Птенцы Виндерхейма

Лис Алина

Альдис прислушалась к себе. Ощущения после стрижки были… непривычными. Всегда, сколько Альдис себя помнила, она ходила с косами. «Бублики», «плетенки», «колоски» – ежеутренняя морока с заплетанием, особенно в отсутствие зеркала. Теперь задувший с моря бриз ерошил остриженные пряди, а шею за воротником слегка покалывали волоски. Девушка решила, что ей так даже больше нравится. Короткая стрижка подчеркивала ее новый статус. Она теперь тоже солдат.

Метелок, разумеется, на всех не хватило, но сержанта Сигрид это не смутило:

– На первый-второй-третий-четвертый-пятый

рассчитайсь!

Девочки озадаченно переглянулись. Командир устало закатила глаза.

– Ну и «птенчики», даже этого не знают. Вот ты, – она ткнула пальцем в стоявшую в начале строя низкорослую чжанку, – будешь первой. Повтори: первый.

– Первый, – покорно повторила чжанка.

– Ты второй. Повтори.

– Второй.

– Ты третий.

– Третий.

– Дальше сами.

Произошла некоторая заминка. Четвертая девушка неуверенно оглядывалась по сторонам.

– Четвертый, – тихонько шепнула ей стоявшая рядом Альдис.

– Четвертый, – повторила за ней соседка.

– Пятый! – звонко выкрикнула Альдис.

– Шестой, – подхватила ее соседка слева.

– Чего? Какой «шестой»? – изумилась сержант. – Я ясно сказала: на первый-второй-третий-четвертый-пятый. Никаких шестых. Ты – первый.

Наконец с горем пополам курсанты закончили со счетом.

– Запомните ваш номер – это номер вашего взвода. Когда я буду говорить «первый взвод», это означает, что я обращаюсь ко всем, кто сейчас называл номер «первый». Это ясно?

Над ротой пронесся разочарованный стон. Подружившиеся на корабле девушки и на плацу выстроились рядом, из-за чего оказались в разных взводах.

– Ясно или нет?

– Ясно, сержант, – хором ответила рота.

– Хорошо. Делим мысленно плац на четыре части. Левый верхний квадрат убирает первый взвод, правый верхний – второй и так далее. Пятый взвод относит мусор к печке и убирает метлы. Если работа на участке будет выполнена плохо – отвечает весь взвод. Рота, к работе приступай…

Хельг Гудиссон

– Думаю, нам знакомиться незачем. – Сержант Вальди Хрульг усмехнулся. – Так что, думаю, занимайтесь, парни, своими делами. Походите тут, осмотритесь. Возле жилого корпуса красивый парк… Впрочем, зачем вам, настоящим мужикам, его красоты, верно? Короче, кто хочет – может идти селиться, а остальные пусть шляются до вечера, территорию исследуют.

Парни одобрительно зашумели. Они не сразу поняли, что их отделили от девчонок, когда наставники повели новобранцев к жилому корпусу. Там парней ждал сержант Вальди Хрульг, старый знакомый по «Морскому змею».

Сержант не выглядел воякой. Низенький, толстый, постоянно небритый. Крупный нос сломан в нескольких местах. Волосы, похоже, никогда не знали, что такое расческа. Одевался сержант небрежно. Новенький мундир лучше выглядел бы на медведе, чем на Вальди Хрульге. Когда сержант говорил, он всегда улыбался, а когда шел, то казалось, что сейчас покатится.

По первому впечатлению Хельга, сержант больше походил на завсегдатая портовых кабаков, нежели на военного. Впрочем, это не мешало

Вальди быть душой компании, а парни его просто обожали. Сержант навещал родню в Йелленвике и возвращался на Виндерхейм вместе с набранными в академию новичками. На «Морском змее» он постоянно травил байки о военной жизни, а также рассказывал множество старинных легенд. А как он исполнял драпы! Боевые песни о подвигах древних конунгов разрывали спокойное течение времени и окунали благодарных слушателей в те дни, когда славные воины боролись с чудовищами, порожденными Катастрофой. Затаив дыхание, парни и девчонки слушали о том, как Грон Краснозубый поражает царя кракенов, как Эйвинд Оборотень похищает мед поэзии из Асгарда и как королева альвов воюет с Мани, богом луны…

В общем, несмотря на внешний вид, Вальди Хрульг сумел завладеть сердцами парней. Хельг видел, что все они обрадовались, когда оказалось, что именно он будет их ротным. Сам же Лис, памятуя о первом обманчивом впечатлении, к Хрульгу относился с подозрением. Учитывая случай на «Морском змее» со Свальдом, сержант был не так прост.

– В мои обязанности входит следить за вашим поведением и проверять, как вы чистите зубы, – под общий смех сказал Вальди Хрульг. – Я вас попрошу только об одном: если будете проказничать, то делайте это так, чтобы подумали на девчонок, ясно?

– Ясно! – ответил нестройный хор голосов.

– Вечером я пройдусь по вашим комнатам и проверю, все ли на месте. И не обессудьте: кто опоздает к закрытию корпуса, тот будет ночевать под открытым небом, а ночи на Виндерхейме холодные.

– Ротный, а вы будете еще рассказывать истории?! – спросил лопоухий Кананда. Он больше всех любил слушать легенды и драпы, исполняемые Вальди, и все три дня на борту «Морского змея» рыбой-прилипалой торчал возле сержанта. Хельг знал, что эпические сказания южных островов не хуже песен западных скальдов, но бхат прямо прикипел сердцем к чудесным историям свандов.

– Конечно, буду! – порадовал парней Хрульг и похлопал Кананду по плечу. – Вам же каждый день голову всякой учебной ерундой забивать будут, как же вы без моих историй расслабитесь-то? Лопнут ваши головы от переизбытка знаний, а мне потом влетит. Начальству лопнувшие головы не нужны, начальству нужны здоровые парни, вот вроде него. – И ротный указал на Свальда, выделявшегося среди одногодков, как дуб среди осин.

Посмотрев на Свальда, многие глянули и на Хельга. Повисла тишина.

– Что такое? – удивился Хрульг. – Чего вы замолчали?

– Ротный, скажите, а какое наказание бывает за драку?

Хельг взглядом отыскал спросившего. Фридрик. Один из тех, чей Дом Хельг так и не смог определить или хотя бы разузнать, к какому роду он относится. Но не эрл, видно уже по тому, как держится.

– За драку? – Ротный нахмурился. – Ну, чистка туалетов, душевых. Может, работа на кухне или в ангаре. Уборка прилегающих территорий. Однако если драка будет серьезной или неоднократно повторяющейся, могут возникнуть серьезные последствия. Например, значительное снижение рейтинга. Не говоря уже об отстранении от занятий.