Проводник
Шрифт:
«Посмотрим, насколько ты хорош без энергии!» — подумал Алекс, добравшись до середины озера.
Пять лезвий одно за другим впились в хранца с разных сторон. Вода мешала — ослабила атаку, но большая часть удара пришлась на врага. Разведчик с радостью почувствовал, как энергетическое тело соперника все медленнее отклоняет лезвия. Оно еще сопротивлялось, но все хуже и хуже.
Остановившись, Алекс открыл один из контейнеров с пыльцой. Пусть он потеряет большую часть порошка, но сейчас нет времени ждать, а тем более всплывать!
Враг тоже остановился, сообразив, что происходит что-то странное — он теряет
Чвах! Чвах! Еще два лезвия опустошили хранилище противника практически до дна. Салхем слишком увлекся боем и не следил за личным резервом, полностью полагаясь на накопитель. Он отчаянно пытался вытянуть из браслета хоть каплю энергии, но Воронка пресекла его усилия. Тогда Салхем в панике заметался, а затем устремился к берегу.
«Испугался сволочь?! Но даже и не надейся, что я тебя отпущу!» — возликовал Алекс.
С мстительным удовольствием он два раза ударил по правой руке и перебил запястье хранца. Кисть и накопитель медленно устремились ко дну.
Разведчик не видел Салхема, но почувствовал, как тот неуклюже сорвал ружье…
«Пять пуль. Всего пять! Я справлюсь!» — думал он, выставляя Лабиринт прямо перед собой.
Экран отклонил несколько выстрелов, но под водой навык работал плохо — жрал слишком много энергии и, несмотря на все усилия хозяина и лихорадочную подпитку, распался после четвертого снаряда.
Как и Салхем, Алекс не отследил, что его хранилища пусты. БАМ! Бок обожгло болью. Куртка смягчила удар, но порвалась. Взрыв вырвал кусок мяса и сломал несколько ребер. От шока разведчик чуть не потерял сознания.
«Черт! Энергия закончилась», — в последний момент сообразил он.
Все умения отключились. Вместе с Быстрым мышлением исчезло и отрешенное состояние.
Сжав зубы, он качал энергию из остатков пыльцы, не глядя на рану — главное, не дать врагу уйти. Хранец почти добрался до берега, а на поверхности он сможет скрыться.
«Нет, я справлюсь. Осталось чуть-чуть!» — мысленно заорал Алекс.
Чвах! Лезвие вонзилось в ногу врага. С поверхности раздался яростный вопль.
— Человек! Я тебя сожру! Вырежу твое сердце, достану мозг и сожру.
Чвах! Следующая атака пробила спину наглому хранцу.
— Ааа! — Салхем завопил, но не от боли, а от злобы, негодуя, что жертва напала на палача.
«Жив гаденыш? Но это ненадолго!» — мысленно пообещал Алекс, копя энергию для следующего удара.
Бульк! Рядом пролетел нож, и он нырнул поглубже. Вылезать на поверхность Алекс не собирался — слишком мощный, сильный и коварный у него враг.
Восприятие показало, что Слахем поднялся и прыгнул на одной ноге сразу на пятьдесят метров. Чвах! Новое лезвие вошло в голову, и враг упал.
Алекс медлил, не доверяя своим ощущениям, хотя почувствовал посмертный импульс. При помощи Восприятия он убедился, что хранец действительно мертв и только после этого выбрался на поверхность.
С трудом он добрался до трупа и открыл контейнер…
Восстановление заняло полчаса. Только после этого разведчик смог встать. Левый глаз не видел. На полное заживление бока потребуется много часов, а когда отрастут пальцы и ухо — он не знал, а еще нужно достать ружье со дна…
Через час, сбросив Салхема в озеро, разведчик двинулся к выходу по старой схеме, но значительно медленнее — быстро
Глава 27: Под покровом ночи
«Проклятье! Где остальные? Двигаются по ущелью? Не хотелось бы на них нарваться. Может рвануть наверх?» — Алекс поднял голову и выругался — не один он оказался умным. На верхушке скалы над ущельем стоял песьеголовый, и в отличие от собратьев внизу охранник внимательно следил за обстановкой. Вон как башкой вертит и зыркает по сторонам. Как только влез туда? Нет, тут не пройти, решил разведчик. Пока он, как беременная черепаха, полчаса будет карабкаться, хранец его десять раз заметит и начнется веселая игра — «попади в человека». Наверняка и с другой стороны еще один наблюдатель.
Алекс огляделся. Да так и есть! На противоположной стене прямо над ним угадывался темный силуэт. Слева раздался шорох. Он обернулсяи тут же ушел в скрытое пространство — со стороны границы шел песьеголовый. Вырванный глаз не позволил сразу заприметить врага.
«Да сколько же вас тут? Эх! Так и знал, что нужно торопиться. Хотя неизвестно, что бы из этого вышло. Сейчас ребятки уже все проверили и расслабились, а до этого заглядывали под каждый камень», — устало подумал разведчик.
Мысли путались, а раны хотя не болели, но ныли, отвлекая внимания и вызывая раздражение — не самое лучшее состояние для окруженного врагами лазутчика. А учитываю, что он провонял своей кровью, которая вместе с повышением уровня все медленнее разлагалась… Конечно, Алекс смыл ее как мог в реке, а затем накинул барьер, но полностью вопрос не закрыл. По идее запах не должен вырваться наружу, однако проверять это придется в боевых условиях.
«И что мне с вами уродами делать? Может перебить и забыть?» — злые мысли требовали немедленно атаковать хранцев, выпотрошить их тела и закинуть в какую-нибудь глубокую яму, но он заставил себя успокоиться. Не может быть, чтобы враги не подготовились. Они же не идиоты. Стоит ему атаковать и песьеголовые разбегутся, а стрелков на стене он недостанет при всем желании.
Салхем разглядел свернутое пространство, значит, лучше свалить подальше от стратегического объекта, пока наемникам не пришло в голову еще раз внимательно осмотреть вход.
Прикинув варианты, Алекс решил не переть напролом к долине с риском нарваться на скаутов основной группы, которые влет его обнаружат. Вместо этого заморенный разведчик развернулся и медленно побрел к внешнему барьеру, стараясь прижиматься к стене. Воздушные ступени возникали внутри кокона, рядом друг с дружкой, поэтому снаружи его не должны заметить. По крайней мере никто не орал и не палил в спину.
Со скоростью, которую даже черепашьей не назовешь, Алекс добрался до тупика, рядом с границей. Дальше хода нет. Ощущая себя загнанным, изнуренным зверем, он забился в угол между скалой и прозрачной поверхности внешнего барьера и свернул пространство. Впав в полутранс полусон, разведчик попытался отдохнуть, продолжая удерживать маскировку и жалея, что не может полноценно выспаться.