Психология
Шрифт:
Этот следующий этап в развитии волевого акта называется желанием. Его характерной особенностью является уже ясное и определённое представление цели, к которой мы стремимся, а также и тех средств, с помощью которых может быть осуществлено действие, направленное на достижение цели.
Желания всегда относятся к будущему, к тому, чего ещё нет в настоящем, что ещё не наступило, но чем мы хотели бы обладать или что хотели бы сделать. При желании могут отсутствовать представления о средствах, с помощью которых можно достигнуть отчётливо представляемой цели. Например, мы можем иметь
Наши желания в данном случае выражены в ясных и отчётливых представлениях, полученных из кинофильмов, фотографий, непосредственных наблюдений того, как другие выполняют интересующие нас упражнения. Однако эти наши желания не переходят в действие, потому что мы не представляем пока себе конкретно, каким путём можно достигнуть интересующей нас цели. Нам кажется, что это связано с большими и ещё пока неизвестными нам трудностями, преодолеть которые мы не будем в состоянии. В результате таких переживаний наши желания и остаются только желаниями, мы не делаем попыток к достижению желаемого.
Таких желаний, не претворённых в действие, у нас очень много, и они играют большую, чаще всего отрицательную роль в воспитании воли. Наличие большого числа нереализуемых желаний ослабляет способность к произвольным действиям, развивает бесплодную мечтательность.
При желании в нашем сознании к представлению цели может присоединиться представление о средствах, с помощью которых эта цель может быть достигнута, наступает следующая, более высокая стадия в развитии волевого акта. Человек, испытывающий такое желание, не только знает цель, к которой стремится, он отчётливо представляет себе и то, как он будет достигать этой цели. Он уже может составить себе более или менее твёрдый план для достижения поставленной цели.
Желание начинает носить гораздо более активный, более деловой характер: в нём выражено намерение осуществить желание, более или менее твёрдое стремление с помощью определённых средств добиться поставленной цели. Представление цели становится более определённым и конкретным, более реальным, чему не в малой степени содействует выраженное в таком желании знание реальных средств и путей достижения данной цели. Преобладание у человека таких активных желаний всегда является положительным фактором, содействующим укреплению его воли, развитию у него деловитости и активности.
Часто, однако, наши желания не реализуются в действительном волевом акте. Причиной этого бывает или наша неподготовленность к совершению данного акта (например, мы переоценили свои силы и оказались не в состоянии реализовать хорошо продуманный план действий), или противодействие других, противоположных желаний, повлёкшее за собой внутреннюю борьбу и состояние нерешительности.
Сознательный волевой акт характерен тем, что он обычно предваряется не одним каким-нибудь желанием, а несколькими различными, зачастую противоречивыми. В таких случаях они часто задерживают волевой акт, взаимно противодействуя друг другу, вызывая состояние внутреннего колебания, носящее обычно название борьбы мотивов.
Мотивом называется всякое переживание, стимулирующее
Мотивы нашей воли крайне разнообразны: здесь и желания, и чувства, окрашивающие наши желания в тот или другой эмоциональный тон, и идеальные стремления, и понятия о долге, и укоренившиеся привычки.
Борьба мотивов завершается победой какого-либо одного желания. Обычно побеждает то желание, которое по своим качественным особенностям представляется нам более важным. Например, вы стоите на парашютной вышке и первый раз в жизни готовитесь броситься вниз. Стропы зонта подтянуты, лямки плотно прикреплены к корпусу вашего тела. Однако вы медлите, колеблетесь сделать решительный шаг и перейти через барьер. По крайней мере два мотива толкают вас к действиям противоположного характера: чувство долга, связанное с принятым на себя обязательством изучить парашютное дело, и чувство страха, связанное с представлением о возможной неудаче спуска, об опасности его для жизни и подкреплённое неопытностью и незнанием того, как фактически протекает спуск.
Очевидно, интенсивность этих двух противоположных мотивов равноценна, ибо иначе борьба мотивов не имела бы места и действие давно бы уже совершилось. Это мы и видели, когда прыгал с той же вышки мальчуган лет десяти. Он не задержался наверху и одной секунды, руководимый сильным тщеславием, жаждой получить одобрение товарищей или просто желанием испытать ещё раз удовольствие от динамики полёта; эти мотивы были так сильны, так определённы в его сознании, что он сразу же перешагнул через барьер и прыгнул вниз.
Всё дело в том, что им руководили в его поступке только одни сильные мотивы за совершение этого действия; другие же, противоположные мотивы (чувство страха) или полностью отсутствовали, или были настолько слабы, что этой своей слабостью только усиливали мотив, побуждающий к совершению действия, сообщая спуску на парашюте своеобразную положительную эмоциональную окраску, без которой полёт был бы просто не интересен («абсолютно не страшно», — говорит в таких случаях подросток, хотя в действительности какая-то степень страха им испытывалась).
Суть борьбы мотивов заключается не в механическом перевешивании более сильного мотива (причём наше сознание как бы пребывает в каком-то пассивном состоянии), а в предпочтении, сознательно отдаваемом нами одному мотиву перед другим. Только в этом случае волевой акт может быть назван действительно сознательным.
Борьба мотивов предполагает более или менее высокую организацию личности человека, её интересов и идеалов. Чем богаче духовная жизнь человека, тем выше и сложнее руководящие им мотивы, тем сложнее и сам процесс борьбы мотивов; в нём отражаются противоречия между чувством страха и сознанием долга, между дозволенным и недозволенным, между общественными идеалами и чувственными стремлениями личности и т. д.