Птица счастья

Плантация « Теин Виллоуз », Джорджия Март 1867 г .

«Проклятые янки», – прошептала Шэннон Браниган, бросая прощальный взгляд на дорогой сердцу дом, на изящной веранде которого одиноко маячила фигура Харлана Симожа.

Девушка подстегнула лошадь, и легкая двухместная коляска быстрее покатилась по узкой дороге меж живых изгородей. «Здесь, в Джорджии, у Браниганов ничего

больше не осталось, – подумала Шэннон, смахивая слезу. – Прошлое не вернуть. Теперь «Твин Виллоуз» принадлежит этому желтобрюхому проходимцу-северянину». Ее отец покончил с собой, не в силах вынести то, что натворили янки; брат Грейди погиб в сражении, принеся в жертву свою молодость.

– Дорогая, с тобой все в порядке? С вымученной улыбкой на лице Шэннон повернулась к своей престарелой тетушке, с которой она осталась в Атланте по собственной воле, в то время как остальные члены семьи отправились в Айдахо, чтобы попытать счастья на новом месте.

– Все хорошо, тетя Юджиния, правда.

Действительно ли все было хорошо?

Несмотря на то, что Шэннон добровольно взяла на себя заботу о старенькой родственнице, она все же очень тяжело переживала разлуку с семьей. Порой ей казалось, что она больше не увидит своих родных. В памяти всплыли прощальные слова брата Такера: «Мы напишем сразу же, как только доберемся до Бойсе».

«Не беспокойся обо мне, Такер – ответила тогда Шэннон, – у нас с тетей Юджинией все будет отлично. Янки не победили Браниганов. Они только думают, что одержали над нами верх». Но ее слова никого не могли обмануть. Она сама не верила в то, что говорила. «Господи, когда она попадет в Айдахо?»

Шэннон была не единственной из семьи, кто остался. Семнадцатилетний Девлин отказался «убегать с поджатым хвостом» от янки и на этой почве постоянно ссорился с Такером. Он все же настоял на своем и не поехал в Айдахо. Одному Богу известно, что Девлин пытался доказать и что собирался делать дальше. Шэннон сочувственно отнеслась к выходке Девлина: она лучше других в семье понимала его. Они оба с характером и слыли «горячими головами».

Выцветшие от времени бледно-голубые глаза Юджинии не могли разглядеть выражение лица девушки, но умом она понимала душевную муку Шэннон. Эта особенная, ни на кого не похожая девушка отказалась от многого во имя любви и сострадания к старой леди, которая вряд ли протянет еще год.

– Тебе следовало бы ехать с семьей, – прошелестел старческий голос Юджинии.

– Ты тоже моя семья, – мягко напомнила ей Шэннон. – Я здесь потому, что не хочу никуда уезжать, тетя Юджиния. Мы покажем проклятым янки!

Вашингтон. Апрель 1867 г .

–Президент сейчас примет вас, капитан Страйкер.

Эти слова предназначались человеку, одетому в синий мундир федеральных войск. Было в его облике что-то необъяснимое и тайное, отличающее от других молодых мужчин этого возраста.

– Проходите и садитесь, капитан, – сказал ему Президент Джонсон, – как видите, майор Вэнс уже здесь.

Блейд Страйкер кивнул и с улыбкой посмотрел на своего непосредственного начальника и друга, затем перевел взгляд на Джонсона, мысленно представив его строгим и беспристрастным человеком.

– Полагаю, вы хотите знать, зачем я послал за вами, – начал Президент. – Майор Вэнс утверждает, что вы именно тот, кого я ищу.

Блейд вопросительно выгнул бровь и бросил взгляд на Вэнса:

– Не знаю, что сказал вам майор Вэнс, но,

надеюсь, он упомянул, что я оставляю армию и возвращаюсь домой.

– А где ваш дом?

– Пожалуй, в Вайоминге, – туманно ответил Блейд.

– Майор Вэнс ознакомил меня с вашей историей, капитан, так что нет нужды скрывать.

– Надеюсь, ты не думаешь, что я каким-то образом подвел тебя, Блейд, – вставил майор Вэнс, – но я сразу понял: только ты подходишь для выполнения задания.

– Тогда вы знаете, что я метис, сэр, – с чувством собственного достоинства сказал Президенту Блейд.

– Я знаю, что вы прекрасный офицер и делаете честь нашей армии, хотя, конечно, любопытно узнать, как и почему вы приняли участие в войне.

– Моя мать – индианка из племени сиу. Сиу – другое название могущественных дакотов. Мой отец был французом и занимался охотой. Он влюбился в мою мать и женился на ней согласно индейским обычаям. До семнадцати лет я рос среди сиу, затем отец решил, что мне следует пожить среди белых людей и послал учиться на Восток. Когда началась война между Севером и Югом, я стал на сторону тех, кто боролся за свободу всех наций и рас. О моем происхождении знали всего несколько человек, поэтому не составило труда вступить в Армию федералистов.

– Очень интересная история, капитан Страйкер. Могу я называть вас Блейдом?

Блейд кивнул.

– Я убежден, – продолжал Президент, – что ты именно тот человек, который мне нужен. Ты выслушаешь меня, сынок?

– Конечно, сэр, но я не передумаю насчет увольнения из армии.

– На равнинах неспокойно, – издалека начал Президент Джонсон. – Наиболее многочисленные индейские племена не удовлетворены договором 57-го года, по которому индейские территории получили границы. Мало того, они воюют между собой и открыто нападают на белых. Чаще всего нападениям подвергаются обозы переселенцев, направляющихся в Орегон. Индейцы обрывают телеграфные провода, мешают строительству железной дороги... Это нужно остановить, Блейд. Каждый день гибнут люди – не только белые, но и индейцы. Но пока они контрабандным путем получают оружие, нападения на белых не прекратятся.

– Прошу прощения, сэр, но разве индейцы не жаловались в течение многих лет на то, что их обмануло правительство? Как насчет лживых представителей Вашингтона, которые намеренно лишили индейцев продовольствия? – с вызовом спросил Блейд.

– Блейд, мы не знали, что индейцев обманывают, – пытался умерить его пыл майор Вэнс.

– Я не отрицаю, вокруг полно нечестных людей, но дело не в этом. Оружие – вот о чем хотелось бы поговорить, – продолжал Президент Джонсон. – Оружие, которое нелегально попадает в руки пылких молодых индейцев.

– Не вижу, чем я могу помочь, – осторожно вставил Блейд.

– Мы предполагаем, что в форте Ларами в Вайоминге есть человек, который получает оружие, а затем перепродает индейцам.

– Вы подозреваете военного?

– Не обязательно. Это может быть любой житель форта, но судя по полученной информации, в дело вовлечен некто, напрямую связанный с армией.

– И вы хотите, чтобы я выяснил, кто он? – предположил Блейд. – Но я уже подал прошение об отставке.

– Это еще лучше, – сказал Президент, – мы уже потеряли нашего агента, специально посланного в форт Ларами. Он бесследно исчез. Хотелось бы, Блейд, чтобы ты действовал там под видом индейца, тогда тебя вряд ли кто заподозрит. Возвращайся к своим, выясни, кто из молодых индейцев твоего племени связан с торговлей оружием. За ними следует установить наблюдение. Самое главное, абсолютно никто не должен знать, что ты связан с армией и Президентом.