Психоз 2
Шрифт:
— Не нужно извиняться. Спрашивайте, что уже давно хотите спросить.
— Откуда вы знаете?
— Догадался по опыту. — Его улыбка сделалась еще шире. — Еще одно преимущество, которое отличает нас, квалифицированных психиатров. — Он сделал жест рукой. — Ну же, давайте.
Сестра Барбара снова заколебалась. Стоит ли? Да и сможет ли она это сделать? Она глубоко вздохнула.
— Есть у вас пациент по имени Норман Бейтс?
— Вам что-то о нем известно? — Улыбка исчезла с лица Клейборна. — Счастлив заметить, что большинство людей не знают о нем ничего.
— Счастливы?
— Фигурально выражаясь. — Доктор Клейборн пожал плечами. — Нет, по правде говоря, Норман занимает особое место в моей книге.
— Вы написали о нем книгу?
— Собираюсь когда-нибудь. Как только он начал наблюдаться у меня, я сразу стал собирать материалы о нем.
Они уже покинули холл, и теперь доктор Клейборн вел ее по коридору, тянувшемуся справа, продолжая разговор. Когда они проходили мимо комнаты для посетителей с застекленной стеной, она увидела членов одной семьи — мать, отца и подростка, вероятно, брата, — окруживших белокурую девушку в коляске. Девушка сидела тихо, с улыбкой на бледном лице, болтала с родственниками и вполне могла бы сойти за выздоравливающего пациента обычной больницы. Но это не обычная больница, напомнила себе сестра Барбара, а за этим бледным улыбающимся лицом скрывается темная тайна.
Они пошли дальше, и она обратилась к доктору Клейборну:
— Что это за лечение — электроконвульсивная терапия?
Он покачал головой.
— Это была рекомендация Стейнера, когда я взялся за лечение. Я не согласился с ним. Зачем это нужно, если пациент уже доведен до кататонического состояния? Проблема заключалась в том, чтобы вывести Нормана из фуги, [10] не усугублять его уход от действительности.
— И вы нашли другие способы лечения?
10
Фуга— психиатрический термин для обозначения процесса, при котором индивид блуждает, не осознавая, кто он и где находится. В основном фуги определяются как явления истерической природы и рассматриваются в качестве примера диссоциации сознания.
— Норман не излечился. Ни в клиническом, ни даже в юридическом смысле этого слова. Но от симптомов нам удалось избавиться. Добрые старые приемы — регрессивный гипноз без наркосинтеза [11] и каких-либо упрощенных методов. Все потихоньку, вопросы-ответы. Разумеется, в последние годы мы много узнали о диссоциативных расстройствах личности со сложной структурой бреда.
— Насколько я понимаю, вы хотите сказать, что Норман больше не думает, будто он — это его мать.
11
Наркосинтез— разработанный в 1940-е гг. метод катартической психотерапии, который применяется к пациенту, погруженному в наркотический транс.
— Норман — это Норман. И думаю, он принимает себя за такового. Если помните, в прошлом, когда его сознанием завладевала материнская личность, он совершал убийства, переодеваясь женщиной. Теперь он это осознает, хотя и не помнит отчетливо подобные эпизоды. Материал этих воспоминаний всплыл в результате гипноза, и был проанализирован после сессий, однако в обычном своем состоянии пациент по-прежнему ничего не помнит. Но, по крайней мере, он больше не отрицает действительность. Он был подвергнут катарсису. [12]
12
Катарсис— метод психотерапевтического воздействия, впервые описанный в «Очерках об истерии» (1895) Зигмунда Фрейда и Йозефа
— Но без абреакции? [13]
— Именно так. — Доктор Клейборн внимательно посмотрел на нее. — Значит, вы и вправду читаете книги по этой тематике?
Сестра Барбара кивнула.
— И каков прогноз?
— Я уже сказал вам. Мы прекратили проводить регулярные обследования Нормана — нет смысла ждать в дальнейшем серьезных улучшений. Но теперь он не нуждается в строгой изоляции или успокоительных препаратах. Конечно, мы не рискуем выпускать его на прогулки. Я поручил ему заведовать здешней библиотекой. Таким образом, у него появилось хоть немного свободы в сочетании с ответственностью. Большую часть времени он читает.
13
Абреакция— интенсивная негативная психосоматическая реакция находящегося под гипнозом пациента на актуализацию подавленных мучительных воспоминаний.
— Из ваших слов я заключаю, что живется ему одиноко.
— Да, я это сознаю. Но больше мы ничего не можем для него сделать. Родственников у него нет, близких друзей тоже. А в последнее время в связи с переизбытком пациентов я не имел возможности уделять ему много времени и даже регулярно бывать у него.
Рука сестры Барбары затеребила четки, и она еще раз глубоко вздохнула.
— Можно мне повидать его?
Доктор Клейборн замер и уставился на нее.
— Зачем?
Она заставила себя выдержать его взгляд.
— Вы сказали, что ему одиноко. Разве это не достаточная причина?
Он покачал головой.
— Поверьте мне, я понимаю, что вы сочувствуете ему…
— Дело не только в этом. Это наше призвание. Именно за этим мы и пришли сюда с сестрой Кьюпертайн. Чтобы помогать беспомощным, подружиться с теми, у кого нет друзей.
— А может, и обратить их в свою веру?
— Вы доверяете религии? — спросила сестра Барбара.
Доктор Клейборн пожал плечами.
— Мои взгляды не имеют значения. Но я не могу подвергать опасности здоровье моих пациентов.
— Пациентов? — Теперь ее ничто не сдерживало, и она заговорила быстро. — Если бы вы были способны к сопереживанию, вы не думали бы о Нормане Бейтсе как о пациенте! Он человек — бедный, одинокий, растерянный человек, который даже не понимает толком, почему его держат взаперти. Он знает только одно: никому нет до него дела.
— Мнеесть.
— Вот как? Тогда дайте ему возможность узнать, что и другим тоже.
Доктор Клейборн еле заметно вздохнул.
— Хорошо. Я отведу вас к нему.
— Благодарю вас.
Когда они шли через холл к боковому коридору, ее голос смягчился:
— Доктор…
— Да?
— Простите меня за то, что я проявила такую настойчивость.
— Не стоит извиняться. — Доктор Клейборн в свою очередь тоже заговорил мягче. Здесь, в темноте коридора, он вдруг показался ей усталым и опустошенным. — Иногда полезно, когда на тебя наседают. Снова ощущаешь адреналин. — Он улыбнулся, остановившись перед двойной дверью в дальнем конце коридора. — Вот мы и пришли. Это библиотека.