Проводник

Егоров Вячеслав

«Друзья…»

Глава 02. Друзья

За разговорами со своим страхом Виталий словно потерял чувство времени. Ему, не смотря на болезненные ощущения в теле странно спокойно, Виталий даже не заметил, как задремал. Очнулся он от холода:

– Мама… – Виталий потормошил затихшую маму за рукав ее пуховика. С того времени как отец вошел в дом, прошло достаточно много времени, и Виталий подумал, что, наверное, он уже спит, и теперь им

можно идти домой. Однако мама почему-то не отвечала, Виталий прислушался – по чуть слышному дыханию было непонятно, спит ли она, или от усталости и побоев потеряла сознание. Когда отец был особенно злой как сегодня, маме доставалось сильнее и больнее, Виталий видел, как она старалась не подавать виду, но синяки на лице говорили сами за себя. – Мама… – шевельнулся Виталий, закусив губы от боли в окрестностях поясницы, он высвободился из объятий мамы и поднялся на ноги. – Здесь очень холодно – Виталий вновь потормошил маму. – Мама?

– Витюшя… – чуть слышно отозвалась мама, – что сыночек?

– Идем домой мама, – Виталий потянул маму за рукав.

Голос матери дрогнул:

– Нет, сынок… не пойдем… – произнесла она пугающе безжизненным голосом, – ты иди к дяде Володе и тете Раисе и поспи там…

– А как же ты мама?

– Я здесь посплю…

– Нет, мама… идем… – Виталий сильнее потянул на себя маму. – Один я не пойду… останусь с тобой…

– Иди Витюша… – мама попыталась высвободить из рук сына рукав, но видимо слишком сильно ослабла от побоев, так как Виталию удалось посадить ее на пол..

– Вставай мама… – Виталий обхватил маму за талию, и ему удалось ее поднять на колени. – Мама! – Виталий напрягся, стараясь поставить маму на ноги, но у девятилетнего мальчика сил было не достаточно: – «Помоги! – Мысленно воззвал он к щенку, туманный образ, которого расплывался где-то в уголках его сознание, – пожалуйста…» – Виталий напрягся сильнее, и в нем словно открылась какая-то потаенная дверца, через которую хлынули потоки силы. – Спасибо друг! – Прошептал Виталий.

Ему удалось поднять маму, но ноги ее не держали, она стала оседать, Виталий с трудом удерживая ее, осторожно опустив обратно на пол:

– Сейчас мама, я быстро…– Виталий открыл дверь в душевой, тенью бросился к сеням – там у него на стенке висели санки. Минуту спустя Виталий вновь потянул маму за рукава ее пуховика, немного приподняв, опустил на деревянный настил санок. – Мама потерпи… – Виталий взялся за лямки санок, – мы быстро…

Хоть мама Виталия, и была невысокого роста, санки для нее были слишком малы. Ее ноги волочились сзади санок, оставляя две борозды, и Виталию пришлось несколько раз останавливать, чтобы отдышаться. Несмотря на помощь невидимого щенка, Виталию все же было тяжело, он все-таки был ребенком, к тому же спешил поскорее увезти маму со двора, так как отец мог в любой момент вновь выйти на их поиски.

Лицо Виталия раскраснелось, пот градом катил со лба:

–

Уже почти дошли, мама… – шептал он, напрягаясь из-за всех сил, – уже почти…

На их улице никогда сроду не было фонарей уличного освещения, однако Виталий довольно неплохо ориентировался, где, чей дом находиться. Участок, где жили дядя Володя и тетя Раиса, к слову сказать, его крестные располагался чуть дальше по улице, и когда Виталий дотащил санки с мамой до их ворот, сам еле держался на ногах от усталости. Толкнув ворота, те оказалось запертым изнутри, Виталий застучал кулаком по металлической обшивке. Ворота, отозвавшись глухим звуком, потревожили сторожевую собаку – здоровенную немецкую овчарку, которая тут же залаяла во дворе, стуча когтями по доскам, пытаясь разглядеть в щели, кто там ходить за забором так поздно.

Практически сразу скрипнула входная дверь в доме, затем раздался окрик дяди Володи:

– Беркут! Место! Кто там? – Это он уже спрашивал незваных гостей.

– Дядя Володя откройте… – закричал Виталий, прильнув к щели между створками ворот, – маме плохо…

Шаги быстро захрустели по снегу, звякнула цепь, пристегиваемая к ошейнику Беркута, на ночь собаку отпускали сторожить во дворе налегке, затем скрежетнул отодвигаемый засов.

– Виталий ты? – Дядя Володя высокий упитанный мужчина в меховом тулупе был очень похож на медведя. – Ох, ты! – Заметил он лежащую на санках маму. – Дверь держи! – Бросил он Виталию, сам же подскочив к санкам, подхватил маму на руки. – Место! – Рявкнул на Беркута дядя Володя. Пес, было, возмутился непрошеному гостю, но благоразумно промолчал, собаки они в отличие от человека отлично понимают, когда что можно, а когда нельзя.

– Ох, ты, Боже ты мой! – Тетя Раиса увидев маму в руках дяди Володи, так и присела. Виталий сначала не понял в чем дело, но, разглядев лицо матери на свету, задрожал и вновь чуть не расплакался.

– Рая! – Дядя Володя выразительно нахмурил брови, его супруга увидев с каким взглядом, смотрит на маму Виталий, взяла его за руку:

– Пойдем, Виталий… – тетя Рая потянула мальчика в общую комнату, – посиди с девочками… Лена! Ира! – Позвала она своих дочерей. Две девочки одиннадцати и тринадцати лет выглянули из-за занавески.

– Пойдем с нами… – Старшая – Лена как до этого тетя Раиса взяла Виталия за руку и увела на детскую половину комнаты. Там девчонки стянули с него его пуховик, еще Виталий услышал, как хлопнула входная дверь – это дядя Коля куда-то быстро вышел. Возле печки тетя Рая что-то тихо приговаривала, возясь с мамой, однако их обеих было не видно, плотная занавеска не давала Виталию заглянуть вовнутрь, поэтому, обратившись вслух, он сидел, замерев, стараясь уловить, что там происходит. Вскоре вновь хлопнула входная дверь – к голосу дяди Коли добавились еще два женских, быстрые шаги прошли к печи, и Виталий с облегчением услышал стон матери:

Конец ознакомительного фрагмента.