Птицедева
Шрифт:
Мы спустились в холл, где все понимающе посмотрели на нас. Я покраснела, но Михел опередил меня и сразу произнес:
– Мы собираемся расписаться, хотелось бы сегодня, но у всех уже есть планы на сегодняшний день, поэтому переносим все на завтра. Кто хочет с нами в Лас Вегас? Лотта, перенесешь нас туда?
Тут все тихо ахнули и бросились нас поздравлять.
Лотта обнимала нас, Лилит чмокнула меня и Михела в щечку и сказала, что рада и гордится тем, что мы наконец решились, Есения и Себастьян смеялись, а Кощей как всегда был серьезен и пожал Михелу руку, а мне улыбнулся и чопорно сказал:
– Не
– Тиран и деспот, – повторил мои слова Михел, – но и за три дня спасибо. Я закажу на завтрашний вечер тихую кафешку, отпразднуем без излишнего шума, а уж у родителей, может, поболе народу будет.
Совсем недавно подсмеивалась над переживаниями Лотты, которая нервничала в преддверии свадьбы, а теперь сама. Хорошо, что это так быстро произойдет, меньше нервов. Сходили с Лилит по магазинам. Выбрали чудесный, не сильно броский светло- бирюзовый наряд, а легкий макияж сделаю с утра – и все, можно будет отправляться.
Лас Вегас поражал своей суетой и помпезностью, но расписали нас быстро и вечером нашу свадьбу тихо отметили в кругу друзей в небольшие ресторанчике. Михел был в белом костюме, который безумно ему шел к его темной шевелюре. Карие глаза лучились, а улыбка была самая замечательная изо всех, которые я видела. Все говорили, что я с Михелом и Лотта с Кареном могли быть выдвинуты на самые красивые пары в мире, вот только в каком мире? Так я стала мужней женой во второй раз и последний при жизни Михела, как он сказал.
Три для отдыха, а потом опять работа.
Наконец мы стали подбирать реальных претендентов. После просмотра ЧЕГО\КОГО???\претендентовСебастьяном и выявления ИХ ???пороков Лотте работы было значительно меньше, но все равно она очень уставала. На каждого человека у нее уходила масса времени, она и беседовала с ними, и просто просила что-нибудь [u1] сделать, даже попеть, кто умел, и смотрела, погружаясь в свои ощущения. После просмотра десяти человек ее укладывали спать, так она уставала. Но все же была отобрана первая сотня переселенцев. Я все приставала к ней, по какому принципу она отбирает, но она так и не могла описать словами свой критерий отбора.
– Я так чувствую, – только и говорила она.
Мне было непонятно. Жаль, что нельзя опять побывать у нее в голове, как раньше, узнать, и проанализировать. Впрочем, ребята действительно были приятными, солнечными. Много семейных пар или пар, которые собирались пожениться. Молодые, романтичные, веселые, оптимистичные, здоровые. Большинство любит мастерить что-то своими руками. Нашлось даже двое с почти абсолютной памятью, будут, если что, вместо энциклопедии или Викепедии. С отобранными сразу начинал работать Слава и его ребята. Отправляли в лагерь для обучения выживанию в диких условиях. Они не ныли, хотя гоняли их как сидоровых коз. Там же они проходили курсы, которые вел Кощей и еще один психолог по умению разрешать конфликты и жить в тесном содружестве. Я называла их курсами кота Леопольда: «Ребята, давайте жить дружно».
А меня занимал вопрос, что за личности поедут на новый континент и что будет с ними, когда все обустроится? Сейчас они рядом, все хорошие, но большое видится на расстоянии, как они будут там на необжитом
Как-то ко мне в компьютерную заглянула Лилит и я пристала к ней с вопросом, как она относится к людям, что отобрала Лотта, какими они ей кажутся?
Лилит посмотрела на меня своими бездонными вечными глазами, такой взгляд можно было у нее заметить крайне редко, только когда она не прячет свою сущность за игрой в ехидную и стервозную даму.
– Вероника, ты молода, но в тебе теперь древняя кровь, я чувствую тебя извечно своей. Но ты мне нравишься не только поэтому. Ты умеешь задумываться и любишь думать, хотя и страдаешь чрезмерной рефлексией, но одно без другого не бывает. Тебе нужно знать и понять то, что обычному человеку знать неинтересно и необязательно. Необязательно в смысле, чтобы быть счастливым и успешным. А лучше вообще не знать, если хочешь быть успешным по понятиям этой земли.
– Это плохо?
– Нет, что-ты, но это не делает человека счастливее. Понимание того, что происходит вокруг, не радует меня, но я на многие тысячелетия научилась смотреть на это как на погодные явления: если идет грозовой фронт, то дождь неизбежен. Если раздувают ненависть, истерию и человеконенавистничество, то быть войне. Иисус говорил: «Также услышите о войнах и о военных слухах. Смотрите, не ужасайтесь, ибо надлежит всему тому быть, но это еще не конец: ибо восстанет народ на народ, и царство на царство; и будут глады, моры и землетрясения по местам…» Матф. 24: 6-7. Так и сейчас.
– Так ты не веришь в то, что Лотта отберет людей, которые создадут новую, менее жестокую цивилизацию, и она сможет долго существовать без войн и ненависти?
– Исходя из своего опыта, я могу сказать: в травоядность человечества я не особо верю. Но ты посмотри на Лотту. Она светлая, простая, свято верующая в добро. Кого может отобрать такой человек? Таких же, как она. Простых светлых людей, комплементарных ей самой. Людей, которым нравится путешествовать, растить сады, цветы и тыквы, ловить рыбу, смотреть, как живут животные, любоваться и любить природу, фотографировать, как рождаются и растут котята, щенята и умиляться этому.
– Разве это плохо? – опять спросила я
– А я разве говорю, что плохо? Отлично. Этот мир сможет просуществовать долго и счастливо, радуясь трудовым успехам и успехам своих детей. Пусть только подольше в нем не будет зависти. Помнишь, мы пытались разработать кодекс коммуны и у нас не получилось – слишком много нельзя, а где тогда свобода? Но некоторые извечные заповеди я бы оставила.
Не убий.
Не укради.
Не сотвори себе кумира.
Не судите, да не судимы будете.
Итак во всем, как хотите, чтобы с вами поступали люди, так поступайте и вы с ним.
Почитай отца твоего и мать твою, заботься о них.
Не произноси ложного свидетельства на ближнего твоего.
Не завидуй и желай ничего, что есть у ближнего твоего.
Возлюби ближнего своего как самого себя.
Это девять заповедей. Наверное, и что-то другое, пусть уже сами придумывают.
Я молчала и была оптимистична как пессимист, который принимает антидепрессанты.
– И ты знаешь, что радует? Пока Лотте удается отбирать людей с наименьшим количеством ущербных, порочных генов. Я немного чувствую это.