Пульс
Шрифт:
– Конечно, ты по-прежнему чего-то стоишь, дорогой. – Она прижала своего внука и обрушилась на него с поцелуями. Полными радости глазами посмотрела на Оливию: – У бабушки приоритет, Лив. Прости.
Гэвин засмеялся при виде нахмурившейся Оливии, когда его мама протанцевала к дивану. Продолжила в типичной бабушкиной манере неустанно осыпать поцелуями новое пополнение семьи.
Оливия вздохнула, но это не остановило её от того, чтобы взять Терезу с Тимоти за руки и устроиться на диване рядом с Лилиан. При нормальных обстоятельствах Гэвин
Поставив на стойку огромный серебряный поднос с едой, Мелани обняла Гэвина.
– Оу. Я всё ещё люблю тебя.
– Спасибо, Мел, – сказал Гэвин, едва она присоединилась к охающим и ахающим над малышом членам семьи на диване. С одолевшим его любопытством, Гэвин приподнял ткань, закрывавшую поднос. Взгляд натолкнулся на мамину лазанью.
Вне всяких сомнений, Эмили взорвется при виде этого.
– Мамина лизанья, – задумчиво произнес Чэд, нависая над подносом. – Она приготовила её для меня на наше третье свидание, именно тогда я в неё и влюбился.
Гэвин усмехнулся, проводя рукой по волосам:
– Вы меня разыгрываете?
– Должен признаться, это закрепило наш союз. – Горделиво улыбнулся Чэд. – Пойду, займусь всякими дедушкиными штучками с моей любимой создательницей лазаний.
Гэвин усмехнулся, наблюдая за тем, как его отец подходит к дивану. Скрестив руки, Гэвин облокотился на стойку, восхищаясь тем, как все пускают слюнки от Ноа. Гэвин наслаждался, чувствуя, как по телу растекается тепло. Отец был прав. Самое важное – это Эмили.
– Где твоя вторая половина? – спросил Колтон, выдвигая стул рядом с Тревором. – И как она себя чувствует?
– Она в душе, – ответил Гэвин. – И вроде бы хорошо себя чувствует.
– И что ты чувствуешь по поводу того, что она заставила меня поехать сегодня вместе с тобой? – сострил Тревор, снимая очки. Смотря на Гэвина, протер их краем кофты. – Я вроде как буду твоим телохранителем, если это дерьмо выйдет из-под контроля.
Гэвин вздернул бровь, найдя ситуацию просто смешной:
– Не заносись, братишка. Беру тебя только потому, что Эмили настояла. Ты мне там не нужен. Если что, Диллану крупно повезет, что ты поехал со мной. – Он подошел к холодильнику и достал оттуда бутылку воды. Сделав глоток, покачал головой. – Если он перейдет черту, ни ты, ни кто-либо еще не сможете остановить меня от завершения того, что я начал месяц назад.
– Будь осторожен, приятель, – произнес Колтон, взмахом головы указав на Ноа. – Помни об этом, если Мудак нажмет не ту кнопку. Диллан никогда не стоил того, чтобы из-за него садиться в тюрьму.
Взгляд Гэвина остановился на Ноа. Вне всяких сомнений, замечание Колтона было справедливым. Гэвин начал уже думать, что желание Эмили поручить их адвокатам послать от их имени письмо Диллану с тем чтобы сообщить, что Гэвин является отцом, было хорошей идеей. Изначально
С этим он направился в спальню проверить, готова ли Эмили. Зашел и застал её в ванной, занятой сушкой волос. Долгое время он смотрел на неё, почти пожалев о том, что идет против её желаний, но это длилось всего секунду. Картинки ада, через который она прошла с Дилланом, мелькнули в голове, отпуская чувство вины за то, что Гэвин поступает по-своему.
Сделав глубокий вдох, Гэвин зашел в ванную и остановился позади Эмили. Глядя на её прелестное отражение, обвил руками её талию и положил подбородок ей на плечо.
– Я готов ехать, – прошептал, ненавидя взгляд её глаз. Эмили смотрела на него в зеркале, её невысказанные слова рвали его на части, но он не смог бы остановиться, даже если б захотел. – Всё будет нормально, Эмили. Я должен это сделать. Для себя. Как мужчина. Должен.
Эмили не собиралась больше спорить по этому поводу. Она провела последние несколько дней, пытаясь убедить его, что встреча с Дилланом лицом к лицу, чтобы сообщить ему новости, только ухудшит и без того сумасшедшую ситуацию. Несмотря на то, что она никогда так и не понимала его аргументы полностью, Эмили знала, что должна принять решение Гэвина. Она кивнула, закрывая глаза, когда Гэвин уткнулся лицом в изгиб её шеи. Не сказав ни слова, наблюдала, как он выходит из ванной. Теперь Эмили должна убедить себя в том, что все пройдет хорошо.
– Так я должен это воспринимать как затишье перед бурей?
Гэвин перевел взгляд с мерцающих красным кнопок дисплея лифта на Тревора:
– Что заставило тебя так подумать?
Тревор пожал плечами:
– Ты слишком спокоен. Это пугает меня до чертиков. Никогда не видел тебя таким.
– Я не могу быть расслабленным? – спросив, Гэвин повел бровью. – Это такое новое правило?
– Не таким расслабленным, пижон. – Тревор пробежал рукой по волосам. – Взгляни на себя.
Руки в карманах, вальяжно прислонившись к стене, Гэвин усмехнулся. Нервозность Тревора ему казалась забавной.
– Думаешь, я побью его?
– Думаю, ты собираешься выкинуть с ним один из номеров, да.
– Верно, – усмехнулся Гэвин. – Этот номер называется «Выкуси Диллан, я отец».
Прежде чем Тревор успел моргнуть, двери лифта открылись. С самоуверенной улыбкой Гэвин вышел, глазами сканируя толпу снующих брокеров. Он проигнорировал не только взгляды коллег Диллана, но и его секретаршу. Когда у неё отвисла челюсть, ему стало смешно уже во второй раз меньше чем за две минуты.