Провинциал
Шрифт:
Так вот, это незнание Горбачева, это абсолютное непонимание, что надо делать, кроме словесного фетишизма "перестройки", "ускорения", "гласности", "демократизации" и так далее, полное отсутствие экономического стержня, неумение разобраться, кто говорит правильно, а кто - неправильно, все это ввергло страну в очень тяжелое состояние. Мы все знаем, чем закончилось это состояние. Тем, что Горбачев был фактически отстранен от власти 19 августа 1991 года. Он сам себе подписал приговор. Его нерешительность, бездеятельность, склонность к каким-то невероятным кульбитам и компромиссам при отсутствии своей собственной позиции по экономическим вопросам сыграли злую шутку со страной и с ним тоже. Мне его по-настоящему
А когда я говорю, что мне совершенно непонятно его поведение, то я имею в виду такие поступки, как, например, участие в президентских выборах 1996 года. Ну, зачем ему это? Он - лауреат Нобелевской премии. Первый и последний президент СССР. Каждый такой человек, исторический, должен думать о том, что о нем будут говорить люди дальше. Я, по крайней мере, так думаю.
О Горбачеве, как бы его ни ругали, в истории останется светлая память. А его участие в президентских выборах 1996 года будет рассматриваться как какой-то курьез. Ясно, что по масштабу это не Сахаров и не Эйнштейн. Другой уровень. Историческая роль - да, но по-человечески - не глыба. Но есть у него положительные качества, которых недостает многим властителям России. Он - совершенно не кровожадный человек. И еще очень терпеливый. Это очень важно для людей власти, имеющих неограниченные возможности.
Почему его принял Запад? Причин здесь довольно много. Он совершенно свободно изъяснялся, это первое. Потом - рухнула Берлинская стена, что имело колоссальное значение для Запада. Были подписаны ключевые договоры о сокращении наступательных вооружений. Далее. При нем Восточная Европа перестала быть частью военного блока. И, наконец, он всегда стремился быть признанным во всем мире. И очень много делал для своего собственного признания.
Такого рода поведение, крайне необычное после Брежнева, Андропова, Черненко, естественно, импонировало людям. И самые умные, самые проницательные, такие, как Тэтчер, заметили в Горбачеве личность совсем другую. Не коммунистического ортодокса, а человека, для которого общечеловеческие ценности выше, чем идеологические догмы. Этим он и отличался от своих предшественников. В этом - очевидный смысл его признания.
ЕЛЬЦИН
Ельцин - настоящий русский царь. Вот и все, со всеми плюсами и минусами. С бесшабашностью, с загулами, с решительностью и отвагой, иногда с робостью - хотя редко. В отличие от "злых" русских царей Ельцин - "добрый" русский царь. И незлопамятный совсем. Все-таки его комплекция играет роль: такой огромный мужик, уральский.
Конечно, вокруг него всякие интриги плетутся, и очень многие люди пытаются использовать его, использовать свою приближенность, чтобы что-то на этом заработать. Но сам он - бескорыстный человек, я в этом уверен.
Барин, конечно. Но не такой, который любит в роскоши купаться. Думаю, роскошь его вообще мало интересует. Он - царь, он чувствует прежде всего свою ответственность за то, что происходит. Сильно переживает, хотя и очень по-своему переживает все, что происходит со страной.
Мои отношения с Ельциным уже достаточно долгие. Хотя я не могу сказать, что близко с ним знаком, как, например, с Явлинским. Впервые мы с Ельциным встречались еще весной 1990 года. Он тогда был таким худым, поджарым, очень энергичным... Все его уже знали - он ведь был тогда опальным. Но что меня удивило, так это то, что он за два с половиной часа беседы проронил лишь несколько слов. А все остальное время - молча слушал. Иногда что-то записывал.
Потом, когда были выборы в Верховный Совет, мы с ним много общались. Он вел себя
На самом деле вместе с водой выплеснули и ребенка.
Борьба с Горбачевым закончилась развалом СССР.
Для Ельцина это, безусловно, была личная трагедия. Я в этом уверен. Мы с ним довольно плотно общались во время путча. В Белом доме, в августе 1991-го. Тут он вел себя как настоящий русский мужик. Крепкий и отважный. Наверное, так вели себя командиры, когда отбивали атаки во время войны. Он отдавал какие-то команды, порой непродуманные, что кому делать, потом впадал в какую-то меланхолию, потом опять приходил в себя и начинал руководить обороной.
Вел себя очень симпатично и по-человечески. Залез на танк, все ему честь отдают, у всех мурашки по телу - вот какой царь, президент, ничего не боится... Он вызывал симпатии миллионов и миллионов людей. Если бы тогда сделать социологический опрос, он показал бы, я думаю, что не менее 85 процентов доверяли Ельцину. Может, и больше.
Сейчас об этом все забыли. Кажется, это какая-то фантастика...
Потом мы с ним встречались уже в момент моего назначения. Мои впечатления о нем ни в какой степени не менялись за эти месяцы. Он был настоящим партсекретарем. Особо не разбирался в ситуации в Нижегородской области, просто сказал: "Ты - парень молодой, по всей видимости, ни черта не понимаешь в управлении. Поэтому - вот тебе испытательный срок. Я тебя давно знаю, ты меня никогда не подводил и, думаю, сумеешь справиться. А может, не сумеешь. Не справишься - сниму тебя через пару месяцев".
Потом Ельцин приехал в Нижний 9 января 1992 года. Очень интересно встретились. Мы тут с Бедняковым пытались подготовить город к встрече, как-то приукрасить. Ничего не вышло: шел дождь, слякоть, грязь - это девятого-то января. Ельцин на Мытном рынке попал в яму, просто провалился, с большим неудовольствием посмотрел на меня и на мэра Беднякова, мы с Дмитрием Ивановичем были, конечно, в полном трансе. Потом Ельцин послал подальше директора автомобильного завода Видяева, заявив, что то, что он увидел в столовой, сплошная показуха, а на самом деле рабочие едят котлеты с мухами. "Я, мол, все про вас знаю!"
Это все тоже было по-царски.
Потом он выгнал с работы директора молокоторга за высокие цены на масло. Хотя цены уже никто не устанавливал, они были уже отпущены.
Все это очень напоминало действия царя, который наводит порядок, посещая свою вотчину.
Весной того же года мы встретились снова: Ельцин был в Арзамасе-16. Это была очень интересная и содержательная поездка. Тогда, кстати, ВНИИЭФ был преобразован в Федеральный ядерный центр. В ту встречу я впервые обнаружил, что Ельцин довольно хорошо знает Россию и российскую экономику. В том числе и всякие закрытые вещи. Военно-промышленный комплекс он знал неплохо. Судя по его вопросам, можно было понять, что он ориентируется в этом деле. Не как дилетант.
Потом мы еще много раз встречались. Например, в Чебоксарах: он приезжал туда в конце 1992 года. На Съезде народных депутатов, где вечно пытались объявить ему недоверие. Потом встречались перед референдумом, в 1993 году.
А потом был у нас очень тяжелый разговор. 22 сентября 1993 года. Разговор по поводу его указа ?1400. Я ему сказал: у меня есть внутреннее убеждение, что этот указ закончится кровью. Очень большой кровью может закончиться. (Так оно и получилось). Он ответил, что у него нет другого выхода и что он будет идти до конца. Был настроен очень твердо и требовал, чтобы все его поддерживали.