Прости, что любила тебя...
Шрифт:
В августе Евгений сказал, что заместитель генерального директора собирает всех руководителей компании на своей загородной даче с ночевкой чтобы отметить свой юбилей. У Альбины в эти дни было много заказов на детские праздники и поехать с мужем она не могла хотя могла попросить заменить ее другими сотрудниками. Провести несколько дней среди тех, кто ей не очень приятен, слушать фальшивые речи, видеть искусственные улыбки не хотелось. Муж не стал настаивать, довольно спокойно отнесся к тому, что придется ехать одному, собрал с собой сумку с необходимым, сказал, что они
В пятницу они разъехались по своим работам. К обеду Альбина почувствовала себя не очень хорошо, поднялась температура. Она поняла, что позавчерашний день, проведенный под кондиционером, дает о себе знать. Еще вчера першило горло, тело словно ватное, на лбу выступал пот. А сегодня она окончательно расклеилась. О каком-либо участии в празднике не было и речи.
– Девочка моя, ты никак заболела?
Марина с тревогой смотрела на свою подругу, приложила ладонь к ее лбу.
– Да ты вся горишь! Так, сейчас же отправляйся домой, я скажу Михаилу, чтобы он отвез тебя. И обязательно вызови врача. У тебя дома есть лекарства?
– Да есть, - в трудом больным горлом ответила Альбина.
– Не надо Михаила, я сама доеду, тут недалеко. Просто потом машину надо будет забирать, не хочу кидать ее здесь. Не переживай, я доеду. Еще Евгению позвоню, он встретит меня дома.
Марина пыталась убедить ее не садиться за руль, но Альбина отмахнулась и села в машину, набрала Евгения. Когда он ответил, она с трудом смогла проговорить:
– Жень, я заболела. Ты можешь приехать домой? Мне очень плохо.
– Альбина, ты же знаешь, что не смогу. Ты выпей там таблетки. Ну все, мне пора.
И он первым нажал отбой. Она смотрела на погасший экран телефона и слезы потекли из глаз. Ей было так обидно, что муж бросил ее, когда ей было плохо. Еще два года назад, когда он свалился с обычной простудой, она сорвалась с работы, оставила ведение праздника на помощников и помчалась домой. Три дня она не отходила от него, пока он не поднялся. И вот сейчас он даже не спросил, что с ней, какая температура, нужны ли лекарства. Взял и выбрал не ее.
Она с трудом добралась до дому. Хорошо, что в доме лифт, подняться на их шестой этаж она бы уже не смогла, ноги совершенно не держали. Трясущимися руками она открыла квартиру, просто сбросила в прихожей обувь, добралась до кухни, выпила таблетку и ушла в комнату. Здесь она просто свалилась в кровать и отключилась.
Альбина пришла в себя, когда кто-то обтирал ее полотенцем, смоченным холодной водой. С трудом разлепила веки и увидела Марину.
– Ты как?
– спросила подруга. На ее лице читалась тревога.
– Как ты здесь оказалась?
– с трудом ворочая языком и продираясь сквозь засохшее горло проговорила Альбина.
– У тебя дверь открыта была. Я же говорила, давай отвезем тебя. Хорошо, что я решила заехать к тебе. Дверь открыта, ты без сознания валяешься. Я тебя раздела, скорую вызвала, они тебе что-то вкололи. Сказали, что у тебя ангина. Теперь вот температуру тебе сбиваю. И помолчи пока, не береди горло. Сейчас тебе
– Спасибо, - прошептала Альбина, закрывая глаза.
– Ты своему звонила, сказала, что заболела?
Альбина только кивнула головой, говорить было неимоверно больно. Марина закончила обтирать ее, потом ушла на кухню и через какое-то время вернулась с кружкой и аптечкой.
– Так, давай поднимайся. Это надо выпить.
Она помогла Альбине привстать, напоила ее.
– Ты позвонила своему Евгеше. А чего он не приехал? Ему что, все равно что с женой?
Альбина поморщилась от ее слов. Но Марина не успокоилась, начала ругать его весьма нецензурными словами.
– Перестань, - с трудом проговорила Альбина.
– Он не может приехать.
– Мгм, - хмыкнула Марина.
– Не может он. Ладно, это не мое дело.
Подруга провела у нее ночь, весь день субботы, снова осталась на ночь. В воскресенье Альбине стало легче. Все это время Марина словно наседка ухаживала за Альбиной, одновременно решая рабочие вопросы по телефону. В воскресенье позвонил кто-то из сотрудников, сообщил, что какой-то клиент устроил скандал и требует начальство.
– Марина, поезжай. Со мной уже все хорошо, не переживай, - Альбина слышала весь разговор.
– У меня и температуры уже почти нет.
– Ага, нет у нее температуры. Конечно, сорока уже нет, всего-то тридцать восемь. Ничего не случится, без меня разберутся.
Но сотрудник снова позвонил, бился в истерике, сообщил, что клиент не уходит и чуть ли не погром устраивает.
– Поезжай, - попросила Альбина.
– Я справлюсь.
– Ну точно, как дети, без меня ничего решить не могут, - ворчала Марина.
– Точно все хорошо?
– Точно.
– Там на кухне я бульон тебе сварила, я его в холодильник убрала. Найди силы, встань поешь. Не забывай про таблетки и горло полоскать.
Марина собралась и убежала, а Альбина откинулась на подушки. Сил подняться и что-то делать у нее не было. Незаметно для себя она заснула. Проснулась от того, что кто-то вошел в квартиру. Она открыла глаза, увидела Евгения, который заглянул в комнату.
– Ты как?
– спросил он, не заходя к ней в комнату.
– Хреново. Ангина, - с трудом проговорила Альбина, надеясь, что Евгений предложит ей помощь, будет ухаживать за ней.
Но он пошел на кухню, Альбина слышала, как он открывает крышку кастрюли, заглядывает в холодильник. Потом он крикнул ей:
– А что, ужина у нас нет?
Не дождавшись ответа он вернулся в комнату.
– Я спрашиваю, ужина нет?
– Женя, я все дни провалялась с температурой.
– Ну ужин-то могла сделать?
– в его голосе сквозило какое-то недовольство.
Альбине стало так обидно, что она отвернула голову, чтобы он не увидел, как по ее щекам текут слезы и хрипло прошептала.
– Не могла, я без сознания лежала все эти дни.
– Ну ладно, я тогда закажу себе.
И ни слова, ни вопроса, надо ли ей чего-нибудь, того же чая, воды. Он просто ушел в кухню, Альбина слышала, как он делает заказ.