Псих, а может, и не псих...
Шрифт:
– Да, ладно уже тебе, Лиль, проехали, ничего ведь страшного не произошло. Правда, Витя? Более того, появилась тема для разговора...
На этот раз мы все вместе дружно засмеялись.
Дима глянул на свои часы:
– Витёк, ты помнишь, что нас сегодня ждут славные дела, пойду у мамы конфискую что-нибудь из моющего, а то ведь сегодня "Хозтовары" не работают, не идти же на рынок.
– Ребята, вы о чём? Можно хоть пару слов для объяснения сказать?
– Конечно, можно. Витя стал наследником двушки
– Ага, два мужика пойдут убираться, а я буду тут сидеть и маму дожидаться...
– А что, она обещала сегодня пораньше придти, к двенадцати будет, вот ты и поможешь ей обед сварганить.
– Так, Дима, слушай старших. Сейчас соберём всё необходимое для уборки, пишу маме записку, вызываем такси и едем, чтобы пораньше управиться. Без меня много от вас будет толку, по крайней мере, своего братика я знаю.
Я удивлялся и радовался натиску Лили, ведь уборка тоже не была моим коньком, у меня гораздо лучше получалось кухарить, но всё же встрял:
– Лиля, и детей тоже будем брать с собой? Вроде атмосфера там неподходящая, и места для игр нет.
– Ну уж, нет, сейчас я им пожарю яичницу и приготовлю чай, и можем двигаться, они ведь у меня уже самостоятельные, привыкли оставаться дома одни.
Мы переглянулись с Димой. Я прочитал в его глазах обеспокоенность. Такие же чувства были и в моей душе. Как и что мы будем объяснять Лиле, когда попадём в квартиру, в которой мои следы датированы многолетним отсутствием в ней?
Нам было понятно, что отвертеться от помощи не удастся, как и переговорить накоротке.
Такси мигом доставило нас, и мы вновь вступили в квартиру, которую я уже с некоторой долей уверенности мог назвать своей. Она, как и вчера, встретила нас неприятными запахами, но в грязные окна уже пробивался утренний свет.
Дима стал поспешно открывать окна, а Лиля пробежалась по комнатам и недоумённо уставилась на меня:
– Виктор, вы же мне с братом сказали, что дядя умер месяц назад, а тут тобой не пахло больше десятка лет, где же ты странствовал всё это время?
– Далеко, Лиля, очень далеко, когда-нибудь я возможно тебе расскажу.
– Надеюсь, но почему я не вижу твоих чемоданов и сумок? И ты одет в Димины одежды, тебя что - обокрали?
– Да, вроде этого, но я, глядя на тебя, уже не очень хочу вернуть украденное...
Вмешался Дима:
– Ну и что, будем байки рассказывать или за дело возьмёмся?..
Этим своим замечанием он положил конец моим мучениям, и мы в шесть рук взялись за уборку. Трудно даже было предположить, что в худеньком теле Лили столько сил и энтузиазма. Мы с Димой только успевали вынимать окна и ставить чистые на место, меняли в ведре воду, выносили мусор, скребли газовую плиту и кафель на стенах, снимали с потолка паутину и пылесосили диван, кресла и тахту. Дядину
Какое было моё удивление, когда мы, не успев ещё войти в подъезд, увидели, как двое пожилых людей, обвязав рухлядь верёвкой, потащили её в сторону соседнего дома.
Я вскинул на Диму глаза.
– А что ты, Витя хочешь, в нашей стране многие пенсионеры сводят концы с концами, пенсии хватает только на пропитание, а если нет детей, кто может о них побеспокоиться, вот им и приходится собирать старьё на помойках, а было время, когда и еду в мусорных ящиках искали...
– Не понимаю...
– Ты ещё многое должен понять, как и Лиля, которая хочет разобраться в тебе. Она мне уже все уши прошептала про тебя, а я не могу ей что-то толком ответить, пусть моя мама постарается, я уверен, у неё это лучше получится, чем у меня.
Уже к трём часам дня квартира блестела, она такой не была никогда. Пахло вкусно чистотой и моечными средствами. По идее, я мог уже ночевать и здесь, но об этом даже не вёл речи, хотя понимал, насколько будет сегодня тесно спать в двухкомнатной квартире четырём взрослым и двум детям.
Во время всей уборки я ловил на себе изучающий взгляд Диминой сестры, в её красивой головке витали стаи вопросов, но она себя явно сдерживала...
– может, из приличия, а может быть, из-за наущения брата.
Самое интересное, что мой взгляд часто встречался с глазами Лили, и я быстро отводил свои в сторону, меня сразу же после знакомства на кухне потянуло к этой молодой женщине.
Мне нравилось в ней всё - жесты, движения, манера разговаривать, чуть с хрипотцой голос, тонкая фигура с великолепной грудью и широкими бёдрами рожавшей женщины.
Вот дурила, ведь она замужняя, сестра друга и благодетеля, а ты кто?
– даже не можешь ей объяснить самые элементарные вещи про себя. Ладно, завтра утром отправимся с Димой в нашу психушку, только по разные стороны баррикад. Вот тогда она всё и поймёт, почему на мне одежда брата, почему в квартире дяди мои следы столетней давности, почему я теряюсь от каждого обычного житейского вопроса и замечания, - и ещё тысяча "почему" отвернут её окончательно от меня, или она проникнется ко мне жалостью, как её мама.
Глава 15
Уставшие, голодные, весёлые и счастливые, мы ввалились в квартиру, которая нас встретила вкусными запахами еды и детскими голосами.
Я был доволен, за обедом на меня не обращали пристального внимания, главным объектом была Лиля и её дети. Она не стала при постороннем человеке посвящать мать и брата в подробности своих семейных разборок, но было ясно, что причиной её поспешного приезда были именно они.