Птичий грех
Шрифт:
– Дедушка Иван, уди-и... уйдитя, Христа ради... Ты жа добрый...
– Ага-а,- протянул дедушка Иван сердито и печально,- наделала делов, а теперь
Махнув рукою, он пошел из сеней, натягивая шапку на серебряную голову и говоря:
– Бабеночку жаль! Внучатная мне, брата моего ука. Жаль, хороша в девках ходила...
Вышли за ворота, где по-прежнему мял грязь, должно быть, весь народ выселков.
– Ну, что? Как?
– стали спрашивать бабы, толкая старика. Он успокоительно ответил им.
– Сидит, зверь ожесточенная, сидит...
Предо мною, в густом, влажном воздухе, кто-то невидимый нес труп старика. Я смотрел на разрубленную лову, на серо-красный гребень мозга, дряблый язык, жавший на нижних зубах, и загнутые вверх, ко рту, жёсткие волосы бороды. Дождь сыпался пуще, настойчивее, земля стала еще
Дядя Иван, шагая рядом со мною, повествует спокойным голосом многоопытного мудреца:
– В наших местях это зовется - птичий грех, когда свекорь со снохой соймется али отец с дочерью... Как птица, значит, небесная, ни родства, ни свойства не при-1ает она, вот и говорят: птичий грех... Да...
В стеклянном сумраке, как две звезды, улыбаются Ее детские глаза, такие светлые, полные кротости.
– Ни в чем ноне старикам не уважают! А бывало!.. Чу, колокольчик,стало, едут! Ну, прощевай, мил чешек!
Иду в мокром шорохе дождя, и снова грязь сосет эй босые ноги. Сердце тоже жадно и больно сосут чьи-то холодные, толстые губы...