, — прозвучало абсолютно без эмоций.
— Я не господин, — мягко поправил мужчина. — Зови меня, пожалуйста, Ройчи.
— Хорошо, господин Ройчи.
М-да, тяжёлый случай. Он почесал отросшую за время приключений в Агробаре щетину и продолжил аккуратный расспрос.
— А ты уверена, что я — именно тот человек, с которым нужно связать свою…
— Да, — последовал незамедлительный ответ.
— …жизнь. Тьфу ты, я не договорил! — чуть повысил голос Ройчи, но тут же одёрнул себя. — Может, есть какая-то альтернатива? Дальние родственники, дружеская семья, добрые соседи? Мы ведь в Агробаре не останемся.
Тишина. Минуту Ройчи тщетно дожидался ответа, потом не выдержал и нетерпеливо уточнил:
— Так да или нет?
— Нет.
— Кто бы сомневался, — буркнул про себя, пытаясь удержать стремительно улетучивающееся радужное, оптимистичное настроение, вздохнул. — Ладно, что-нибудь придумаем — безвыходных ситуаций не бывает, — произнёс негромко скорее для успокоения себя, нежели кого-то. Поднял голову, вглядываясь в тёмный силуэт — светом тут не баловали — горящий очаг да пара масляных ламп. Общение-то налаживать как-то надо. — Дай, пожалуйста, вон, мочалку.
Следующие минут пятнадцать он был занят тем, что ожесточённо тёр себя, в паузах между разъясняя ситуацию о себе и их компании, наёмниках, делая упор на постоянных конфликтах внутри группы, о тяжёлых, кровавых заданиях, в которых риск умереть весьма и весьма велик, о жёсткости, чёрствости и грубости не только «тёмных», входящих в команду, но и «светлых», и его лично, об неустроенности их походной жизни — и много иного, что, в принципе, было правдой со слегка сгущёнными красками, но что наверняка было бы неприятно молодой особе женского пола… Но Ройчи отчего-то показалось, что всё его красноречие пропало втуне, и его эмоциональный рассказ вызвал прямо противоположную реакцию. Под конец девушка — Шани — слушала его о-о-очень внимательно, явно утверждаясь в мысли, что «господина» есть от чего — и кого(!) — защищать.
Когда от дверей раздались неожиданные хлопки, увлёкшийся Ройчи уже был достаточно отскоблён (последний штрих как раз таки наводила Шани на спине). Ему аплодировал эльф.
Наёмник с проснувшимся любопытством поглядывал по сторонам. С того времени, как он тут был, ещё до переворота, смерти короля и случившегося в связи с этим бардака, на постоялом дворе стало не в пример люднее. Туда-сюда целеустремлённо сновали люди по вешнему виду, как прислуга, так и очень серьёзного вида мужчины — некоторые дворяне тоже тут, видимо, нашли пристанище. Глянув с верхней галереи в трапезный зал, он сразу же отыскал своих товарищей и невольно улыбнулся, глядя на очень колоритную разновеликую троицу. Мельком отметил несколько знакомых лиц по рискованному брожению по дворцу и отчаянному прорыву из него. Плотоядно облизнулся, выделив из массы мечущихся по залу служанок ладную фигурку Матильды. Здесь-таки, спасённая им, гм, красавица, чьи аппетитные и мягкие формы так и норовили спрятаться на его груди… М-да, не единожды он вспоминал о ней в бушующем городе, желая отвлечься от неприятностей и непростого положения. Поди ж ты, она здесь! Это ли не судьба? Давненько не было у него женщины.
Чувствуя, как стремительно возвращаются в тело силы и энергия, поднимается настроение, а восхитительные запахи из кухни пробуждают дикий голод, он невольно ускорил свой шаг по лестнице.
С непроницаемым лицом, но веселясь в душе, он наблюдал, как его товарищи так и стелются, чтоб угодить. Конечно, как вчера вязали его, небось, и не думали щадить его бренное тельце. И голову. Наверняка тролль постарался… Ладно, чего уж там, знает он тяжёлую руку Рохли, поэтому удар, отправивший его в беспамятство — такая себе дружеская оплеуха. Ведь, как ни крути, а все эти действия — ему же во благо, иначе натворил бы дел.
Удобно устроившись на стуле со спинкой, который принёс откуда-то по соседству тролль — вокруг-то простые скамьи — он втянул носом целительный аромат тушёных овощей и мяса, глянул искоса на гоблина, скорчившего угодливую рожу, на гнома, оскалившегося в улыбке на всю ширину рта, и подумал: а жизнь-то налаживается! Или накладывается?
Оглядел сидящих за столом товарищей, так и замерших в ожидании слова.
— Да, умеете не только по голове бить, — произнес Ройчи и улыбнулся. И, вторя ему, напротив тоже расплылись довольные лица. Даже эльф оголил белоснежные ровные зубы — искусство улыбаться по-настоящему до встречи с Ройчи ему было совсем недоступно.
Мужчина придвинул к себе тарелку, отправил две первые ложки в рот, когда только обратил внимание на странные манёвры высокорождённого. А когда понял, то чуть не поперхнулся.
Шалюрка, как и прежде, замерла за его спиной — Ройчи решил пока не обращать внимание на это упёртое создание, Листочек же, лакомый до человеческих женщин (что поделать, у всех свои недостатки), попытался изобразить из себя галантного кавалера и усадить рядышком с собой юное половозрелое создание. Но оное — как такое может быть?! — на обаяние представителя древнейшего народа отреагировала своеобразно, то есть… никак, а попросту — проигнорировала напрочь, будто его здесь и нет, и не корчит из себя улыбки и не излучает искреннее сопереживание-благосклонность-доброту (и так далее) вполне себе симпатичный эльф. Впрочем, девушка игнорировала не только его, но и… вообще всех вокруг.