Пустошь
Шрифт:
Немного покрутившись перед шкафом, я все же бросила туда пару новых платьев, босоножки, запасное белье и еще несколько практичных вещей. Закинув рюкзак на спину, я зашагала в сторону военного центра, чтобы увидеть Майкла, так как Гектор еще не вернулся с Совета.
Я поднялась по лестнице на второй этаж и стукнула по двери, ведущей в кабинет Майкла. Открыв дверь, я сунула голову внутрь и увидела его за столом.
— Привет, Майкл, — шагнула я внутрь, — я ухожу в Третий Центр на пару дней.
— Да, — кивнул он, — я в курсе. Пока у тебя нет задач, так что можешь отдохнуть. Гектору я передам.
Я кивнула и вышла из кабинета,
— Готова? — спросил он при моем приближении. Я молча кивнула и залезла внутрь, устраивая рюкзак на полу. Он сел следом и нажал кнопку запуска. Мобиль плавно начал свое движение. Мы выехали за стены и покатили в сторону Северных ворот. Ни Дэмиен, ни я не произносили ни слова. Мы проехали сквозь ущелье Северного прохода и поехали через пустошь, внимательно осматривая окресности. Создание такой машины очень облегчало жизнь. Жаль, что такая техника требует постоянного подзаряда.
Мы оставили мобиль около пограничного пункта Второго центра, где его забрали на подзарядку смотрители и пошли пешком, огибая город по южной тропе. Запах свежей воды ударил мне в нос. Я уже была готова увидеть этот маленький кусочек рая, как только мы выйдем из-за скал. Огромная зеркальная гладь воды раскинулась перед нами. Я остановилась и вдохнула воздух полной грудью.
— Никогда не устану смотреть на воду, — сказала я с улыбкой на лице. Дэмиен понимающе кивнул и продолжил путь.
— Что случилось с твоими родителями? — спросила я на ходу. Я особо не рассчитывала на честный ответ, но Дэмиен меня удивил.
— Отец ушел от нас, когда мне был год, поэтому я его совсем не помню. Если я делал какую-то глупость, мама всегда говорила, что я вылитый отец, — Дэмиен усмехнулся, — я не знаю, что с ним случилось и жив ли он. Мама сошлась с Домиником, когда мне было три, поэтому я долгое время считал его своим настоящим отцом, пока ребята в школе не упомянули другое.
— Постой, отца Доминики звали Доминик? — я со смехом покачала головой.
— Ага, он очень хотел мальчика, — кивнул Дэмиен, как будто это все проясняло, — он и воспитывал ее так же, как и потом меня. Я многим ему обязан.
Его лицо ожесточилось, будто воспоминания об отчиме причиняют ему боль.
Я решила сменить тему, чтобы не ворошить ноющие раны.
— А я росла с Гектором и тремя братьями, которые понятия не имели, что девочка должна носить платья, бантики и играть с куклами. Гектор тренировал меня наравне с мальчиками, каждый раз приговаривая, что за Стеной живут монстры, которые охотно откусят от меня кучек, если я не буду усердно работать.
— Это его форма заботы, едва ли его можно в этом винить.
— Да, — я кивнула, — я понимаю, и это совсем не значит, что я на него обижена или еще что-то. В наше время гораздо полезнее уметь стрелять и быстро бегать, чем красить ресницы тушью или разбираться в моделях туфель.
— Тебе не нравятся женские туфли?
— В моей работе гораздо практичнее ботинки, чем шпильки, но я ничего против них не имею.
— Тогда на наше с тобой свидание я бы хотел, чтобы ты пришла в туфлях. В идеале, если бы на тебе были только туфли и больше ничего.
Я засмеялась, откидывая пряди волос, которые
— Признайся уже, у тебя тайный фетиш по женским каблукам?
— Любому нормально мужику нравятся женские каблуки, — спокойно ответил Дэмиен, — я бы перегнул тебя в них через свой письменный стол и хорошенько трахнул.
Непрошенные образы начали проникать в мою голову. Жар волнами стал растекаться по моему телу. В памяти всплыло воспоминание о его твёрдом, с выступающими венами, члене, который доставал до пупка. Я прочистила горло, чувствуя, как румянец ползет по моим щекам. Удивительно, что после того, как я практически оседлала его лицо, я умудряюсь краснеть при простом воспоминании о его члене.
Дэмиен остановился и уставился на меня своими серьезными глазами. Затем он покрутил головой в разные стороны и махнул в направлении груды камней, которая была от нас метрах в десяти.
— Идем, — он взял меня за руку и подвел к камню. Дэмиен скинул свой рюкзак, затем снял мой и поставил его на землю.
— У нас привал? — задала я вопрос.
— Привал, — ответил Дэмиен и сильно поцеловал меня, ухватившись за мою шею левой рукой. Его рот был влажным и горячим, языки переплелись и мое дыхание начало сбиваться. Дэмиен провел ладонью по моей груди, обхватывая сосок пальцами. Продолжая целовать, он чуть сильнее сжал сосок большим и указательным пальцем, а затем слегка покрутил. Легкий стон поднялся по моему горлу. Я опустила руку и прижала ее к выпуклости под его брюками, затем расстегнула пуговицу и молнию. Твердый член уперся мне в ладонь. Его кожа на ощупь была бархатистой, член толстым и твердым, слегка искривленный в лево. Я начала поглаживать его от основания до кончика. Дэмиен выпустил мою грудь со своей ладони и поднял голову.
— Думаю, тебе лучше снять свои шорты.
Я расстегнула пуговицу и скинула шорты вместе с трусиками на землю. Затем переступила через них и уперлась попой в высокий камень с относительно ровной поверхностью. Дэмиен усмехнулся кривой ухмылкой и двинулся следом. Его член покачивался от каждого шага. Хищное выражение застыло на его лице. Он подтолкнул меня сесть на камень, а затем широко развел мои ноги, удерживая их бедрами. Его руки стали медленно ползти вверх по моим обнаженным бедрам, посылая волну мурашек по телу. Большими пальцами он развел в стороны мои половые губы и уставился на меня голодным взглядом.
— Блять, детка, если бы у нас было больше времени, я бы сейчас съел тебя.
Я заерзала под его пристальным взглядом, не привыкнув, чтобы мои интимные части были так выставлены наружу еще и под ярким светом солнца.
— Оближи свои пальцы и поласкай себя, — хриплым от напряжения голосом, сказал Дэмиен, продолжая смотреть на меня.
Я сунула в рот два пальца правой руки, затем опустила их вниз и провела круговыми движениями по своему клитору. Интенсивность ощущений росла с каждой секундой. Обычно мне нужно довольно много времени, чтобы кончить, но рядом с Дэмиеном я готова была взорваться уже через пару поглаживаний. Его зрачки расширились, и чернота полностью поглотила радужку, жилка на шее бешено пульсировала, а хватка на моих бедрах становилась все крепче. Если он сейчас что ни будь не предпримет, я кончу на этом камне от собственных пальцев. Мое дыхание стало рваным, тихие стоны превратились в громкие, проскальзывающие сквозь стиснутые зубы. Я уже готова была кончить, как грубый голос Дэмиена прервал меня: