Проводник
Шрифт:
– Что-то раньше ты мне так ни про кого из моих баб не говорил.
– Они тебя не любили… Так что ты подумай, стоит ли бросать на весы Судьбы столь многое, ради минутной прихоти. Ты ведь ее не любишь…
– Любишь, не любишь, заладил тоже! Ромашка нашлась!
– Пойми, судя по расположению звезд, ты вскоре можешь сделать величайшую ошибку своей жизни…
– Да пошел ты… – и я повалился на кровать, давая понять Тоготу, что разговор окончен.
А через несколько месяцев мы с Аллой поженились.
Свадьбу сыграли в Метрополе. Белоснежное платье,
После свадьбы мы уехали в Севастополь. Тогот злобствовал, протестовал, но я объявил, что мне нужен отпуск. Я устал жить двойной жизнью и за долгие годы мытарств с караванами, заслужил две недели на море. Эти две недели пролетели как один миг. Мы купались в Херсонесе, бродили по пещерам Инкермана. А потом в знаменитом подземном кафе на вершине Малахова кургана мы, обжигаясь, ели сочные чебуреки. По вечерам, спустившись по Историческому бульвару, пройдя мимо бесчисленных бастионов со старинными пушками, мы шли в открытый кинотеатр у самого моря, смотрели какую-то чепуху, и над нами, словно страж порядка, маячил Памятник Погибшим Кораблям.
Но праздник жизни быстро закончился. Огромный Ил!!!!!!!!!!? унес нас назад в северную столицу.
Алла вновь занялась своими делами: работала, следила за домом. Естественно она ничего не знала ни про пространственные карманы, ни про Тогота. А я, почти отойдя от колдовских дел, переключил все свое внимание на контору. Алла отлично сознавала, что я необычный человек, что и в самом деле могу вино превратить в воду, а то и в кровь, но не придавала этому особого значения. А я? Я стал свободным! Я не слышал каждую минуту комментарии покемона. Лишь изредка Тогот позволял себе краткие нравоучительные лекции.
Прошло три года и вот… В один день все изменилось.
Он явился как бог лазерного шоу. Вынырнул из темного, почти черного облака в перекрестье молний, под оглушительный грохот грома. В золотых доспехах, напоминавших одежду древних воинов, он и в самом деле выглядел богом – молодым Зевсом, явившимся на Землю, восстанавливать свое царство. А я ничего этого не видел. Я спал.
Он явился спасти Татьяну, и, похоже ему это удалось. А потом все пошло наперекосяк. Татьяна покончила с собой. Конечно, Орти как настоящий создатель мог ее воскресить, заставить жить, но…
Орти вновь налил по полному бокалу «Апшерона», глотнул, поднял руку, рассматривая жидкость на свет.
– Слушай, чего ты пьешь такую гадость?
Я отмахнулся.
– Если я стану покупать коньяки по пятьсот долларов,
– Нежелательное внимание?
– Апшерон-то у нас каждый может себе позволить.
– Но ты – не всякий.
Я пожал плечами.
– Итак, на чем мы остановились…
– Не знаю… Это ты хотел со мной о чем-то поговорить…
Орти тяжело вздохнул.
Сейчас он казался мне усталым, вымотанным до предела, под глазами у него пролегли черные круги.
– Я сказал, что все они погибли…
– Они…
– Тех, кого мы спасли.
– Почему…
– Не знаю… – печально протянул Орти и сделал маленький глоточек коньяка из своего бокала. – Знаешь, иногда я ощущаю себя маленьким слепым существом. Я знаю, что я – создатель. Мне дарована некая сила, и смысл моей жизни в том, чтобы создать новый мир. Судя по всему один. Но кто даровал мне эту силу? Почему все так, а не иначе? Почему не сработал более легкий вариант?..
– На твоем месте, я бы сначала рассказал, что случилось.
– Да ничего, – отмахнулся Орти. – Часть населения моего мира была отраженными воплощениями…
– То есть?
– Слишком долго объяснять. В общем, отраженные воплощения не совсем люди. По идее, согласно установленному порядку, я должен был бы какое-то время жить среди них, чтобы предать им свой жизненный и эмоциональный опыт, сделав их полноценными людьми. Но это очень долгий путь. Вначале десятилетиями ты выбираешь себе учеников, потом они несут твои слова дальше. Но я хотел все сразу. Ты нашел мне учеников – апостолов, а потом мы освободили группу людей, которая согласно моей теории должна была раствориться среди моих созданий, передав им то, что должен быть передать я.
– И что же не сработало? – удивился я.
– Поначалу все получилось так, как я хотел. Но через три года на тех? кого мы тогда спасли словно мор пошел. Они умирали один за другим, и я ничего не мог поделать. Одни впадали в депрессию. Ничего не ели, не пили, не могли работать… Другие, словно искали смерти…
– Ты это имел в виду, когда говорил об Ольге…
– Об Ольге и Татьяне…
– Чепуха какая-то, – фыркнул я. – Им что, плохо жилось под твоим «крылышком»?
– Дело не в этом, – вновь тягостно вздохнул Орти. – Тут действуют некие законы, понять которые мы не в состоянии.
– Судьба?
– Может быть, Тогот… может быть. Я не слишком уверен, что стоит употреблять это слово.
– А что еще. Каждый из этих людей жил предначертанной ему жизнью. В них не было, ну, к примеру, назовем его Искусством… Искусством с большой буквы… Так вот, в них не было той капли Искусства, которая позволила бы им – воспринять происходящее.
– Глупость, – отмахнулся я от вмешавшегося в разговор покемона. – По-твоему, выходит, что стоит обычному человеку столкнуться с колдовством, у него должен чердак поехать.