Птицелов

Остапенко Юлия Владимировна

— Именно что чудится, ваше величество, — сказал Марвин, и, судя по тому, что глаза у короля полезли на лоб, прозвучало это отнюдь не смиренно. Но Марвину было плевать, уж очень он разозлился. Теперь, глядя на ехидную улыбочку королевы, он не сомневался, что это она позаботилась, дабы его одарили замком в пяти милях от места, где он был так опозорен. Значит, не забыла. «Надо же, — подумал Марвин, — неужто я ей в душу запал?»

— Замок Шепперд — прелестное место, я гостила там прошлым летом, — звонко сказала Ольвен, не сводя с него хитрых зелёных глаз. — Увы, владеющий

им рыцарь предал нас, встав на сторону бесчестной сестры его величества. Мы рассудили, что сим замечательным имением должен владеть достойный сэйр.

— Я польщён тем, что ваше величество сочло меня вполне достойным, — сухо сказал Марвин.

Придворные, судя по всему, были в шоке. Марвин же оказался при дворе впервые, хотя уже начал понимать, что здесь не принято говорить то, что думаешь. Впрочем, обычное дело для любого двора, не только королевского.

— Моё величество не сочло, — слегка прищурилась королева. — Моё величество полагает, что вам самое место на виселице, за то, как вы показали себя в Балендоре.

Марвин окаменел, но мгновением позже понял, что ничего особенного не произошло — зал не притих, по толпе не прошёлся ропот. «Ну я и дурак, — подумал Марвин. — Большинство из них понятия не имеет, что там произошло. Не весь же двор ездит за королём во все его вояжи, в самом деле. Спокойно, Марвин, дыши глубже. Если тебя сейчас кто и опозорит, то только ты сам. Так что ладно, месстрес Ольвен, попробуем вас переиграть, коль уж вам угодно позабавиться».

— Я смею надеяться, раз моя королева помнит о нашей встрече в указанном месте, она не запамятовала и подробности, — спокойно сказал он. — В частности, я тогда привёл вескую причину, по которой не мог жениться на месстрес Бьянке из Кудиона, и моя королева признала её законность.

«И попробуй только скажи, что ты имела в виду не это, а то, что случилось на турнире, и я вытрясу из тебя твою венценосную душонку», — мысленно добавил он. Но королева лишь улыбнулась — и подыграла ему:

— Да, признала, потому что, сэйр Марвин, вы загнали меня в угол! Никому прежде это не удавалось. Вообразите, мессеры, — мне нечего было возразить этому юному наглецу! Хотя сердце моё осталось возмущено, долг велел отпустить его с миром. Я до сих пор на вас за это обижена, мессер.

— Я готов сложить голову, чтобы загладить свою вину, моя королева, — покорно сказал Марвин, поняв, что если не сменить тон, всё это может закончиться не лучшим образом. Королева сверкнула глазами, требуя продолжать игру, но тут Марвина выручил король:

— Милочка, полагаю, сэйр Марвин искупил перед вами любую свою вину, сражаясь с Артеньей, — нетерпеливо сказал он. — Правда ли, мессер, что вы возглавляли взятие Уоттерино?

— Не возглавлял, — опустил голову Марвин, — но старался ни с кем не делить право убивать врагов его величества.

— Какой очаровательный молодой человек, — подал голос мужчина, сидящий по правую руку от короля, и при звуке его вкрадчивого, мягкого голоса Марвин вскинулся. — То дерзит так, будто на плаху просится, то притворяется скромником. Но, сир, вам не кажется, что церемония затянулась? Мы так до вечера не закончим.

— Это

точно, — буркнул король, протирая шелковым платком вспотевшую шею: в этой части зала жарко полыхали факелы, тогда как у входа дуло, а от каменных стен, для которых пожалели тепла и света, тянуло холодом. — Сэйр Марвин из Фостейна, берите свой замок и убирайтесь к бесам.

— Жизнь за ихвеличества ! — звонко сказал Марвин. Глашатай яростно задвигал усами: наглый мальчишка и в этом умудрился нарушить этикет. Ольвен довольно прикрыла глаза. Марвин поднялся с колен и пошёл на своё место. Толпа перед ним схлынула, давая дорогу.

Петер встретил его широкой улыбкой, отчасти восхищённой, отчасти недоверчивой.

— Ты и впрямь не в своём уме, — шепнул он, когда толпа вокруг сомкнулась и о Марвине забыли, хотя стоявшие по соседству придворные продолжали на него коситься. Марвин понял, что это его бесит.

— Пошли отсюда? — предложил он.

— Ты что?! — опешил Петер. — Этикет…

— К Ледорубу этикет, — сказал Марвин и, схватив его за руку, поволок к выходу. Петер до того оторопел, что даже не противился. На удивление, их никто не остановил, и они выскользнули из зала незамеченными.

Когда они оказались за дверями, в тускло освещённом коридоре, Петер выдохнул:

— Бесы б тебя разодрали, Марвин из Фостейна, ты доиграешься когда-нибудь!

— Все мы рано или поздно доиграемся. Пойдем выпьем?

— Ледоруб с тобой, чего уж теперь, пошли.

Королевский замок в Таймене, столице Хандл-Тера, был огромен, неуютен и неуклюж, зато в нём было легко затеряться. Петер хотел зайти в один из обеденных залов, где пировали не допущенные к церемонии мелкие дворяне, но Марвин потащил его прямиком на кухню. Он проторчал в толпе и духоте три часа с лишним, и теперь ему хотелось более интимной обстановки. С кухни они вернулись гружённые вином и закуской и расположились в маленькой галерее между коридорами, где никто не ходил и горел один-единственный факел.

— Сыро тут, — хмыкнул Петер.

— Сейчас согреемся, — пообещал Марвин, откупоривая бутылки. После маленькой перепалки с Ольвен настроение у него слегка улучшилось, впрочем, ему всё равно хотелось отсюда убраться, а поскольку это было невозможно, пока здесь оставался его сюзерен, Марвин без предисловий перешёл к делу.

— Чтоб везло! — заявил он, чокаясь откупоренной бутылкой с бутылкой Петера.

— Чтоб везло как тебе, бесову отродью! — восхищённо ответил Петер и, когда они выпили, сказал: — Проклятье, одному тебе такое может сойти с рук!

— А что я такого сделал? — пожал плечами Марвин.

— Да нельзя так разговаривать с королём!

— А я не с королём разговаривал. С королевой.

— Это всё равно. Здесь так не принято.

— Ну так чего меня не арестовали?

— Вот и я тем же вопросом задаюсь. Думаю, запала на тебя Ольвен. В ближайшие ночи жди приключений. Хотя она и убийц к тебе может подослать, с неё станется.

— Пусть подсылает, — улыбнулся Марвин. — Хоть будет кому рожу начистить.

— Слушай, чего ты злишься-то так? Из-за… этого замка?