Пространство
Шрифт:
— Возможно, она еще не встретила подходящего человека.
В его тоне проскользнула насмешка. Миллер пожал плечами, ему было неловко.
— Чем она зарабатывала? — спросил он.
— Мелкие грузоперевозки. Не знаю, какой именно груз. У меня сложилось впечатление, что она бралась за все, что подвернется.
— Значит, регулярных рейсов не было.
— Так мне кажется.
— На чьих кораблях она работала? Конкретный грузовик или брала что попало? Была постоянная компания?
— Я разузнаю для вас, что смогу, — ответил мужчина.
— Работала
— Я узнаю, — повторил мужчина, — что смогу.
Все новости этого вечера были посвящены Фебе. По научной станции — той самой, к которой астерам не разрешалось даже причаливать, — нанесли удар. Официально сообщалось, что половина населения погибла, другая половина пропала без вести. Никто пока не принял на себя ответственности, но общественное мнение не сомневалось, что некой группе астеров — АВП или кому-то еще — наконец удался «акт вандализма» с немалым количеством трупов. Миллер сидел в своей норе, смотрел новости и пил.
Все летело к черту. Пиратские станции от имени АВП призывали Пояс к войне. К партизанским действиям и прочему. Скоро настанет время, когда Марс уже не сможет себе позволить их игнорировать. А когда Марс перейдет к действиям, будет уже не важно, последует ли его примеру Земля. Катастрофа приближалась, а ни одна из сторон словно не понимала, насколько они уязвимы. И он ничего — ни черта — не мог сделать, чтобы предотвратить эту катастрофу. Или хотя бы задержать.
Джули Мао улыбалась ему из рамки, за ее спиной виднелась шлюпка. Пережила нападение, сказал тот человек. В ее досье об этом ничего не говорилось. Может, она подверглась ограблению. Может, чему-нибудь похуже. Миллер встречал много жертв насилия и разделял их для себя на три категории. Первая — те, кто делал вид, будто ничего не случилось, а если и случилось, то ничего не значит. К таким принадлежало больше половины людей, с кем ему пришлось говорить. Еще попадались профессиональные страдальцы, люди, которым положение жертвы позволяло вести себя, как им вздумается. К ним относилась большая часть оставшихся.
Процентов пять, если не меньше, принимали случившееся, учитывали урок и шли дальше. Такие, как Джули. Настоящие.
Когда срок его дежурства истек, в дверь трижды позвонили. Миллер встал, держась на ногах менее уверенно, чем ожидал. Он пересчитал бутылки на столе. Больше, чем он думал. Он поколебался минуту — открыть дверь сразу или сперва бросить бутылки в утилизатор. Звонок повторился. Он подошел. Если это со станции, им и положено думать, что он пьян. Никакого резона разочаровывать их.
Лицо оказалось знакомым. Угреватое, замкнутое. Человек с повязкой АВП из бара. Тот, что распорядился убить Матео Джадда.
Коп.
— Приветик, — промямлил Миллер.
— Детектив Миллер, — произнес угреватый. — Я думаю, мы расстались не на той ноте. Надеюсь, можно сделать еще одну попытку.
— Точно.
— Вы позволите войти?
— Я стараюсь не пускать в дом незнакомцев, — ответил Миллер. — Я даже имени вашего не знаю.
— Андерсон Доуз, —
Миллер посторонился, и угреватый — Доуз — шагнул в дверь. Он за два долгих вдоха вобрал в себя обстановку норы, после чего сел так, будто батарея бутылок и запах стоялого пива не стоили комментариев. Миллер, проклиная себя в душе и тщетно пытаясь протрезветь, сел напротив.
— Мне нужна от вас услуга, — сказал Доуз, — и я готов за нее заплатить. Не деньгами, разумеется. Информацией.
— Чего вы хотите? — спросил Миллер.
— Прекратите искать Джульетту Мао.
— Не продается.
— Я пытаюсь сохранить мир, детектив, — сказал Доуз. — Вам стоит меня выслушать.
Миллер склонился вперед, облокотившись на стол. Невозмутимый инструктор по джиу-джитсу работает на АВП? Судя по визиту Доуза, так и есть. Миллер сделал себе заметку в памяти, но промолчал.
— Мао работала на нас, — продолжал Доуз, — но об этом вы и сами догадались.
— Более или менее. Вам известно, где она?
— Нет. Мы ее ищем. И именно мы должны ее найти. А не вы.
Миллер покачал головой. Он не знал, что ответить. Подходящий ответ бился где-то в затылке, и не будь он так пьян…
— Вы — один из них, детектив. Пусть даже вы всю жизнь провели здесь, но платит вам корпорация внутренних планет. Нет, погодите. Я вас не виню. Я все понимаю. Они заказчики, а вам нужна работа. Но… сейчас мы ходим по пленке мыльного пузыря. «Кентербери». Маргинальные элементы Пояса призывают к войне.
— Станция Феба.
— Да, и в этом тоже обвинят нас. Добавьте блудную дочь владельца лунной корпорации…
— Вы думаете, с ней что-то случилось?..
— Она была на «Скопули», — сказал Доуз и, не дождавшись ответа, тут же пояснил: — На том грузовике, который марсиане использовали как наживку для «Кентербери».
Миллер долгую минуту обдумывал известие, потом тихо присвистнул.
— Мы не знаем, что произошло, — продолжал Доуз, — и пока не узнаем, я не могу позволить вам мутить воду. Она и так достаточно мутная.
— А что за информацию вы предлагаете? — спросил Миллер. — Мы ведь торгуемся, а?
— Я сообщу вам, что мы узнали. После того как мы ее найдем, — сказал Доуз. Миллер хихикнул, а представитель АВП продолжал: — Щедрое предложение, если учесть, кто вы такой. Наемник Марса. Партнер землянина. Кое-кто счел бы это основанием и вас считать врагом.
— Но не вы, — вставил Миллер.
— Я полагаю, наши цели в основном совпадают. Стабильность. Безопасность. Странные времена вынуждают к странным союзам.
— Два вопроса.
Доуз приглашающе развел руками.
— Кто украл снаряжение для разгона толпы? — спросил Миллер.
— Снаряжение?
— Еще до гибели «Кентербери» кто-то похитил полицейское снаряжение. Возможно, эти люди хотели вооружить солдат, чтобы контролировать толпу. Или не хотели, чтобы ее контролировали мы. Кто это сделал? И с какой целью?