Прожиточный минимум

Кронберг А.

Прожиточный минимум

Ирина Владимировна с наслаждением прогуливалась по вечернему пляжу, наслаждаясь свежим ветерком, пестрой толпой отдыхающих, вслушиваясь в русскую и украинскую речь. Приятные мысли неспешно проплывали в сознании молодой учительницы русского языка и литературы. Ей представлялось, например, как она в одном из своих учеников угадывает недюжинные способности, как помогает раскрыться молодому дарованию. Или - почему бы в самом деле не помечтать?
– Ирина Владимировна Зотова превращается

в старую заслуженную учительницу, на скромную, но достойную пенсию живущую в небольшой уютной квартирке в блочном доме и здесь ее посещают бывшие воспитанники. Один стал всемирно известным ну... Пусть орнитологом, другой замечательный писатель, третий - дипломат... И все они с благодарностью вспоминают, как Ирина Владимировна заронила в их юные души семена, давшие с годами замечательные всходы.

Впрочем, молодая женщина не позволила себе слишком долго купаться в море мечтаний - следовало подумать и о вещах более прозаических. Она присела на одну из лавочек, раскрыла сумочку и тщательно пересчитала взятые с собой на отпуск деньги. Комната недалеко от моря оказалась довольно дорогой, но уютной и чистенькой - от нее не хотелось отказываться. Значит, следовало несколько урезать себя в еде, может быть, отказаться от одной-двух экскурсий.

Ирина Владимировна вздохнула. А в общем все это были пустяки: море ласково шумело, вышла луна, не хотелось вставать и идти домой...

Вдруг Ирина Владимировна заметила эффектную даму в легком летнем костюме, сшитом точно по фигуре. Помахивая букетиком цветов, та поднималась вверх по тропке.

– Виола?
– воскликнула радостно Ирина Владимировна.

– Да..., - дама живо обернулась и тотчас же раплылась в улыбке. Ирка!

Какими судьбами?

– Отдохнуть. А ты?

– Живу тут. Работаю.

– Тебя же вроде в Полтаву распределили?

– Перевелась, конечно. Ты где остановилась? У хозяев? Поехали ко мне, поужинаем, повспоминаем!

– Поехали, конечно поехали! Надо же, как повезло - в первый же день в совершенно чужом городе встретить университетскую подругу!

На одной из боковых улочек Виола уверенно подошла к роскошному импортному лимузину, уселась за руль, приоткрыла дверцу:

– Ныряй. Чего стоишь?

– Виолка, это твой кар, что ли?

– Мой, мой! Что, не ожидала?

Ирина устроилась на переднем сидении, и машина, мягко фырча, плавно стронулась с места. Виола вела стремительно, уверенно, почти по-мужски.

– `Мерс`, почти новый, - деловито пояснила она подруге.
– Двадцать тонн.

– Что? Такой... Тяжелый?

– Тонн - значит двадцать тысяч зеленых, дурашка.

– `Ничего себе! ` - ужаснулась про себя Ирина.
– `Это же целое состояние! И ведь Виолка из бедной семьи, помнится, вечно на беляши не хватало... `.

Через несколько минут лимузин мягко затормозил перед небольшим каменным особнячком в тихом районе. Сад освещали стеклянные

разноцветные шары, установленные на невысокие столбики в траве.

– Фазендочка у тебя будь здоров!
– искренне восхитилась Ирина, когда они вошли в переднюю, отделанную деревом с бронзой.
– Неужели твоя?

– Пока нет, к сожалению. Снимаю. Накладно получается - почти штука. Баксов, разумеется.

– Ничего себе!
– выдохнула Ирина.

Дом был обставлен не без шика: дорогие немецкие обои, явно антикварная люстра над обеденным столом, гнутая старинная мебель, даже рояль в гостиной!

На полу - ворсистые упругие ковры.

Подруги прошли в специальную гостевую комнату. Здесь было не менее уютно:

Угловой кожаный диванчик, стеклянный столик с подсветкой, резная полочка с аппаратурой и компакт-дисками... Ирина впадала во все большее недоумение.

Пока она усаживалась, осматривалась, Виола сняла с полки мобильный телефон:

– Юра? На две персоны. Да, напитки помягче сооруди... Жду!

– Виола, я балдею! Ты что, за миллионера выскочила?

– Вот еще, зависеть от кого-то!

– Сама банкиром стала?

– Я учительница, как и ты. Сею разумное, доброе, вечное...

– Откуда же все это?

– Ну, милая моя, - хитро подмигнула Виола, готовя два зеленовато-оранжевых коктейля и зажигая свечу.
– Развратничаю понемногу...

– Развратничаешь? Шутишь, конечно?

– Нет, какие шутки! Богатых да любвеобильных теперь хватает.

– Послушай, но ведь это ужасно! Неужели ты говоришь правду? Неужели не брезгуешь проституцией, чтобы жить роскошной жизнью?

– Послушай, Ирка, брось ты этот ханжеский тон. `Проституция! ` Я просто веду, скажем так, свободный образ жизни. Нравятся мне мужчины, понимаешь? И всегда нравились. И этим самым заниматься я люблю...

– Но не за деньги же! Стать продажной женщиной... Просто больно слышать!

– Это пожалуйста. Переживай, если так хочется. Но и присматривайся, соображай. А приглядишься - и сма скажешь: фу, какая же я была фефела! Так и скажешь, можешь мне поверить! Ну-ка, откушай коктейльчика и забудь на время о заблудшей учителке.

Коктейль действительно оказался на удивление вкусным.

– Вот молодая преподавательница вроде нас с тобой сколько может заработать даже если ей дадут все возможности?

– Ну, на три-четыре прожиточных минимума натянуть можно.

– Правильно. Так вот, для меня это - пара минетов!

– М-минетов! Сосать... Эту гадость!

– Ну сказанула! Хуйки - они прелесть! Я особенно необрезанные люблю:

Возьмешь в кулачок, оттянешь вниз кожицу, розовая головка тут как тут и ну давай расти да надуваться - чувствуешь себя прямо-таки заклинательницей змей. Так и хочется его заглотить! Впрочем, что мы все о сексе да о сексе?

Пора к столу. Проголодалась, небось?