Шрифт:
Annotation
Лав Ди
Глава 1 Новый? Я?
Глава 2 Внешняя линия обороны
Лав Ди
Противостояние
Противостояние
Аннотация:
Пролог
Огромная, лоснящаяся и прямо так и поблескивающая черным цветом муха лениво ползала по потолку. Собственно ей некуда было торопиться и никто не мог ей помешать. Видимо это была особенно старая особь, так как она совершенно не реагировала на липкие антимушиные ловушки, прицепленные ко, все тому же злосчастному потолку. Собственно к этой ленте прицеплялось все что угодно, начиная от различной пыли и заканчивая волосами медсестер. А вот муха никак не хотела.
Довольно скоро насекомому наскучило медленно перебирать лапками и муха, пронзительно зажужжав крыльями взлетела. Видимо из всех возможных мест посадки ее больше всего привлекало мое лицо. Шлепнувшись сначала на мой лоб, она далее поползла по волосам. Я слегка отвлекся на ее поведение, но будучи несомненно очень интеллигентным молодым человеком не стел ее прогонять. Тем более что не мог. Вместо этого я продолжил чтение книги, которую совсем не давно мне принесли.
В этот раз это был какой-то второсортный детектив. Возможно он и смог бы, в дальнейшем, привлечь своим сюжетом, но меня в этот раз хватило минут наверно на двадцать, не больше.
После я, насколько это было возможно, утопил голову в подушку и прикрыл глаза. Читать мне сейчас не хотелось. По правде говоря не хотелось вообще ничего. Даже умереть мне уже не хотелось. Это желание прошло уже достаточно давно, в тот самый момент, когда я понял, что не смогу его осуществить. По крайней мере сам, уж точно. Не думаю, что состояние смерти будет сильно отличаться от того состояния в котором нахожусь сейчас я. Да и не к лицу интеллигентным молодым людям смерть. Мне не к лицу уж точно, хватит и того что есть. Вообще удивительно на сколько быстро человек может смириться, привыкнуть даже к самым невыносимым условиям. Такие уж мы по натуре существа. Приспосабливаемся не хуже тараканов.
Я зажмурился еще сильнее и плавно погрузился в себя, останавливая внутренний диалог. Зажмурился погружаясь в это вязкое ничто, чувствуя как время ускоряет свой бег. До завтрашнего утра все равно не было запланировано никаких процедур, так что и присутствие моего сознание было определенно лишним.
Время. Хм... вот кто был моим единственным врагом. Время вызывало во мне самые глубокие чувства. Будь то жалость или сожаление, гнев или ярость, злобу или сочувствие. И в тот же момент именно время оставалось для меня самым верным из всех друзей. Той гранью за которую цеплялось мое отрафированое, прогнившее, умирающее "Я". Тем, что останется с тобой на всегда, ни смотря ни на что. А я по мере своих скромных сил играл с это, еще доступной мне гранью бытия, то ускоряя, то замедляя его послушный бег.
День плавно перетек в вечер, а вечер забрав все краски окружающего мира удалился, уступив себя ночи. Самой обычной ничем не примечательной ночи. Такой же как и тысячи до нее. Самой обыденной для всего мироздание, но избранно-особенной для всех людей на земле. Жизнь каждого из которых она извратит до неузнаваемости.
***
...з афиксирован
Проц едура чистки эфирных потоков ...
... статус - провалено (90,53% инородных тел не устранено).
Инициализация процедуры 9805Д ...
... статус - успешно.
Мир отрезан от ближайших, вероятных планов бытия ...
13791-я овца которая в этот момент перепрыгивала через невысокий деревянный заборчик запнулась, безуспешно замахала перепончатыми крыльями и кулем, с тихим треском свалилась на такую же зеленую как и она сама траву. Овца сразу же попыталась встать, но это ей не удалось, так как мешали те самые крылья, да еще передние клешни, которые были подозрительно похожи на крабьи, даром что покрыты какой то буроватой шерстью.
Текст который так неожиданно меня отвлек, продолжал меняться еще несколько минут, а потом остановился на какойто огромной сверкающей надписи. На нее (огромную надпись) мне собственно говоря было абсолютно пох*р, было пол третьего ночи, а значит сейчас самое время для овец, тем более я не досчитал даже до 50 тысяч. В моем мысленном загоне было еще великое множество самых разных овец и каждая из них должна перепрыгнуть этот чертов заборчик. И это положение вещей вполне меня устраивал.
О том что что-то идет не так я стал догадываться только к утру. И дело было даже не в том, что никто не собирался проверить мою бренную тушу или же сделать утренний разминающий массаж. Нет, плевать я хотел на этот массаж. Просто утром, когда я проснулся из всего огромного больничного крыла, а в первую очередь из коридора за закрытой дверью, раздавались очень странные звуки. Сначала были крики, стоных, охи и плач. Потом стрельба (даже предполагать не хочу кто и из чего стрелял), рычание, звуки борьбы и панической беготни множества людей. Снова крики, визги, борьба, а потом странная, густая и терпкая тишина. Я бы конечно подумал, что это все мое слишком развитое воображение, если бы ни одно большое но. Таким интелегентным и воспитанным молодым людям как я, совершенно ни к чему галюканы. Я конечно баловался чое-чем по мелочи. Точнее первое время меня баловал мед персонал, чтобы уменьшить мои невыносимые фантомные боли.
А потом, через некоторое время меня перестали пичкать наркотиками и боль благополучно прошла. А вот видения, очень даже благополучно остались. Жизнь она сука такая, наркоты больше нет, а последствия вот они. Туточки. Особенно ясно это ощущаешь в положении подобном моему...
Мне конечно пришлось с ними бороться. Скажу вам по секрету, как знаток, когда ты знаешь, что видение это оно самое и есть, его на много легче победить. Одним из якорей, который помогал мне распозновать мои приходы были большие, громко тикающие настенные часы. Я же уже говорил, что время мой очень горячо любимый друг и союзник, так? В моих видениях время всегда останавливалось. Но в отличие от реальности, тут ускорить или замедлить его бег я не мог. Какая однако ирония. В жизни игры со временем и со своим собственным сознанием, это все что мне осталось. А наркотический бред, который должен "открывать тебе горизонты" и расширять сознание наоборот, отбирает у меня и эту самую последнюю возможность. Так вот, смотря на эти старые настенные часы, я всегда мог легко понять где я сейчас нахожусь.