Простолюдин
Шрифт:
Когда с кашей было покончено, Инг встал, окинул нас хитрым взглядом и достал из сумки увесистый бочонок пива и три удочки.
— Ну, что, мужики? Порыбачим? — с сияющей улыбкой спросил он. Рёв двух восторженных глоток заставил стаю птиц, взгромоздившихся на дереве, пугливо вспорхнуть с веток и недовольно курлыкая улететь прочь.
— А то! — поддержал его Драг.
— Да, — не менее радостно крикнул я.
До ближайшего озерца оказалось рукой подать, благо местность располагала и реки, озёра, маленькие пруды были щедро раскиданы вокруг. Мы устроились у пологого песчаного берега в мириадах
Первую рыбу выловил я. Это оказалась увесистая, на три килограмма, рыбина, неизвестного вида, при этом два ряда острых зубов и злой взгляд, говорили о том, что это хищник. Её тут же отправили на импровизированный шампур над повторно разожженным костром.
Между Драгом и Ингом ещё чувствовалась некая напряжённость, но я надеялся, что со временем она пройдёт. Впрочем, первые проблески примирения видны были уже сейчас. Несмотря на мои ожидания, Шай, в тот вечер, так и не появилась.
— Она чем-то, занята. Весь день на телефоне, мне показалось, что готовится к чему-то, а уж если сестренка вбила себе нечто в голову, то просто так не бросит, — взгляд Инга скользнул по моему лицу. Похоже, Шай успела рассказать, об изменениях, произошедших между нами.
Похоже, я знаю, чем она занята, но распространятся об этом, не хотел. Да и меня стал, грызть червячок сомнения, насчёт того, как воспримет появление Кати, Антонина Семёновна. Её реакция не давала мне покоя. Хотя по зрелому размышлению с момента гибели Лены прошло уже около года, и я уверен, что она была бы рада, если бы у меня всё было хорошо.
Весь оставшийся вечер, мы ловили рыбу, пили пиво и травили байки. Устроили мужские посиделки.
Проснулся утром рывком. Не было ни обычной сонной дрёмы, ни ленивого потягивания. Вместо этого, механически открыл глаза и обвёл взглядом затянутый утренним туманом берег озера. Питомцы, раскинув лапы, беззастенчиво дрыхли в паре метров от меня. Клык забрался сверху на Дракошу, вытянул язык, словно собака и сопел.
— Рота подъём! — изменив голос на более басистый, заорал я.
Дракоша вскочил и завертел головой. Клык не удержался, упал на землю и с лёгкой укоризной посмотрел на меня.
— Кхм, да… — под его обиженным взглядом, я слегка смутился, — Выдвигаемся!
До обеда мы пробирались по изрядно поднадоевшим долинам. Вниз — вверх и так всё время. Поднявшееся солнце грело спину. Дважды обогнули небольшие посёлки и один раз, высоко в небе, заметил парочку пегасов. Они вели себя странно, не летели прямо, а как будто бы наворачивали круги, всё время, смещаясь вперёд.
Решил не гневить судьбу. Спрятался под кроной разлапистого дерева с неестественно густой листвой, которая практически не пропускала свет. Выждал полчаса. На небе чисто. Можно продолжать путь, но тут до меня донёслись крики и шум боя. Откуда?
Покрутил головой, пытаясь понять направление. Достал оружие и двинулся вперёд. Намерения ввязываться в чужие разборки у меня не было, но и не помочь попавшим в беду путникам тоже нельзя. Через сто метром мне открылась картина боя.
Десяток пёстрых повозок встали в круг, образовывая вагенбург или по-другому — походную крепость. На них наседали косматые чудища.
Сверху на фургонах, посылая стрелу за стрелой, стояли два десятка человек, между просветов повозок виднелись фигуры с копьями. Все одеты просто, но добротно. Кожаные штаны, простые крепкие куртки и притороченные к поясу кинжалы. Ещё я заметил, что с оружием они явно не новички. Секторы обстрела рассчитаны идеально, перекрывая друг друга наполовину с каждой стороны. Там где не успевал один лучник — помогал сосед.
Но медведей слишком много. С рёвом они неслись вперед, не обращая внимания на павших товарищей. Прикинул количество. Не меньше сотни. Хорошо, что не нарвался на них.
— Поможем? — спросил я у Клыка. Ввязываться мне не хотелось, но и остаться в стоне не позволяла совесть.
Тот оскалился и деранул лапой по траве, показывая, что готов действовать. С удивлением увидел глубокие, до земли, прорези от когтей. Возмужал мой ворген, да и вытянулся.
Тем временем, события развивались. Из леса выбежало подкрепление медведей и устремилось к повозкам. Я бросился вперёд, по бокам меня прикрывали питомцы. Сгрудившиеся у просветов между фургонами, противники не ожидали нападения. Двадцать секунд, я, беззастенчиво пользуясь тем, что меня не замечают в суматохе боя, резал, колол и вносил раскол в ряды противника.
Сверху раздался короткий вскрик, и паренёк с огненно рыжими вьющимися волосами упал с фургона на землю. К нему тут же рванул десяток медведей. Первый добравшийся до парня противник — завизжал. Я успел уловить размытые блики стали. Рванул вперёд. Парень с трудом отбивался, но держался. Сверху, в помощь рыжему, упал град стрел, внося сумятицу в и так не сильно организованное воинство.
Нырнул в просвет между медведями и чуть не был насажен на кинжал. Отскочил в сторону, схлопотав удар лапой.
— Ты, чё творишь! — рыкнул я.
Парень лишь хмыкнул, но переключился на следующую цель. Вдвоем дело пошло веселее. Спина к спине мы постепенно смещались вбок, оставляя после себя полосу из убитых медведей. Клык использовал погибшего противника, как трамплин и присоединился к нам. Дракоша молнией мелькал позади, лишь морозная дымка и блики на пластинах чешуи выдавали его местоположение.
Град стрел прекратился. Лучники увидели, что мы справляемся и перенесли огонь на белее приоритетные цели. Пять минут бешеной рубки, и противники неожиданно закончились. На всякий случай покрутил головой в поисках врагов, но заметил лишь парочку медвежьих спин, спешно убегающих в подлесок. Победа.
Повернулся к рыжему и прежде чем успел, что-то сказать, паренёк представился:
— Сантиар, или просто Санти, — он протянул руку для рукопожатия, — А ты хорош.
— Рэй. Взаимно, — по-доброму ухмыльнувшись, ответил я. Рукопожатие мне понравилось. По-мужски сильное, взгляд голубых глаз прямой и честный.
— Проныра, ты как? — послышался голос сверху.
— Эльза, я сколько раз просил меня так не называть? — недовольно ответил Фэй.
— Значит всё отлично, — резюмировал ехидный голос.