Пройдоха
Шрифт:
– А я и не делаю.
– Но предупреждаю: в нашем семействе нет морали. Черт возьми, я ничего не имею против в этом отношении. У нее своя жизнь, у меня своя. Но она эгоистичная лиса с кошачьей моралью. Она красива и сообразительна. И часто пользуется и умом, и красотой, чтобы заполучить то, чего хочет. Мне с тобой нечего обсуждать. Скажи ей, чтобы вошла.
Я подошел к двери, высунулся и позвал:
– Миссис Беркс, ваш брат хочет с вами поговорить. А мне уйти?
– Нет, ни в коем случае. Я хочу, чтобы ты остался.
Я подошел к постели. Вошла
– Что тебе, Биэлти? Как себя чувствуешь? Врач оставил для тебя успокоительное…
– Прекрати свое щебетанье. Ты всегда представляешь себя заботливой, когда тебе что-то нужно. Я-то вижу тебя насквозь. Я знаю, что тебе нужно. Ты хочешь, чтобы я назвал имя любовницы Моргана. Ты хочешь, чтобы ему предъявили повестку. Ты хочешь получить развод. Ты хочешь получить возможность выйти замуж за своего теперешнего хахаля. А кто он? Этот докторишка? Что-то он мне подозрительным показался.
– Биэлти, не надо. – Она боязливо взглянула на меня. – Ты попал в аварию, расстроен…
– Расстроен? Какого черта расстроен! Когда тебе не удается манипулировать мужиком, говоришь: «Он расстроен, сам не свой». Однако я тебя не виню. Так вот, Сандра, мы с тобой будем играть в открытую, выложим все карты на стол. Конечно, ты моя сестра, и мне следовало бы принять твою сторону. Но Морган – мой друг. Он сейчас в нокдауне, и не надо топтать его обеими ногами.
– А кто тебе сказал, что я хочу это сделать? – Она взглянула на меня с хитринкой в глазах. – Да я ему в этом заявлении дала такую фору, а могла бы рассказать о нем такие вещи, что…
– Которые тебе будут абсолютно не на пользу, – продолжил Биэлти. – А что про тебя Морган мог бы рассказать? А как ты себя сейчас повела? Баба ты, баба. Я тут лежу с разбитым носом, а ты заманила хахаля или одного из них, чтобы он практиковался на мне. У этого докторишки еще молоко на губах не обсохло. А ты его…
– Перестань, Биэлти. Арчи Холоман – замечательный парень, и Морган его знает. Он друг нашей семьи, и между нами ничегошеньки нет.
– Значит, Морган его знает? – цинично хмыкнул брат. – Значит, он друг семьи? Я-то знаю, что это значит. Он приходит сюда, здоровается с твоим мужем, выкуривает его сигары… А как часто ты его видишь, когда Морган отсутствует?
– Хватит, – прервала Сандра, – а то я выскажусь. Ты сам не ангелочек, и мне претит твое ханжество. Если ты собираешься мазать меня грязью, то ведь и я не буду молчать.
Биэлти поднял руку:
– Не разоряйся, беби, не надо. Я просто кое-что хочу довести до твоего ума.
– Так доводи.
– Я дам тебе возможность расквитаться с Морганом. Можешь вручить повестку, можешь ускорить развод, но я хочу, чтобы Морган получил свое по справедливости.
– Что тебе нужно?
– Да вот все, что говорится о собственности. Ты сама себе зарабатывала на жизнь, когда встретилась с Морганом. С тех пор ты много приобрела. Сколько – не знаю, но порядочно. Благодаря своему щебетанью… У тебя хорошая квартирка, наверняка оплаченная надолго вперед, полный гардероб шмоток и порядочно сбережений.
– Вы что, показали ему бумаги? Вы что, разрешили ему прочитать мое заявление о разводе? – спросила Сандра сердито.
– Вы ведь хотели, чтобы я с ним поговорил?
– Как это глупо! – раздраженно воскликнула Сандра и, повернувшись к брату, добавила: – Не хочу больше иметь дела ни с одним мужчиной.
Он хохотнул.
Ее глаза зло сверкнули, но голос был ровным:
– Что тебе нужно? Из-за чего спор?
– Мне нужно, чтобы ты попросила своего адвоката составить новое заявление о разводе и чтобы там ничего не говорилось об имуществе. Таким образом, ты получишь развод и пойдешь своей дорогой, а Морган – своей. И это будет справедливо.
– Что значит имущество?
– Банковские вклады и тому подобное. Ты…
– Все вы виноваты. – Она резко повернулась ко мне. – Зачем показали ему документы?
– Это я его заставил, – вмешался Биэлти. – В общем, об этом не разоряйся. Я не собираюсь быть козлом отпущения. Когда-нибудь Морган вывернется и найдет меня. Он не дурак. Он поймет, кто рассказал о его любовнице. Запомни: Морган Беркс далеко не дурак.
– Уже нет времени просить адвоката составить другое заявление, – сказала Сандра. – Это заявление уже зарегистрировано, и выписаны повестки.
– А что, изменить нельзя?
– Не думаю.
– Так вот, сядь и напиши письмо. Укажи, что в заявлении о разводе ты претендуешь на имущество, но на самом деле это не так. Когда дело дойдет до суда, твой адвокат заявит, что ты не настаиваешь на алиментах, что за тобой остается квартира, пока не кончится срок платы, шмотки и твои собственные сбережения, а все остальное принадлежит Моргану.
– А что ты будешь делать с этим письмом? – спросила Сандра.
– Я хочу, чтобы Морган получил по справедливости.
Сандра крепко сжала губы, глаза ее снова зло сверкнули. Тот, кто лежал на постели, встретил ее взгляд со спокойной уверенностью человека, сознающего свое превосходство в том, что его воле непременно подчинятся. И действительно, она подошла к столу, резко выдвинула ящик, так же резко вытащила лист бумаги и начала писать.
– Хочется закурить, хотя не представляю, как смогу держать сигарету, – сказал Биэлти. – У тебя есть сигарета?
Я кивнул.
– Вставь мне в рот и зажги. Из-за дурацкой повязки могу сжечь щеку.
Я дал ему сигарету и зажег ее. Он пару раз глубоко затянулся и воскликнул:
– Довольно странный вкус.
Сандра же за столом писала требуемое письмо. У Биэлти осталось еще полсигареты, а она уже закончила писанину, промокнула лист, перечитала и подала брату.
– Ну, надеюсь, теперь доволен? Да ты бы голой пустил по миру собственную сестру, лишь бы угодить своему вшивому дружку.
Биэлти прочитал письмо два раза и сказал:
– Кажется, то, что нужно.
Он сложил листок, поискал карман брюк и сунул письмо туда.