Пространство
Шрифт:
— Интересно, убедительными ли покажутся твои аргументы людям, гибнущим сейчас на орбите?
— Мне их жаль. Действительно жаль. Но они знали, чем рискуют. И погибнут не зря, — сказал Мартри.
— Не зря?
— Их смерть будет знаком, что мы не уступили ни сантиметра. До последнего вздоха держали то, за чем пришли. В таких делах человечество не останавливается на полдороге, капитан. Так было всегда. Даже Кортес сжег свои корабли.
В смехе Холдена к недоверию примешалось презрение.
— Как
Мартри нахмурился. Между ними встала и опала колонна голубого сияния — словно столб пыли на пустой улице.
— Ты о чем?
— Один мой знакомый оправдывал свой выбор, сравнивая себя с Чингисханом.
— Как я понимаю, ты не счел его аргумент убедительным, — усмехнулся Мартри.
— Нет, — сказал Холден. — А потом мой друг выстрелил ему в лицо.
— Забавное возражение на аргумент о необходимости насилия.
— Я тогда тоже так подумал.
Мартри поднял левую руку и почесал в затылке. Его сальные волосы встопорщились, смутно напомнив новое пристанище Миллера. Сплошные углы и колючки. С отвращением посмотрев на свои пальцы, Мартри вытер их о бронежилет. Холден ждал. Где-то далеко за его спиной возник звук, напоминающий стрекот цикад в летний полдень.
— Так, — заговорил наконец Мартри. — Мне надо перейти.
Он подбородком указал на ту сторону пропасти, где стоял.
Холден. Правая рука зависла над рукоятью пистолета.
— Нет, — ответил Холден.
Мартри кивнул так, словно ожидал этого ответа.
— Хочешь меня арестовать, шериф?
— Я, собственно, подумывал насчет застрелить.
— В лицо, разумеется.
— Если сумею попасть.
— Радикальная перемена в человеке, который пытается покорить рубежи рассуждениями и совещаниями.
— А, нет, это не из-за того. Элви сказала, ты убил Амоса. Я не стану ни в кого стрелять из-за долбаных рубежей, но за свою команду… да, за своих я тебя убью.
— Говорят, месть ничего не дает.
— Я еще не пробовал, — ответил Холден. — Прости, если мое мнение пока не сформировалось.
— А если я скажу, что твой приятель не умер, это что-то изменит? Когда я уходил, он еще стрелял.
Волна облегчения накатила на Холдена, чуть не сбив его с ног. Если бы сейчас Мартри обнажил ствол и выстрелил, бой бы на этом и кончился. Но Холден сумел не измениться в лице и справился с подгибающимися коленями.
— Он ранен?
— О, еще как. Довольно тяжело. Он, прежде чем свалился, убил моего человека. Довольно опасная компания для такого противника насилия, как ты.
— Да, — невольно расплываясь в улыбке, ответил Холден, — зато он отличный механик. А что со вторым? С Фаизом?
— Ранен, но жив. Я не успел его добить — твой парень открыл огонь. Ни один из них не мог двигаться, так что я просто ушел.
Мартри так деловито объяснял, почему не
— Давай договоримся, — продолжал безопасник. — Я пропускаю тебя на эту сторону, чтобы ты мог заняться своим Амосом. И яйцеголовому тоже кровь остановишь. Даю слово не вмешиваться.
— А ты, — закончил Холден, — перейдешь на эту сторону и помешаешь Элви сделать то, что я считаю нужным?
— По-моему, честная сделка.
Ладонь Холдена, прежде просто лежавшая на рукояти, крепко обхватила ее. Он развернулся всем телом, переставил ноги в боевую позицию. Мартри чуть двинул бровью.
— Нет, — сказал Холден и приготовился к стрельбе.
— Послушай, — не шевельнув ни единым мускулом, проговорил Мартри, — знаешь, что люди вечно забывают о новых мирах?
Холден не отвечал.
— Цивилизация доходит с временным лагом. Мы летим в новые места и воображаем, что, раз мы такие цивилизованные, цивилизация летит вместе с нами. Это не так. Мы ее строим. А пока она строится, умирает уйма народу. Думаешь, американцы пришли на Запад с железными дорогами, почтовыми конторами и тюрьмами? Все строилось ценой тысяч жизней. Одно без другого не бывает. И это делают такие, как я. Такие, как ты, приходят потом. Все это… — Мартри одним взмахом руки указал на себя и Холдена, — произошло, потому что ты явился раньше времени. Возвращайся, когда я построю почтовую контору, тогда и поговорим.
— Закончил? — спросил Холден.
— Решено, как я понимаю? — кивнул Мартри. — Другого пути нет? Хоть я и не убил твоего человека?
— Может, ты убил Амоса и Фаиза, а может, нет. Может, ты прав насчет рубежей, а я просто наивный дурак. Может, все до единого, кого ты прикончил на этой планете, сами были виноваты, а ты — во всем прав…
— Но твои люди на орбите, и ты спасешь их любой ценой?
— Я собирался сказать: «И все равно ты — последний подонок», — ответил Холден, — но твой вариант верен. Через этот мост ты не пройдешь.
— Ну что ж. — Мартри чуть шевельнулся, прищурился. Стрекот за спиной стал громче. Внизу вились и метались светляки протомолекулы. — Ну что ж.
Холден улыбнулся. Подражая ковбойскому выговору Алекса, протянул:
— Брось, Черный Берт, ты всегда знал, что этим кончится.
Мартри рассмеялся:
— Шутник…
Холден выстрелил.
Мартри покачнулся, схватился одной рукой за грудь, другой взялся за пистолет. Вторую пулю Холден всадил ему в правое плечо. Он целил в локоть, а попал только в бицепс. Тоже неплохо. Мартри уронил оружие на мост у своих ног. Упал на колени и попытался дотянуться до пистолета левой рукой, и тогда Холден прострелил ему бедро. Рухнув на мост, Мартри сбил пистолет в пропасть и сам сполз за край, но умудрился зацепиться левой рукой за сетку и удержался.