Прятки
Шрифт:
В принципе, не так все было и плохо… Изначально он шел в ментовку лишь ради одной цели – найти и убить, но уже спустя год понял, насколько сильно засасывает это болото, стоит лишь ступить в него. Еще один год спустя мыслей о смене рода деятельности больше не возникало.
Зарплата простого оперативника была невысокой, но начальник время от времени подкидывал «леваки». Именно за счет прибыли от таких «леваков» и была куплена подержанная «Ауди», снималась однушка неподалеку от работы, в родительской квартире был сделан приличный ремонт, да и на подарках
Одинокая фигурка, застывшая возле остановки, сразу привлекла его внимание. Половина четвертого утра. И вроде на девицу легкого поведения не смахивает. Слишком напуганный взгляд. Может, ей нужна помощь?
Воронов надавил на педаль тормоза, и машина плавно остановилась у тротуара. Девушка медленно попятилась назад.
– Привет! – опустив стекло, окликнул ее Саша. – У тебя что-то случилось?
Она лишь испуганно помотала головой, делая еще шаг назад. На вид ей было лет восемнадцать, не больше. Джинсы, сапоги на низкой подошве, короткая черная куртка, перекинутый через шею ремешок сумочки. Нет, на легкодоступных девиц, которые обычно выходили на «работу» в более откровенных нарядах она явно не похожа.
– А чего тогда здесь делаешь одна в такой час? Не боишься, что кто-нибудь «снимет»? – хмыкнул он. – Давай подвезу тебя. Куда тебе нужно?
Девушка не сдвинулась с места, продолжая испуганно смотреть на него, и, видимо, пытаясь решить, стоит ли ему верить.
– Эй, ты меня слышишь? Я лишь хочу тебе помочь, – перегнувшись через сидение, он открыл пассажирскую дверь.
Еще немного поколебавшись, девчонка все-таки направилась к машине и заглянула в салон, чтобы убедиться, что он один.
– Куда тебя отвезти? – поинтересовался Саша, когда она устроилась на сидении рядом с ним.
Кажется, вопрос поставил девушку в тупик. Она медленно пригладила разметавшиеся в беспорядке по плечам длинные волосы и неуверенно пожала плечами.
– Я не знаю…
– Что значит «не знаю»? – недоуменно переспросил Воронов. Может, это он тупит после двух суток, проведенных на работе из-за полного завала в делах? Несколько часов сна на диване в оперской особого отдыха не принесли, и от чувства усталости не спасал даже крепкий кофе. – Где ты живешь?
– Я… не могу сейчас туда вернуться, – с трудом выговорила девушка. Лицо ее окаменело, превратилось в безжизненную, безразличную маску. Она словно вспомнила что-то неприятное, болезненное и, не давая воспоминаниям прорваться наружу потоком слез, замкнулась в себе. Лишь прикрыла дрожащие веки и обессиленно откинулась на сидение.
– Может, все-таки расскажешь, что с тобой произошло? – серьезно предложил Саша, не спуская с нее внимательного взгляда.
– Ничего, – отворачиваясь к окну, тихо ответила она, а потом
– Ладно… Поехали ко мне, – пожал плечами Воронов и вздрогнул от неожиданности, когда она резко к нему развернулась. Заметив промелькнувший в ее глазах страх, он добавил успокаивающим тоном: – Ну не оставлять же тебя здесь. Нарвешься еще на неприятности. Побудешь до утра у меня, а там дальше решишь, куда тебе нужно, – и, желая совсем уж расположить ее к себе, спросил, дружелюбно посмеиваясь: – Тебя как зовут-то?
– Саша, – помолчав, ответила она и, смерив его взглядом, в котором снова появился туман, опять отвернулась к окну.
– Тезка, значит, – усмехнулся Воронов, заводя двигатель и трогаясь с места.
Он принял решение больше не трогать девчонку. Понятно же, что человеку плохо, и в машину к нему она села от безысходности, а не для того, чтобы болтать. Она была рядом с ним и в то же время где-то далеко. Так что пусть переживет свое горе в тишине и одиночестве, и если захочет, расскажет все сама.
Как и предполагал Саша, его ночная попутчица больше не проронила ни слова. Лишь укладываясь в кровать, которую он галантно ей уступил, едва слышно выдавила из себя: «Спасибо», явно избегая встречаться с ним взглядом.
Он и не настаивал. С его работой беспечно разбрасываться временем, урванным для сна, было кощунственно. Шведов, начальник Хорошевских оперов, в любое время суток мог озадачить «леваком», отказываться от которого было нежелательно. Во-первых, майор никогда и не спрашивал «можешь или нет», а во-вторых, потом могло больше ничего и не подвернуться, что обязательно бы сказалось на толщине кошелька и ощутимо ограничило финансовые возможности. Поэтому, устроив гостью на ночлег, Воронов и сам отправился на боковую.
И как в воду глядел – не успел начаться официальный рабочий день, как из отдела последовал звонок. Шеф срочно вызывает. Предвкушая хороший приработок, Саша скинул с себя остатки сна и, удостоверившись, что девчонка мирно и крепко спит, бесшумно покинул квартиру, на всякий случай оставив ей номер своего мобильника.
– Саша, у меня есть к тебе одно задание. Неофициальное, – не обманул его ожиданий майор Шведов. – Я бы даже сказал, просьба.
– Я вас слушаю, Константин Николаевич, – Воронов всегда старался внимательно вникать в суть поставленной перед ним задачи.
– Сегодня утром ко мне обратились одни довольно серьезные люди, – неотрывно глядя в глаза оперу, начал осторожно излагать подробности майор. Он недолго думал, кому поручить это дело, так как молодой капитан, сидевший напротив него, уже давно импонировал ему своей готовностью в любое время дня и ночи «поработать», а также нетрадиционным подходом к решению, пусть пока еще мелких, проблем. Кроме того, Шведов знал про Воронова еще кое-что… Далеко пойдет парень…
– Нужно найти одну девушку… Еще раз повторяю – найти неофициально, – начальник многозначительно посмотрел на подчиненного.