Псих
Шрифт:
– Ты тупой ублюдок. - Тот же самый мужчина качает головой, зажмурив глаза.
Поговорив с Нелли и Слоун, Ройс возвращается ко мне и надевает свой шлем мне на голову.
– На байке, не позволяй своим ногам касаться труб, и обними меня.
– Я делаю, как мне говорят, после того, как он приготовился. Заводя его, вибрация разгневанного двигателя ударяется о мою интимную область, и я быстро сжимаю ноги, что означает только то, что они сжимаются вокруг Ройса.
Он оборачивается через плечо, достаточно, чтобы я увидела ухмылку в уголке его
Заводя двигатель, я обхватываю его руками за торс, когда он выводит нас с подъездной дорожки.
Примерно через тридцать минут езды он въезжает в здание клуба, ворота открываются, и люди высыпают из парадных дверей. Сегодня вечер пятницы, и еще довольно рано, так что количество людей, которые устраивают вечеринки, совсем не удивительно, хотя это разрушает мои надежды погрузиться в теплые простыни и позволить сну овладеть мной.
Байки выключаются, и все слезают с них. Я следую за ним, мои ноги превращаются в желе, как только они снова оказываются на земле.
Я снимаю шлем.
– Могу я просто лечь спать?
Ройс игнорирует меня, поворачивается спиной и направляется в главный дом. В углу, где установлен восьмиугольник, происходит драка, пьяные мужчины смеются и подбадривают друг друга, а из дома доносится громкая рок-музыка. Я чувствую, что на меня смотрят тысячи глаз, и я не хочу ни одного из них.
Я знаю, что это его область, и я не хочу раздражать его, следуя за ним повсюду. Я также не хочу, чтобы он чувствовал, что должен заботиться обо мне, поэтому, как только он исчез в доме, я внимательно осматриваю всех присутствующих здесь людей. Смесь старых и молодых, некоторые среднего возраста. Больше мужчин, чем женщин, некоторые большие, некоторые худые, некоторые мускулистые, некоторые средние.
– Ты удивляешься, почему он оставил тебя здесь безоружной, - шепчет голос позади меня, и я закрываю глаза, чтобы перевести дыхание. Это действительно приятный голос. Мягкий и гладкий, как бархат. Он обволакивает твое тело, как шелк.
Повернувшись лицом к владельцу, я удивляюсь, когда вижу Нечестивца, прислонившегося к своему чистому белому Харлею, его руки скрещены, а ноги такие же.
– В некотором роде.
Нечестивец не вздрагивает, его глаза не отрываются от моих. Меня нервирует, как он может это делать. Говорите много, не говоря вообще ничего.
– Ройс никому не позволяет кататься на своем байке. Ты вошла вот так.
– Нечестивый широко раздвигает ноги, и у меня слюнки текут. - Теперь никто даже не вздохнет рядом с тобой. Он знает, что ему не о чем беспокоиться".
– А ты?
– Я ловлю себя на том, что говорю, а потом мне хочется ударить себя за то, что я сказала это вслух. - Ты сделаешь это?
– Я всегда была из тех, кто предпочитает танцевать с опасностью, чем гулять с обыденностью.
Нечестивый наклоняет голову на дюйм, принимая меня.
– Думаю, это будет зависеть от Ройса. - Он спрыгивает с байка и проходит мимо меня. Прежде чем он успевает отойти еще дальше, я окликаю его.
– Нечестивый? -
Его плечи напрягаются, прежде чем он расслабляется и идет дальше к дому. Я все еще не знаю, что я здесь делаю, стоя здесь, но тот разговор с Нечестивцем был странным. Все остальные люди здесь называют Ройса Психом. Кроме него. Странный. А может, и нет. Я пробираюсь в сторону дома, нахожу маленькую тропинку, ведущую к задней части.
– Эй!
– говорит кто-то из темного угла небольшого садового сарая, подпрыгивая ко мне и засовывая то, что, вероятно, было косяком, в задний карман. - Ты сестра Психа?
– она симпатичная. С каштановыми волосами до плеч и маленькой худенькой фигуркой. На ней обтягивающие синие узкие джинсы и свободная футболка Harley Davidson.
– Ах, да?
Она кричит, ее тощие руки обвиваются вокруг моей шеи и притягивают меня к своей груди.
– Я Эверли, но люди зовут меня Сильвер, в честь моей мамы. Я дочь Фьюри!
Я не знаю, кто такой Фьюри, но я киваю, неловко обнимая ее в ответ.
– Круто!
Она отступает назад.
– О боже мой. Я всегда хотела старшую сестру. Это здорово иметь кого-то еще моего возраста, так как все женщины стары, как….чееееерт!
– Эй! Ты маленький гребаный засранец!
– кричит кто-то еще, огибая заднюю часть дома, положив одну руку на бедро. - Однажды я надеру тебе задницу.
– Черт, пожалуйста. Ты любишь меня и знаешь это.
– Сильвер жестом указывает на меня. - Это сестра Психа! Посмотри, какая она хорошенькая!
Пожилая женщина закатывает глаза, подходя ко мне ближе.
– Не обращай Внимания на Сильвер. Она так привыкла быть девчонкой, что забывает, что ей семнадцать.
Сильвер отшвыривает ее.
– Лайон явно не правильно тебя бьет, или у тебя менопауза?
Женщина игнорирует ее, не сводя с меня глаз. Ее кожа прекрасна для ее возраста, но ее глаза рассказывают о том, как много они видели.
– Я Бонни, жена Лайона.
– Привет, - говорю я, скрещивая руки на груди. Лайон - это страшно. Я не могу представить, чтобы эта женщина терпела его.
Сильвер берет ее за руку в мою.
– О, это потрясающе. Беа будет так зла, когда увидит тебя. Я имею в виду, я понимаю, что ты его сестра, но приемная, и ты безумно сексуальна! Беа возненавидит тебя.
– Я не знаю, о ком она говорит, и не уверена, что хочу это знать. Я просто хочу спать и есть. Еда будет хорошей. Где, черт возьми, Ройс?
Мы поднимаемся по лестнице, ведущей на заднее крыльцо и солярий. Звуки с грохотом проносятся по дому, когда я поворачиваюсь, чтобы закрыть за собой дверь. Обернувшись, я замираю, когда вижу Ройса, Нечестивого, Лайона и Джипси. Они все сидят за маленьким столиком с напитками в руках, и Ройс выглядит напряженным. Блондинка сидит у него на коленях, зажав его пальцами. На самом деле здесь есть пара девушек, все они одеты не так, как Сильвер и Бонни. Более раздеты.