Пространство
Шрифт:
— Сейчас главное — сберечь тебя и свидетельницу.
— А как? — спросила Касси. В ее голосе слышался вызов, но этот вызов, крича: «Вы не сможете!», одновременно требовал: «Скажи мне, что ты сможешь!»
— Мы этим занимаемся, — сказал Хэвлок.
— У меня здесь даже есть нечего, — сказала Касси, — все в столовой. Я убить готова за сэндвич. И убью.
Хэвлока на курсах учили, как говорить с людьми, перенесшими шок. Там был целый список. Четыре правила, мнемоническая подсказка. Он ничего не мог вспомнить.
— Послушай, — сказал он, — ручаюсь, ты основательно взбудоражена.
— Я просто не в себе.
— Да,
— Врешь ты все, — сказала Касси. — Я только что не впала в ступор.
— Не впала — уже, считай, победа. Нет, серьезно, ты все делаешь правильно. Сохраняй спокойствие, выберемся. Понимаю, сейчас все выглядит безнадежно, но мы тебя вытащим.
— А если не…
— Вытащим.
— Но если нет… Если, понимаешь?
— Хорошо, — сказал Хэвлок, — если?..
— Окажи мне услугу. На Европе есть один парень. Хихири Тирпен. Инженер пищевого производства.
— Понял.
— Передай ему, что мне было жаль.
«Она готовится к смерти, — подумал Хэвлок, — и, возможно, права». Яркий меднистый вкус страха наполнил рот. Местные перебили службу безопасности РЧЭ. Она осталась последней. Он ничего не знал о положении там, внизу. Не исключено, что там уже собрали три тонны промышленной взрывчатки, чтобы оставить от Касси одно воспоминание. Она в любую минуту могла погибнуть у него на глазах, а он не в силах сделать хоть что-нибудь.
— Сама ему скажешь, — мягко ответил он, — кстати, после такого извиняться уже не страшно.
— Не уверена. Ты не знаешь Хихири. Обещаешь?
— Конечно, — сказал Хэвлок. — Я тебя поддержу в этом деле.
Касси кивнула. По ее щеке сбежала еще одна слеза. Не похоже, чтобы ему удалось ее успокоить.
На экране открылось крошечное дополнительное окошко — Мартри перехватил связь через доступ службы безопас ности.
— Ну вот, Касс, — заговорил он. — Мы с капитаном Марвином посылаем за тобой группу. Правда, это займет пару часов. Твоя задача — сберечь свидетельницу.
Голос у Касси подрагивал, но не срывался.
— На планете сорок наших и две сотни — их. Я одна. Я никого не могу защитить.
— Тебе и не придется, — сказал Мартри. — Я выслал уведомление о блокаде. Я координирую действия научной группы. Это все на мне. Твое дело — доктор Окойе. Просто постарайся, чтобы она дожила до прибытия подмоги, а?
— Есть, сэр.
— Вот и хорошо, — сказал Мартри. — Два часа. Ты справишься, Касс.
— Есть, сэр.
— Хэвлок. Мы собираем брифинг, подскочишь в службу безопасности?
— Уже иду, — отозвался Хэвлок, расстегнул ремни, оттолкнулся и выплыл из каюты.
Коридоры на «Эдварде Израэле» были в разрезе удлиненными восьмиугольниками — дедовская конструкция. Захваты для рук и упоры для ног на всех плоскостях. Хэвлок быстро продвигался вдоль туннеля, а мозг никак не мог разобраться, лезет он вверх, падает вниз, в колодец, или — странное дело — ползет вверх ногами по потолку. Ему рассказывали, что у астеров от природы отключено ощущение верха и низа, но рассказывали всегда сами астеры, доказывая,
Десять человек, прицепившись к стенам, развернулись головами в одну сторону. Мужчины и женщины, очень разного сложения и оттенков кожи, но с одинаковым выражением лиц. Это было жутковато. Мартри выдал всем защитное снаряжение, и серо-голубые бронежилеты с высокими воротниками придавали людям сходство с насекомыми. Даже Мартри надел броню — значит, тоже собрался на высадку.
— …у меня осталось, — говорил расположившийся у входа Мартри. — И кроме вас, никого нет. Не прискачет кавалерия спасать наши задницы. Мы и есть кавалерия, а это значит, что больше я людей терять не намерен. Мы служба безопасности всей планеты — те, кто здесь, в этой комнате. И мы справимся, но только если не станем приносить жертвы. Внизу вы при малейшей угрозе всеми средствами защищаете себя и свою группу.
— Сэр?
— Окми?
— Значит ли это, что мы уполномочены применять летальные средства?
— Вы уполномочены на упреждающее применение летальных средств, — ответил Мартри и выдержал паузу, чтобы до всех дошло. Хэвлок вздохнул. Мерзко, но другого выхода нет. Будь тяжелый челнок уничтожен обычными преступниками, могли бы разбираться полицейскими методами. Но местные не остановились, и вот опять пропали или убиты сотрудники РЧЭ. Это уже больше похоже на войну.
Ну что ж, они хотя бы попытались решить дело миром. Правда, ждать от астеров благодарности не приходится.
— Через двадцать минут вываливаемся, — сказал Мартри. — Падать нам долго, и по дороге будет трясти. Я целюсь к востоку от лагеря астеров. Смит и Вэй командуют взводами. Первая и главная задача — добраться до нашего отдела и усилить его.
— А «Барбапиккола»? — спросил кто-то.
— На хрен «Барбапикколу»! Что с «Росинантом»?
Мартри поднял руку ладонью наружу.
— Вам недосуг беспокоиться о том, что творится на орбите или дома. Это на мне, я этим и займусь. Я и Хэвлок. — Мартри коротко улыбнулся ему, и Хэвлок ответил кивком, больше похожим на поклон. — Приказ вам известен, я вам доверяю. Спускаемся и наведем порядок в этой навозной куче.
Группа безопасников рассыпалась, быстро и уверенно растеклась ручейками к доку, где ждали легкие челноки. Хэвлок не без зависти провожал их взглядом. Мельком вспомнилась картинка из детства, что-то про хромого мальчика и Пестрого Дудочника [131] .
Мартри, двигаясь против течения, подлетел к нему.
— Хэвлок, рад тебя видеть. Ты мне нужен на минутку.
— Есть, сэр.
Мартри кивком указал на свой кабинет. Крошечная комнатушка, меньше каюты, с амортизатором на старомодных шарнирах, протянувшимся через все помещение. Мартри закрыл дверь.
131
В легенде о Гаммельнском Крысолове упоминается хромой мальчик: он не поспел за остальными детьми, которых дудочник уводил из города, и потому уцелел.