Просто хочу
Шрифт:
Я тоже посмеивалась, хоть и прятала стыдливо глаза. Да, я стерва, весьма довольная собой. Приедет он? Да за ради бога…
Ой, не ври себе, Соня. Как только он приедет, ты забьешься в угол и не захочешь вылезать. А если он зажмет тебя в этом углу, ты растаешь, как то мороженое со второго десерта. Конечно, сунешь ему кулак в печень для науки… Но потом-то? Как пить дать, растаешь. И никакая вымышленная стерва тут не поможет.
— Так вы созваниваетесь? — Виктория сделала глоток из бокала.
— Нет, я запретила ему звонить.
— А он, конечно, послушался, — съязвила Ники.
— Ну…
Да, Крис перестал быть козлом. Но как говорится, поздно пить «Боржоми…».
— Дай угадаю, «Привет, как дела?», — выдала Ники.
— Бинго! — я отсалютовала ей стаканом с водой.
— Извини, что лезу не в свое дело, но мне дико интересно, что ты ему на это отвечаешь, — Ники опять хихикала.
— Иди в жопу, все нормально, — ответила я без утайки, — У меня даже шаблон забит.
Ники засмеялась. Виктория улыбалась, но неодобрительно качала головой по поводу лексики.
— Прелестно, — «похвалила» меня Вики, — Кажется, Крис сам не понял, какую партию выбрал.
— Вики!!! — рявкнула Ник, — Черт!
Но я уже выкатила на них глаза по пять копеек.
— Какую еще партию? — процедила я сквозь зубы, понимая, что какая-то очень умелая интрига сплелась у меня за спиной.
— Соня, прошу, не выражайся, — Вики попыталась перевести тему на мою пропащую мораль, но не сработало.
Я не оправдывалась, просто ждала объяснений.
— Ну, давай, говори, великий пиармен, — Ники опять хлебнула из бокала.
— Вам нужно пожениться, Софи.
— Мне точно не нужно, а ему тем более, — отрезала я, — Зачем все это? Откуда даже мысли такие взялись?
— От мамы, — небрежно махнула рукой Ники.
Виктория взглянула на нее с осуждением, но сестра поспешила ответить на ее колкий взгляд.
— Пусть знает, Вики.
Я приподняла бровь, и Николь поспешила объяснить.
— Ты нравишься маме. Сразу понравилась. Даже, можно сказать, заранее. Когда Крис позвонил и сказал, что русская девочка от него беременна, и он хочет, чтобы мы за тобой присмотрели, у мамы чуть припадок не случился.
— От шока? — уточнила я.
— От радости.
— Не понимаю.
У меня в голове ничего не сходилось.
— На первой премьере, куда пригласил нас Крис, он был с подружкой. Модель какая-то. Нюхала кокс, едва отворачиваясь. Вторую привез в Лондон, вроде как знакомиться. Утверждал, что на этот раз все серьезно.
— И?
Меня начало подташнивать от этих подробностей.
— Она отсасывала Крису, пока он курил на веранде. Дверь они, как ты понимаешь, не закрывали. Особо не стеснялись.
Я проглотила ком, кажется вместе с полупереваренной пищей, которая поднялась по пищеводу.
— Ники, хватит, — осадила сестру Виктория.
— Нн-нет. Я… Я предполагала. Он же… актер, — лепетала я, пытаясь выглядеть невозмутимо.
— А мама вот не предполагала, Соня, — продолжала Николь, — Когда Крис рассказал, что ты его старая знакомая, что вы встретились в Каннах, а потом он поехал к тебе в Москву… В общем, это было настолько нормально, что мама… да и все мы, не поверили сначала. Но согласились, конечно. А потом он привез тебя. И… Знаешь, я бы с удовольствием усадила тебя в самолет до Москвы в тот же вечер, но мама
— А ты думаешь, я не смогу?
— Думаю, он угробит тебя раньше, чем ты сможешь хоть что-то.
— Ладно тебе, Ник, — снова проговорила Виктория, — Не такой уж он и мерзавец. Запутался просто.
— Идиот он.
— Давайте закроем тему, — попросила я, чувствуя, что все это меня просто убивает.
— Соня, тема не будет закрыта, пока мы не обсудим это все вместе, — спокойно сказала Виктория, — Так что готовься. Когда Крис приедет, будет великий семейный совет.
— Ваш семейный совет может решать что угодно. Но мне до смерти все это надоело. Я обещала ему родить ребенка в Англии. Да и не решусь теперь войти в самолет, но на этом мои обязательства перед Крисом Мэйсоном заканчиваются. С меня хватит.
Я вовремя остановилась, не наговорила лишнего. О том, что жила у них, лелея идиотскую надежду, что Крис приедет, что снова напудрит мне мозги, полюбит меня хоть немного. Но вовремя прикусила язык, надулась.
Ники подозвала официанта, заплатила по счету. По дороге домой я крепко сжимала руль. Сестры молчали. Наверно, опять боялись меня нервировать. Что за бредовые идеи с этой женитьбой. Кто такое мог выдумать? Неужели Маргарет? Я вообще скептически относилась к браку. Тем более, к браку с Кристофером. Смысл нам оформлять все по закону, если рано или поздно он все равно потребует развод, если он не хочет даже видеть меня рядом.
А еще я подозревала, что Мэйсонами движет страх. Они боятся, что я увезу ребенка в Россию, что они не увидят внука-племянника. Брак — это страховка. Умно. Весьма умно, но я не собираюсь участвовать в этом прикрытии тылов. Ни за какие пряники.
Крис
Машина неслась по направлению из Хитроу в родной Барнс. Путь домой. Обычно сердце щемило от радости, потряхивало каждую поджилку от предвкушения встречи с родными людьми.
Сегодня меня тоже трясло, но это были другие эмоции. В последние годы я привык возвращаться домой «со щитом», мне нравилось дарить чувство гордости за меня своим родителям и сестрам. Да и вообще, побывать в стенах родного дома стало наилучшим подарком из всех возможных за последние три года.
Последнее время я умудрялся не спать с Джен. И кажется, почти убедил ее, что поездка к родителям носит исключительно рабочий характер. Конечно, Донна справилась бы лучше. Но я побаивался, что моего агента хватит удар от одной только мысли, что меня хотят женить. Джен и ту накрыло, а Донна будет в ярости. И не дай бог ей в таком состоянии пересечься с мамой, которая тоже сейчас не в самом лучшем расположении духа из-за моих метаний.
Странные чувства одолевали меня. Чем дальше я был от Лос-Анджелеса, тем менее осязаема была моя дебильная потребность быть ублюдком. Я начал понимать, что сейчас увижу Софи, смогу прикоснуться к ней, вдохнуть запах ее волос, кожи, почувствовать тепло дыхания. Той злости и обиды, что терзала меня во время лондонской премьеры, не быо и следа. Только горькое предвкушение встречи. Потому что ничего сладко хорошего мне точно не светит.