Психика и Космос
Шрифт:
Рассмотрев следующую историю болезни и ее астрологические связи, можно увидеть сходства и различия между этими двумя случаями. Эта история также показывает, что конкретные проявления тех же самых архетипов и их сочетаний не являются строго определенными. Астрологические архетипы могут находить разные выражения, оставаясь верными своей коренной природе. Если мы открыты для принципа, выраженного в индийском понятии лила и подразумевающего, что вселенная - это игра Вселенского Разума, то многоплановость архетипов оставляет значительное место для творческих вариаций в пределах архетипических границ.
Карен
Карен
Карен путешествовала, училась и обожала джазовый танец; она научилась так хорошо танцевать, что время от времени даже давала уроки танца. Еще она любила петь и достигла профессиональных высот в искусстве массажа. Карен поселилась в сельской местности, где и встретила Питера, ласкового и любящего, с которым стала жить. И хотя они не состояли в браке, у них была дочь Эрин, в которой они оба души не чаяли.
История Карен представляет самый драматический полюс спектра, который простирается между постепенным, мягким проявлением духовного обострения и духовным обострением, развивающимся в острейший кризис. И вместе с тем многое из того, что она пережила, может быть применимо к любому человеку, проходящему процесс преображения. Большинство из того, о чем мы сейчас расскажем, нам довелось наблюдать воочию.
Кризис Карен содержал в себе все элементы настоящего духовного обострения. Он длился три с половиной недели и нарушил обычную жизнь Карен, потребовав непрерывного круглосуточного внимания. После того как она пробыла в состоянии психодуховного кризиса несколько дней, ее друзья, которые знали о наших интересах в этой области, попросили нас подключиться к заботе о ней. Последние две с половиной недели критического состояния мы видели ее почти каждый день.
Как и во многих случаях духовных обострений, кризис начался стремительно и неожиданно, и переживания настолько захватили и ошеломили Карен, что она не могла заботиться о себе и о своей трехлетней дочери, которая оставалась с отцом. Ее друзья из городка, где она жила, решили, что не станут класть ее в больницу, а будут сами ухаживать за ней двадцать четыре часа в сутки.
Карен забрали из дома и поселили в отдельной комнате у друзей. Затем друзья организовали дежурство и круглые сутки находились при ней по двое, чередуясь каждые три-четыре часа. Перед входом в ее комнату лежал блокнот, в котором дежурные отмечали приход и уход и записывали свои впечатления о состоянии Карен: что она говорила, делала, что пила и ела, - чтобы следующая пара дежурных знала, какого поведения можно ожидать.
В один из первых дней кризиса Карен отметила, что ее зрение внезапно прояснилось и стало не таким "слабым и нечетким", как прежде. Она слышала женские голоса, говорящие ей, что она на пороге важных и благотворных переживаний.
Казалось, через эти переживания ее влекла какая-то мощная энергия, в ней, нося по многим уровням подсознания, а также воспоминаний, эмоций и других чувств и ощущений, которые в нем содержались. Приобретя сходство с ребенком, она пережила такие события из прошлого, как самоубийство матери и последующее жестокое обращение мачехи. Один раз детские воспоминания о том, как ее пороли ремнем, быстро сменились другим переживанием: она ощутила страдания африканского негра, которого пороли на палубе набитого рабами корабля.
Карен претерпевала физические и душевные муки, которыми сопровождалось ее биологическое рождение, и не раз пережила роды, в результате которых на свет появилась ее дочь. Она многократно и многообразно пережила смерть и то, как ее захватил процесс умирания, заставила сиделок опасаться возможной попытки самоубийства. Однако безопасная обстановка и бдительность ее друзей помогли избежать беды. Все дежурные не спускали с нее глаз ни на секунду и постоянно были с ней, убеждая удерживать переживания в себе, а не воплощать в действие.
Время от времени Карен ощущала связь с покойной матерью, а также с другом, который год назад погиб в автомобильной катастрофе. Она говорила, что скучает по ним и жаждет с ними воссоединиться. Порой она чувствовала, что наблюдает, как умирают другие люди или как умирает она сама.
Говоря, что можно пережить смерть символически и при этом остаться в живых, сиделки просили ее держать глаза закрытыми и убеждали полностью пережить процесс умирания и выразить сопровождающие его тяжелые чувства. Карен согласилась и вскоре перешла от напряженной схватки со смертью к другим переживаниям.
На пару дней ее захватили последовательные переживания, окрашенные элементами зла. Временами она видела себя древней колдуньей, участницей магических жертвенных обрядов, а иногда ощущала у себя внутри какое-то ужасное чудовище. Когда это дьявольское существо проявляло свои демонические энергии, девушка наполняла комнату злобными воплями и каталась по полу, строя злобные гримасы. Ее сиделки, понимая, что все эти выходки направлены не на них, оберегали ее, чтобы она не поранилась, и поощряли к полному и безопасному выражению этих импульсов.
Иногда ее переживания сосредотачивались вокруг сексуальности. Заново пережив некоторые травматические воспоминания из своего сексуального прошлого, Карен обнаружила у себя мощный источник энергии, расположенный в тазовой области. Прежнее отношение к сексуальности как к низменному инстинктивному импульсу сменилось глубоким духовым переживанием, в котором ей открылось то же прозрение, о котором говорят некоторые эзотерические традиции, в частности тантра: сексуальный импульс - это не просто биологическая тяга, но и божественная и духовная сила. Она чувствовала себя первой женщиной, которой было ниспослано такое осознание, и благоговела перед своей мистической ролью матери, дарующей жизнь.