Шрифт:
Валентина Седлова
Просто Лиза
Южное апрельское солнце грело простуженную за зиму землю. Веселые лучи ласкали крышу покосившегося одноэтажного домика в маленьком курортном поселке, где за двумя сдвинутыми друг к другу и накрытыми протертой клеенкой столами сидели захмелевшие гости. Хозяин, сам изрядно принявший на грудь, командовал застольем, а хозяйка носилась туда-сюда, разрываясь между комнатой и кухней и выставляя на стол все новые и новые яства.
— Ну, с днем рождения тебя, Семен Игнатьич! И чтоб, как водится, все у тебя было и ничего тебе за это не было! — двинул тост один
— Эхма, кабы денег тьма, да еще чуть-чуть! — дежурной прибауткой отозвался хозяин.
— И чтоб у тебя какой родственник-богатей за границей обнаружился, да наследство тебе отписал! — подхватил мысль гость.
Собравшиеся дружно рассмеялись, Игнатьич собирался что-то ответить, как его перебила жена:
— Ну и что — родственник за границей? У него вон сестра старшая в Америку укатила, а брату единокровному с этого — шиш с маслом! Что толку с такой родни! Как кинула тогда вас всех да сбежала в столицу со своим очкариком, так и кидает дальше, и кидать будет! Тоже мне, профессорша! Думает, раз ученая, так значит, можно нос выше крыши задирать? Даже на похоронах родителей не появилась! Чужие люди ее мамку с отцом в гроб клали! Срам-то какой!
Хозяин привычно, но без особого старания попытался возразить супруге, но та уже оседлала любимого конька:
— А ты головой не мотай, не мотай! Пока ты на дядю пашешь и горб себе наживаешь, они с мужем жируют и думать про тебя забыли, ровно как про собаку приблудную! Нет бы хоть весточку прислать, к себе пригласить. Ты хоть знаешь, сколько они там бабок заколачивают? Тебе и за всю жизнь столько не заработать, сколько они за месяц имеют. Дочка их, вон, в Москве одна в хоромах живет. И чего, спрашивается, здесь забыла? На хрена соплячке целая квартира? Лучше бы к своей мамочке в Америку свалила, а жилплощадь нам оставила. Мы бы уж придумали, что с ней делать. У-уу, ненавижу твою поганую семейку! Так бы и удавила своими руками!
— Наталья! — прикрикнул на жену хозяин и для верности грохнул кулаком по столу. — Ты мне это брось! Какие бы не были — они мне родные. Понимать надо!
— А что понимать? Не по-человечески это! Вон мы — последнюю рубаху с себя снимем, последнюю копейку с соседями разделим, если надо. Не то, что эти твои родственнички! Кстати, Вань, ты мне десятку с прошлого месяца так и не отдал, паршивец этакий!
— Как? Опять у тебя цыганил? — оживился хозяин, обрадовавшись, что разговор свернул с неприятной темы, — Вань, я что тебе, Рокфеллер? Учти, больше на опохмелку не дам! И жене запрещу!
— Да я не на опохмелку брал, — загнусавил мужичок с рябым лицом, — я на хлебушек. У меня завтра получка будет, вот истинный крест — все верну!
— Знаем мы твой хлебушек, — ворчливо отозвалась хозяйка и грохнула на стол новую емкость не то с домашним самогоном, не то с вином.
Разговор плавно перетек на будущий урожай, на то, сколько отдыхающих удастся в этом году взять на постой, да на прочие бытовые темы. Скромно приютившаяся в углу чета гостей переглянулась.
— Ты думаешь о том же, о чем и я? — тихо спросила женщина мужа.
— Да, но пока подождем. Здесь спешка ни к чему. Надо как следует подготовиться и все продумать…
Я валялась в гамаке, подставив солнцу лицо. Ужасно хотелось вернуться в Москву с настоящим дачным загаром. А то середина июня, а я все бледнокожая, как медуза какая-нибудь —
Эх, как представлю, что до свадьбы всего полтора месяца осталось — аж дух захватывает. До сих пор не могу привыкнуть к тому, что я — невеста. Хотя вон, колечко обручальное на большом пальце красуется, всеми семью разноцветными камешками переливается, словно в доказательство того, что я и правда на пороге замужества нахожусь. Почему на большом пальце? Ну, куда мне его жених надел, там и ношу. Вот почему. Хотя изначально причиной было то, что Лешка просто ошибся с размером. Но я об этом предпочитаю умалчивать. Тем более что обручальное кольцо на большом пальце — это так романтично, черт побери! По крайней мере, еще не видела ни одной невесты с подобным украшением там, где оно есть у меня.
А вообще-то, только не смейтесь, пожалуйста, я подспудно жду какой-нибудь пакости со стороны судьбы. Даже не знаю какой. Ну, например, того, что родители наш союз не одобрят. Они же Лешку еще не видели, только дня за три до свадьбы познакомятся, когда к нам в отпуск из Штатов прилетят. Хотели в мае приехать, да что-то у них не сложилось. Вот мы с Лешей и перенесли все на август. Нам даже лучше — суеты меньше получается. А то свадебный наряд — и то почти целую неделю выбирали. Пока мы с Машкой, подругой моей лучшей, все магазины и салоны обошли, пока все перемерили… Уф, тяжкий труд. Как вспомню, так вздрогну. Зато платье нашли, что надо. Во-первых, оно не белое, а бледно-сиреневое с естественным блеском. Длинное до пят, но с разрезом от бедра. Сидит на мне, как влитое. И в тон платью кокетливая шляпка с короткой вуалью, не достающей даже до глаз (а и не надо!).
В конце концов, кто сказал, что невеста непременно должна быть в белом? Вот еще глупости. Машка с Темой, когда женились, вообще кожаные штаны на себя напялили, и ничего. Счастливы по уши, уже дитенка ждут. Аккурат к новому году должен родиться. Недаром говорят, что удачные первоапрельские шутки оборачиваются новогодними подарками, а они как раз где-то в начале апреля и сподобились. Лешка и то уже осторожно намекает, что не прочь нашего первенца понянчить. Я, правда, пока отбиваюсь, делаю вид, что намеков не понимаю. Но боюсь, уговорит меня речистый. Правда, в роли мамаши себя не представляю, хоть убей. Ладно, посмотрим на Машку с Темой, а там и подумаем.
На самом деле, я безобразно счастлива. Просто по-свински счастлива, так что завидуйте мне, завидуйте! У меня самый лучший, самый красивый и понимающий жених во всем мире! И пускай Машка с видом знатока вещает, что первый и самый сильный всплеск чувств длится недолго, от силы пару месяцев, а потом все успокаивается — не верю! Я все равно люблю Лешку до сладкой дрожи, до замирания сердца и знаю, что так будет всегда. Иногда просыпаюсь ночью и думаю: приснилось мне, что я нашла свою половинку или нет? А вдруг это все неправда и я просто придумала себе такую любовь? Смотрю на подушку рядом, а там Лешка лежит. Я тогда прижимаюсь к нему крепко-крепко и успокаиваюсь. Он во сне сгребает меня в охапку, и я словно прячусь в его медвежьих объятьях от остального мира.