Против правил
Шрифт:
Но и Дамиан виноват. Дал девчонке много свободы, потакал ей, не смел отказать, так пусть теперь и мучается, а не охотится на девиц.
2 ГЛАВА
С самого утра меня всё раздражало.
Солнце ярко слепило, а стоило занавесить шторы в кабинете, и раздражала темнота. Кофе чрезмерно горький, секретарша своей идеальной исполнительностью вызывала зубной скрежет, малейший звук злил. Даже отменила все встречи, закрылась в кабинете и тихо сходила с ума. Волчица внутри скалилась, скулила, а я
Написала Арсению, что хочу побыть одна до завтра, не получив ответ, уехала домой. Знала, что волк и так всё поймёт.
А стоя в очередной пробке, ощутила, как всё тело охватило диким жаром. Огненный поток пробежался по венам, и сконцентрировался внизу живота. Скрутило так, как никогда не было.
Уткнулась лбом в руль, тихо поскуливая, волчица подвывала в ответ, и тут, выплывая из тумана боли я осознала, что у меня спустя почти год началась вновь течка, но в этот раз она была в разы ярче и больнее.
И, когда начала перебирать в голове имена московских волков, с кем волчица позволит мне пережить пару дней непреодолимой мании к сексу, в голове почему-то очень уж ярко всплыл образ того, о ком уже две недели не вспоминала, тот, кто всё же послушал моего совета и переключился на семью.
— Только не он! Человек! — злилась на саму себя, стискивая пальцами сидение и тут же вспарывая грубую кожу уже удлинившимися, не человеческими когтями.
Тихо выругалась, и, тяжело дыша, всё же схватила телефон, начав пролистывать телефонную книгу. Взглядом зацепилась за одно имя, решая, что на пару дней волк вполне сгодится, уверена и не откажет. И только палец готов был нажать на вызов абонента, как волчица взяла надо мной вверх, лишив контроля на пару секунд. Но хватило и этого, чтобы телефон полетел с такой силой в дверь, что безжалостно треснул и развалился пополам.
«Только он», — упорно твердила волчица, вызывая истерический смех и слёзы.
Вся человеческая часть меня сопротивлялась, взывала к голосу разума, но моя звериная суть рвалась на волю, рычала и упорно вдавливала педаль газа до конца.
Бороться с самой собой, то ещё удовольствие. Но я совершенно не заметила, как уже припарковалась у массивных ворот, выскочила на свежий воздух и рванула к посту охраны. Сохранять человечность было крайне сложно, насколько могла, настолько волчицу и сдерживала.
— Мне нужно к вашему хозяину, — практически прорычала, смотря в испуганные глаза высокого качка.
Весьма эпичная картина, наблюдать, как девица на голову ниже, с хрупкой комплекцией, приказывает в разы больше себя мужчине, а тот готов жмякнуться в обморок от страха.
— Не заставляй меня ждать, — рыкнула, отчего мужчина дёрнулся, нажимая на какую-то кнопку.
Ворота тут же начали разъезжаться, ждать не стала, юркнула в щель и чуть ли не бегом помчалась к дому.
На пути меня пытался перехватить очередной охранник, но я вывернула ему руку и откинула куда-то в сторону, особо не заботясь.
Волчица в голове уже предвкушающее скалилась и чуть ли слюной
«Как же я себя ненавижу!», — обречённо корила себя, понимая и признавая, что иногда внутренний зверь оказывается сильнее нас, и ничего с этим не поделать.
За всё есть плата. И за все те преимущества оборотней, не такая уж и большая плата бушующих инстинктов раз в год. Но с человеком…
«Сколько же потом придётся отмываться», — вновь раздражённо подумала и даже как-то устало.
Едва зашла в дом и втянула в лёгкие воздух, безошибочно определила нужное направление. Все органы чувств усилились в разы, и я могла отчётливо слышать ровное сердцебиение Дамиана, только что положенный сотовый на стол, даже слышала то, как он закатывал рукава рубашки.
«Простите меня все живущие оборотни, но я действительно схожу с ума по человеку!», — признала сей факт и распахнула уверенно дверь в тёмный кабинет, хотя на улице слепило яркое солнце, и как-то краем глаза зацепила плотно закрытые тяжёлые портьеры.
Видеть меня Лаврентьев явно не собирался, даже охрана ему от шока не успела доложить о воительной гостье. Мужчина излучал крайнюю степень удивления и даже шока.
«Конечно, я ведь его отвергла, чуть ли в грязь не вдавила».
— Знаю, не рад видеть, — раздражённо ответила вместо приветствия, приближаясь.
— Как ты сюда попала? — быстро отойдя от шока, всё же спросил, напрягаясь телом и потянув руку к телефону.
«Э-э-э, мальчик. Никаких посторонних разговоров».
— Кажется, сломала кому-то из твоих солдатиков пару косточек, — сладко пропела, огибая рабочий массивный стол.
Слишком плотно к мебели мужчина был придвинут, и это прямо бесило. Не особо, а точнее вообще, не контролируя себя, свои силы и хоть толику адекватности, нагло, бесцеремонно отодвинула кресло вместе с мужчиной ближе к окну, и не менее бесцеремонно села на колени к своему объекту желания в этакой позе наездницы.
— Что ты делаешь? — рассматривая удивлённо и как-то зло моё лицо и тело, потребовал ответа.
— А, на что это похоже? Ты же этого хотел, жаждал, — чуть ли не мурлычу, кладя ладони на мужские плечи и слегка оглаживая.
— Ты под наркотиками? — от очередного нелепого предположения мягко смеюсь, прижимаясь наконец-то к мужской груди и с наслаждением вдыхая крышеснощащий запах мускуса, кофе и морской свежести.
Теряю на миг вновь контроль и прикусываю сквозь ткань рубашки зубами мужское плечо. Волчица внутри виляет от радости хвостом и просит о бОльшем. Сознание плывёт, куда-то ведёт, но спустя секунду прихожу в себя, а мужчина уже, схватив меня за плечи, отодвинул и внимательно вглядывается в глаза, словно и правда ищет признаки наркотического опьянения, хотя отчасти так и есть. Дёргаюсь вперёд, но Дамиан не даёт приблизиться, изучает, и моя спина уже касается края стола.